Внутренний огонь - Mut-Em-Enet

Он быстро вышел и захлопнул за собой дверь.

Я запрокинула голову и посмотрела в зеркальный потолок.

Это, Мэг, финиш! Еще час назад ты купалась в удивительной нежности и получала умопомрачительный оргазм, а сейчас тебе предстоит стать жертвой извращенных наклонностей твоего мужа. А еще он снова пьет…

Меня охватил ужас. Когда мы начали встречаться с Бернардом, я ничего не замечала, а когда стала ночевать в его квартире, отметила, что иногда его состояние было странным и не совсем адекватным. Как оказалось, он долгие годы пытался справиться с пагубным пристрастием к алкоголю и наркотикам.

Начиналось со стаканчика виски и заканчивалось тремя кокаиновыми дорожками. Однажды, вернувшись с репетиции, я застала его в ужасном состоянии. Все было разбросано, стулья и зеркала разбиты, а он валялся голый и окровавленный на полу, из его рта шла пена. Я никогда не сталкивалась с подобным. Но быстро поняла, что это передоз! Вызвала скорую и его тогда еле откачали.

А я приняла решение, что должна ему помочь. Я нашла хорошую клинику и уговорила Бернарда туда лечь. Реабилитация не была легкой. Он порой был зол и раздражителен, а иногда апатичен и не хотел жить. Но я не смела даже усомниться, что мы вдвоём справимся с этим.

Признаться, мне иногда хотелось просто все кинуть, когда он в очередной раз напивался в хлам и глотал экстази. Но я убеждала себя, что обязана ему помочь. Вернуть ему смысл жизни без дурманящих веществ. И больше 2 лет он не напивался, а про наркотики и говорить не приходилось. Только хорошее вино и только с качественной едой. И то я следила, чтобы он не усердствовал. Мне казалось, что мой муж обрел покой и не вернется в свою бездну. Но, видимо, ошиблась.

Надо это остановить! Я быстро смыла с себя прикосновения Алекса и морок сегодняшнего «происшествия», переоделась в пижаму и тихо прокралась в спальню.

На мое счастье, Берни уже уснул. Я только вздохнула. Видимо виски и перевозбуждение сделали свое дело. Я скользнула под одеяло и повернулась к мужу спиной. Спать не хотелось, в голове был сумбур, а сердце покалывало.

И что ты, Маргарет, сделала со своей жизнью? И даже обвинить некого? Виновата сама.

Закрыла глаза и тут же увидела лицо Алекса, такое восхитительно красивое и даже ощутила близость его кожи, почувствовала его запах – эдакая смесь чабреца и грейпфрута.

Мэг, это был только один раз, и он выгнал тебя и даже не попытался остановить. Ты для него просто очередной трофей в его зале любовных побед, очередная галочка в списке достижений. Ну и пусть, тебе же было хорошо, да еще как, но он такой… Тебе нужно запретить думать об Эй Джее, просто забыть. Бернард спит рядом, а ты дурью маешься.

Измученная тяжкими думами я провались в сон.

Проснулась от мягкого поглаживания на моем бедре.

– Мэг, ты спишь? – муж шептал мне на ухо.

– Сплю! – ответила я, не открывая глаз.

Он коснулся губами моей мочки, приподнял волосы и поцеловал шею сзади.

– Ты так вкусно пахнешь, моя девочка!

А потом резко схватил за талию и придвинул к себе вплотную.

– Берни, дай мне поспать!

– А ты себе спи, я и сам справлюсь.

Я резко вскочила и села:

– Да это уже насилие! Я не хочу сейчас!

– Зато я хочу, – он приподнялся на локтях, – а когда ты в последний раз испытывала ко мне влечение? Я давно такого не помню. Вначале ты хоть притворялась, что тебе нравится, а сейчас уже даже не скрываешь, как я тебе противен.

– Да потому, что ты делаешь мне очень больно!

– Тебе больно, потому, что ты… просто холодная и фригидная. Я бы давно завел любовницу и делал бы что хотел, но люблю лишь тебя, моя снежная королева.

– Иногда, Бернард, мне кажется, что это не любовь, ты – просто коллекционер, а я – жемчужина твоей коллекции, милый.

– Иди сюда, – он завалил меня на кровать, – я с тобой не закончил!

– Не буду! – я бешено вырывалась.

То, что произошло дальше было крайне неприятно, он попытался силой стащить мои пижамные штаны.

– Не смей, – вопила я и начала колотить его по груди.

Но ему удалось достичь своей цели и Берни снова сделал мне очень больно. Даже еще больнее, чем обычно, видимо из мести.

Когда все закончилось, я проглотила очередную противозачаточную таблетку и молча встала:

– Я хочу развестись! Так дальше не может продолжаться! Так невозможно жить!

– Только попробуй от меня уйти, – он подскачил ко мне и прижал к стенке, – я тебя растопчу.

– И что ты мне сделаешь? – я смело посмотрела в его глаза, в которых пылал гнев.

– Тебя танцевать не возьмут даже в бордель, ты вообще никакой работы никогда не получишь и останешься на улице!

– Очень смелое заявление для того, кто и так решил лишить меня возможности выступать…

– Маргарет, я не отпущу тебя, надо я буду держать тебя силой.

– И насиловать как сегодня?

– Ты – моя жена и должна…

– Я ничего тебе не должна, Берни, я все свои долги давно вернула, будь добр дать мне развод!

– Нет! – прорычал он, – развода не будет!

– Оставь меня! – мне удалось освободиться. – Я видеть тебя не желаю!

– Мэг, постой, прости! – стал умолять он. – Ну какой развод, у нас же все было хорошо.

– Развод! И тогда у нас все будет хорошо, Бернард.

– Пожалуйста, любимая!

– Как же быстро меняется твое настроение, однако, от угроз до ласковых слов и просьб – заметила ехидно.

– Обещай, что подумаешь!

– Тут и думать нечего, Эндервуд! – и заперлась в ванной.

Не знаю сколько прошло времени, пока я выплакала всю накопившуюся боль. Рыдания раскатами грома вырывались из моего рта, а от разрывающей тяжелой боли впору сойти с ума.

Я умылась и попробовала выйти, ноги не слушались, а координация была нарушена.

Бернард сидел на кухне, опустив голову на руки, а когда увидел меня, моментально подскочил и крепко обнял:

– Моя Мэгги, не бросай меня, я же просто дышать без тебя не смогу, ты – смысл моей жизни!!!

– Я заметила… – бросила обреченно.

– Не руби с плеча, поверь мне, такое больше не повторится, маленькая моя, – Бернард прижал меня к себе так сильно, что я чувствовала учащенное сердцебиение.

Если бы у меня самой не было секрета, я бы, наверное, никогда б ему не простила такого. Но поскольку рыльце было в пушку…

– Хорошо, каждый имеет право на ошибку.

Последние дни до премьеры работала очень интенсивно: много прогонов и 1000 забот.