Внутренний огонь - Mut-Em-Enet

Я точно не спешил ее отпускать:

– Останься, куда же ты сейчас пойдешь, а…

– Тем более у тебя, как ты сказал, еще сегодня рандеву по графику, — по ее лицу скользнула тень улыбки.

– Для тебя я отменю все свои свидания на год вперед, — я только сильнее сжал ее и без того тонкую талию.

– Это очень мило, но мы, как бы тебе так помягче объяснить, несколько увлеклись. А ты очень молод, а я – замужем и все происходящее…

– Неправильно? Я угадал?

– Что тут гадать, мой дорогой, это же очевидно. И к гадалке не ходи.

– Я же вижу, что понравился тебе, а ты – мне, так что все закономерно.

– И тебя ничего не смущает? – она даже покраснела.

– Смущает, что ты собралась уходить!

Пока мы переговаривались, Лола влезла на стул и внимательно наблюдала за нашим диалогом, переводя взгляд с меня на Мэгги.

– Забавное животное, — она посмотрела на кошку, — такая грациозная!

Лолита заинтересовано вытянула мордочку.

– Можно ее погладить? – спросила Маргарет.

– Нет, вначале ты приласкаешь меня, а потом уже кошку! – запротестовал я.

– Нет, вначале кошка, а потом уж ты. И то, под вопросом!

– Не торгуйся! Ладно, один поцелуй и Лола вся твоя!

Мэг провела языком по моим губам, а потом стала медленно их покусывать.

– Да наклонись ниже, я еле достаю, — ей надоело тянуться ко мне, и она уцепилась за мои плечи.

– Надо было лучше есть в детстве! – я не выдержал и приподнял Мэг над полом, чтобы ей больше не пришлось становиться на носочки.

И углубил, начатый крошкой, поцелуй. До головокружения и бешеной пульсации в висках.

Боже, да что происходит? Я миллион раз целовал женщин, но чтобы такое… Это сравнимо разве что с пламенем, безудержным и всепоглощающим, которое рвется из-под кожи и норовит сжечь все вокруг.

Вот это образ, Лавлесс бы позавидовал… На самом деле, мое возбуждение достигло пика, но набрасываться на бедную Мэг и пугать ее не хотелось. Нужно, чтобы она сама загорелась, и я сделаю так, что…

– А теперь я могу погладить кошку? – она оторвалась от меня.

– Уговор дороже денег, Бог с тобой, гладь! Ее, кстати, Лола зовут, если что.

Мэгги аккуратно провела рукой по спинке Лолиты. И о, чудо, кошка не укусила и не поцарапала ее и даже выгнулась, подставляясь для новой порции поглаживаний. А когда девушка еще и почесала ее за ухом, Лола просто расплылась в «улыбке».

Моя кошка и так может! Ее мордочка способна выражать тысячу разных эмоций: от гнева до крайнего удовлетворения.

– Не загладь ее насмерть, а то кое-кто уже готов для тебя на все!

– Это еще кто? – Мэг хитро прищурилась.

И что она хочет услышать? Вот же провокатор. Помнится, сегодня невинно брошенной фразой о кофе сподвигла меня на необдуманный поступок. Хотя я сейчас не жалею!

Мне буквально пришлось оттягивать Маргарет от Лолы.

– Ты пришла кошку ласкать или меня? – я заглянул прямо в ее глаза.

– Однозначно Лолу! – подмигнула еще.

– Что-то Вы, миссис Эндервуд, не определитесь в своих желаниях. Когда Вы поцеловали меня в парке, Вы не знали о моей котейке…

– Это была интуиция, мистер Валетта, — рассмеялась она.

– А больше Вам Ваше шестое чувство ничего не подсказало? Ну, например, что я могу оказаться опасным маньяком?

– Сексуальным?

– Ну насколько, это Вы мне скажите! – я подхватил ее на руки и быстро понес на диван.

– Алекс, не надо! — она хотела вырваться, но от меня не уйдешь.

Я вжал ее в мягкие подушки, делая побег сейчас невозможным, и атаковал манящие пухлые губы. Руки сами нашли замок на ее джинсах, и я с силой потянул их вниз.

Она же пыталась наоборот подтянуть их, но и тут проиграла "битву". Этот предмет одежды уже был на полу. Я прошелся ладонью по гладкой коже ее бедер, не отрываясь от сладких уст, от чего она, как мне показалось, еще больше напряглась и ее хрупкое тело покрылось восхитительными мелкими мурашками.

Какая удивительная отзывчивость! Мне нравится, как Мэг реагирует на меня!

– Алекс, пожалуйста! — она шептала мне в губы.

– Ты уже умоляешь меня! Это так заводит, — я ответил ей тоже очень тихо.

– Я не могу так! – она тяжело дышала.

– Если не можешь так, попробуем по-другому, — я забрался руками под ее футболку и уже гладил ее спину.

Мой жар и мою жажду было не унять, я быстро сорвал с нее футболку и одним движением откинул в сторону спортивный лиф, а пока она замешкалась, через голову стянул свою сорочку, чтобы ощутить нежное прикосновение ее атласной кожи. А потом выдернул две шпильки из ее роскошных волос, и они (волосы) упали не белоснежные плечи Маргарет.

– Какая ты красивая! — и мы начали новую серию коротких поцелуев, задыхаясь от желания.

Она быстро расправилась с моим ремнем и начала стягивать мои джинсы вместе с боксерами, маленькая ручка сжала крепко мою ягодицу.

А это знак!

Я подцепил резинку ее трусиков, и они приземлились на спинку дивана.

Сейчас мы дышали друг другом, и управляла нами не слепая похоть, а нечто иное. Мы хотели так сильно, но при этом не спешили. Подобными моментами надо уметь наслаждаться, я уверен.

Я медленно развел ее бедра, но не спешил входить. Мне хотелось запомнить каждое мгновение сейчас, выпить страсть Мэг сполна.

Поцелуи становились все жарче. Я проложил себе путь вниз от ее губ до тонкой шейки, обогнул ключицу и прильнул к налитой груди, пробуя языком на вкус затвердевшие соски. Она подалась мне навстречу и запустила пальцы в мои волосы, прижимая к себе сильнее.

Ее руки блуждали по моей спине обводя каждую мышцу, а острые ногти немного царапали, но это только усиливало ощущения.

Под натиском невообразимого возбуждения, я подтянул ее на себя за талию, и в одно движения оказался внутри.

Она вздрогнула, а потом прошептала мне на ухо:

– Мне совсем не больно!

Я даже удивился, а почему это должно быть больно? Что у нее за такой печальный опыт?

То, что дальше с нами происходило, можно лаконично назвать танцем огня. Мы пылали и рассыпались мириадами искр, раскачивались, как пламя на ветру, обжигали друг друга ласковыми, но резкими прикосновениями.

Мэг обняла меня за шею, я не мог сейчас оторвать взгляда от ее затуманенных глаз и ярко вспыхнула после очередного толчка. Ее внутренняя вибрация ударной волной пронеслась и по моему телу. И грянул взрыв! Я растворился под действием любовных чар и превратился в дым в ее волосах.