Мой муж — дракон - Екатерина Вострова

Найти выход оказалось несложно. Ни встреченные рабыни, ни клиенты заведения, с которыми она столкнулась на входе, не обратили на нее внимание. Она снова попала на оживленную улицу, растерянно оглядываясь. В столице она почти не ориентировалась. Перед побегом из дома она смогла только изучить на карте дорогу до академии, но не из этой части города.

— Профессор Валинор такой душка!

Громкое высказывание заставило оглянуться. Мимо проходили две девушки примерно ее возраста. На них была темно-коричневая форма с нашивкой с эмблемой столичной Академии.

Студентки заливисто смеялись, обсуждая неизвестного профессора. Маргарита пропустила их вперёд и двинулась следом.

— Ох, у него такой голос. Он так сексуально выговаривает "р". Вчера он та-ак посмотрел на меня своим синими глазами и говорит: "Корстон, назовите основные принципы работы замедлителя…"

— Он точно на тебя запал! Никто не задаёт таких вопросов в первый учебный день. Девушки снова расхохотались.

К счастью, обсуждение достоинств неизвестного Профессора длилось недолго. Спустя пятнадцать минут удача, наконец, улыбнулась Маргарите, и они вышли к зданию Академии.

Марго остановилась, как вкопанная, не веря своему счастью. Она так хотела, столько ночей не спала, и вот — осталось лишь переступить порог, и ее мечта сбудется. Не чувствуя ног, она вбежала по ступенькам, перепрыгивая через одну. На крыльце то тут, то там сидели студенты обоих полов. Тяжёлая двустворчатая дверь все время открывалась и закрывалась, пропуская через себя потоки учащихся. Маргарита, зачарованно озираясь, прошла внутрь. Холл храма науки был просто огромен и поражал своим размахом и величественностью. По периметру стен стояли колонны, увенчанные вырезными из камня драконами.

— Сударыня, вы по какому вопросу?

Рядом с Маргаритой стоял пожилой полукровка в форме и доброжелательно улыбался.

Девушка растерялась. Что делать дальше она совершенно не представляла.

— Я по поводу поступления.

— Приемная комиссия закончила работу вчера, так что приходите на будущий год.

— Я не могу ждать год. Я хочу учиться уже сейчас!

— Сударыня, ради вас одной никто не будет собирать комиссию заново, а без решения комиссии принять вас в студенты никак нельзя. Где же вы были до этого?

— Я… — Маргарита замялась.

Ярко вспомнилось все, что пришлось пережить за последние два дня. Элигос со своим проклятым ритуалом, отец со своей привычкой решать за нее. В этот момент она была зла на обоих. Оба не считались с ее мнением, заботясь о собственных целях. Неужели так будет всю жизнь?

— Проблемы, Карлос? — Спросивший это очень сильно картавил.

— Нет, всего лишь желающие учиться.

Маргарита растерянно смотрела на приблизившегося худощавого паренька, на вид не старше ее самой. Единственное, что выделялось на его лице — это ярко синие глаза, паутинка морщинок вокруг которых выдавала истинный возраст.

— Профессор Валинор? — предположила девушка.

— Мы с вами знакомы, сударыня? Как вас зовут?

— Маргарита Хелвин.

— Хелвин? Родственница Вильгельма Хелвина?

— Я его дочь.

Валинор внезапно расплылся в улыбке.

— Дочь самого большого дракона в Шитаре хотела бы учиться у нас? У вас должно быть удивительный магический потенциал, широкий спектр возможностей… — глаза профессора заблестели.

— Наверное… — Маргарита слегка опешила от такого напора.

— И почему же вы не пришли к нам раньше?

— Так получилось. — Маргарита улыбнулась, прикидывая, каковы шансы на то, что заинтересованность Валинора сыграет ей на руку. — Но я бы очень хотела быть зачисленной. Скажите, у меня есть шанс попасть в этом году?

— Можно что-нибудь придумать.

— Но, Профессор, — удивился Карлос. — как же быть с комиссией.

Валинор легкомысленно отмахнулся:

— Ради такого потенциала я сам всех оббегу и завизирую решение о приеме вчерашним днём.

— Ну, дело ваше… — Старичок проворчал ещё что-то и поспешил отойти к небольшой стойке у дверей, облокачиваясь на нее.

— Ну что, идём? — голубые глаза профессора горели предвкушением, а сам он только что не пританцовывал на месте.

— Э… то есть я принята?

Это было настолько неожиданно, что девушка не знала, радоваться ей или подозревать Валинора в дурных наклонностях и скрытом умысле.