Мой муж — дракон - Екатерина Вострова

Первое, что показалось странным — это тишина вокруг. Она обернулась, чтобы понять, в чем же причина. Площадка около академии опустела. Кажется, даже птицы прекратили кричать.

— Ты так и не сказала, как все прошло? — Дивуар словно не замечал, что что-то не так. Или старательно делал вид.

— Плохо прошло, мне сказали, что у меня совсем нет способностей к общей магии, и не приняли. Куда все делись? — Она нахмурилась и снова начала озираться.

Элигос вдруг подхватил ее за подбородок и заглянул прямо в глаза.

— Моя дорогая, запомни. Им нельзя верить.

— А кому можно? Тебе?

— Верить нужно себе. И в себя.

С этими словами он наклонился, запечатлевая поцелуй на ее губах. Нежный, почти невесомый. От него потеплело в груди, а руки буквально зачесались от желания обнять дракона.

— Если все против тебя, то приходится быть против всех. — Шепнул он ей на ухо прежде, чем отстраниться. — А вообще, общая магия — это просто фокусы по сравнению с тем, что может ритуалистика. — Как ни в чем не бывало, продолжил он совсем другим тоном. — Можешь для начала посмотреть краткий рунический алфавит. Выучить его легко, достаточно запомнить правило десяти пальцев.

— Может быть нам все-таки стоит уйди отсюда?

Дивуар на это лишь покачал головой:

— Не выйдет.

Агенты тайной канцелярии появились еще более неожиданно, чем в прошлый раз. Не было ни свиста, ни хлопков. Должно быть площадку накрыли барьером против телепортации, потому что они просто вышли из-за зданий, окружив их плотным кольцом.

Дурное предчувствие, появившееся в тот момент, когда Маргарита уловила изменившуюся атмосферу, подтвердившись и обратилось в настоящий страх. Но не за себя.

— Улетай. — Шепнула она Элигосу.

Вместо того, чтобы обратиться в дракона и взмыть в небо, тот лишь стоял и смотрел на нее. На губах играла задумчивая улыбка, а его рука перебирала кончики прядей ее волос.

— Проклятье Геры, улетай же! — Она оттолкнула его.

Почему он медлит? Его же схватят, поймают. И даже если не казнят, то у отца хватит ресурсов, чтобы пожизненно держать Дивуара пленником где-нибудь на задворках Шитара.

Но тот ничего не предпринимал, а потом стало поздно. Агенты подошли к ним слишком близко, направили на дракона сразу несколько замедлителей, и вырвавшееся из длинных палок голубоватое свечение полностью обездвижило его.

Собственное тело стало ватным, каким оно бывает, когда отлежишь руку или ногу. Маргарита прикусила губу, наблюдая за замершим в одной позе Элигосе, но вскоре и ее подтолкнули в спину, отводя в сторону. В отличие от дракона, двигаться она могла, хотя ощущения все равно были не самые приятные.

Почему Дивуар решил сдаться? Двадцать лет успешно прятался, мог бы скрыться и сейчас. Она же с ума сойдет, если теперь все время его будут держать под замедлителями. Вот только мысли о собственном незавидном положении отошли на второй план, стоило увидеть черную фигуру отца. Он стоял всего в пяти шагах от нее. Губы поджаты, руки скрещены на груди. И без того мрачный профиль выглядел еще более устрашающе из-за залегших под глазами теней.

Маргарита несколько раз успела прокрутить в голове эпитеты, которыми он, возможно, сейчас награждал непутевую дочь. Неужели, она думала о том, что приставучие пьяницы в третьесортном баре — это страшно? Или о том, что жутко, когда тебя похищает давний враг? Настоящий кошмар — это собственный стыд, и необходимость получить по заслугам.

— Снимайте барьер. — Отдал команду отец, после чего шагнул к ней.

Но вместо того, чтобы накричать, он внезапно обнял ее и тут же включит телепорт. Щелчок, свист и недолгое ощущение полета.

Они оказались дома. Перенеслись прямо на красный помост для стационарной телепортации. Отец осторожно отстранился.

— С тобой все в порядке? — В этот момент Маргарита поняла, что ему сейчас ничуть не легче, чем ей. — Прости, что подвел тебя. — Внезапно сказал он.

— Я сама во всем виновата…