Они под запретом - Алайна Салах

Ужин с Данилом подействовал на меня странно. Хотя он сказал, что я ему небезразлична, пустота внутри меня будто напротив усилилась. Потому что стало очевидно: несмотря ни на что, он двигается дальше и, кажется, ни о чем не жалеет. Данил снова стал тем парнем, каким был до моего отъезда в Лозанну: не обремененным отношениями и наслаждающимся женским вниманием.

Теперь я понимаю, что расстался с Луизой он вовсе не из-за меня. Для Дани я была лишь символом свободной жизни, по которой он тосковал. Вряд ли он и сам это понимал, когда пришел ко мне с предложением "попробовать". Как и я, Данил запутался между своими желаниями и фантазиями. Обидно. Получается, ему требовался повод, чтобы выйти из обременительных отношений с Луизой, а моя неосторожная фраза таковым стала. Даже если бы я согласилась строить с ним отношения, у нас бы все равно ничего не получилось. Дане не нужна была я. Ему была нужна свобода.

Я, разумеется, не сама до всего этого догадалась. Помог вчерашний разговор с Татьяной, которой я, не удержавшись, поведала о проблемах с сестрой. Я бы скорее всего не решилась, если бы настолько не отчаялась. А с кем ещё мне поговорить о том, в какую беспросветную яму скатилась моя жизнь? Родных у меня нет, ни с кем из Авериных я по понятным причинам этого обсудить не могу, а Кате и Радмиле вряд ли хватит опыта дать мне дельный совет.

После беседы с наставницей мне сначала стало жутко больно - что отношения с сестрой порушились зазря. Ведь не назови Данил причиной меня и приедь он ко мне после расставания, трагедии можно было избежать. Я даже разозлилась на него за это, но потом поняла, что не стоит. Если бы тогда Даня не примчался ко мне, то я могла до сих пор пребывала в уверенности, что он мне необходим. Я ведь и сама ошибалась в своих чувствах к нему. Вот и Данил ошибся. Но все равно больно. Так хочется отмотать время назад и, используя этот горький опыт и полученные знания, все сделать иначе.

Напоследок Татьяна как и Данил, посоветовала мне поговорить с сестрой по душам. Если ещё два дня назад это предложение вызывало во мне внутренний протест, то после нашего разговора он вдруг исчез. Только сейчас я поняла, почему. Потому что вина меня отпустила. Сколько бы я не пыталась убедить себя в том, что моя совесть перед сестрой чиста, в глубине души я знала свои промахи. Переписка с Данилом, наш почти поцелуй, его присутствие в моей квартире и мои тайные мечты - все эти мелочи точили меня изнутри, не позволяя выйти с сестрой на честный разговор. Теперь когда я знаю, что главной причиной их разрыва стала не я, становится немного легче.

Легче настолько, что в пятницу я сама звоню отчиму и сообщаю о своем приезде. Данил прав, мне нельзя опускать руки. Когда возникнет подходящий момент, я обязательно поговорю с Луизой. Скажу ей правду. Попрошу прощения, что все вышло так, как вышло, признаюсь в былых чувствах к Данилу и поясню, что пыталась с ними бороться. Дальше, как пойдет.

Про Арсения стараюсь пока не думать. Если начну - то обязательно раскисну и запрусь дома, чтобы предаваться жалости к себе. Вернее, совсем не думать о нем, конечно не получается. Разве такое возможно, когда любишь?

Разговор с Татьяной вдохнул в меня новые силы. Откуда-то возникла уверенность, что если я смогу вернуть себе сестру, то и с Арсением получится. Может и наивно, но сейчас эта вера мне необходима, чтобы продолжать жить дальше. И уж точно нельзя представлять, как он и Инесса ходят на свидания, как и думать о том, что у них есть секс. Я машинально блокирую эту информацию. Мне нельзя. Иначе попросту свихнусь.

На этот раз для своего визита в Одинцово я не пытаюсь скупить все, что попадается под руку. Ограничиваюсь свежевыжатым соком для отчима и кокосовыми макарунс для Луизы. То, что на Авериных не производят впечатление набитые гостинцами пакеты, я поняла ещё в прошлый раз.

Я специально не наряжалась, приехав в свободных джинсах и толстовке, однако привычка берет свое: едва такси высаживает меня возле ворот, я лезу в сумку за зеркалом и поправляю волосы. Ступаю на знакомую асфальтированную дорожку, и сердце моментально разгоняется, за пару секунд приближая пульс к отметке сто. Это случилось, когда я совсем не рассчитывала и не ждала. Длинный черный седан стоит на своем привычном месте, завораживающе поблескивая своими глянцевыми бамперами в лучах осеннего солнца. Дрожающей рукой я машинально приглаживаю волосы. Арсений тоже здесь.