Марк. Заберу ее себе - Теона Бонк

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

СОФИЯ

Веду машину, стараясь не разреветься в голос перед братом. Он выпивал. И благодаря этому не замечает моего состояния. Мне не нужны сейчас его расспросы. Я понимаю, что ни о каких полках сегодня больше не может быть и речи. Мне нужно остаться одной. Так больно. Я просто не могу. Не могу…

— Почему ты привезла меня домой? — спрашивает Роман, когда мы подъезжаем к дому родителей. Он все еще живет с ними. Не видит причин переезжать. Так ему не надо заботиться о стирке, уборке и готовке. А уходить и приходить он может, когда заблагорассудится. Родители не контролируют его так, как меня.

— Сегодня мы не будем вешать полки Ром, — мой голос тихий и немного сиплый. У меня нет сил говорить и вести машину дальше. По правде, я не знаю как доеду до дома. Может мне тоже остаться ночевать в доме родителей в своей комнате?

— А что изменилось? — недоумевает он, разглядывая мое лицо. Я отвожу глаза, чтобы он не прочел в них боль.

— Ты выпил, да и я что-то устала. — Не плакать. Не плакать. Ох, мне нужно оказаться в своей квартире одной и поскорее.

— Я в порядке. Я смогу, — начинает он.

Я чувствую, что в животе у меня не порхают бабочки, как час назад. Они там словно умирают. Непроизвольно хватаюсь за живот, закусывая губу.

— Что? Живот болит? Опять съела что-то из своих кулинарных экспериментов? — озабоченно спрашивает Рома.

— Да, именно так, — соглашаюсь я, находя в этом легкое решение поскорее избавится от его компании.

— Может нужна помощь?

— Нет, нет. Спасибо. Ты иди. Я просто поеду домой.

***

— Где ты была? — я подпрыгиваю от неожиданности, когда припарковавшись около своего подъезда, натыкаюсь на Марка.

Гнев мгновенно пронзает меня, вытесняя отчаяние, которое я чувствовала всего несколько минут назад.

— Какого хрена ты здесь делаешь? — я рычу, сжимая ключ в руке.

— Отвечай, София! Где ты была?

— Это не твое дело. Разве ты не должен трахать сейчас стриптизершу?

— Ты с ним трахалась? — игнорирует он мой вопрос.

— А не пошел бы ты, Марк.

— Я никуда не уйду. Ты должна ответить на этот чертов вопрос.

— Я не знаю, что ты о себе возомнил, но заканчивай это прямо сейчас и…, - кричу я, решив, что с меня хватит.

— Если я кончу, то только в тебя, — перебивает он, ухмыляясь.

— Этого никогда не произойдет. О, боже! Теперь я все поняла. Ты просто совершенно ненормальный. — я стараюсь обойти его и зайти в подъезд, но он не дает мне этого сделать.

— А знаешь? Да! Я его трахнула, — вру я. — Я трахнула его даже два раза из-за той сучки, что висела на тебе. Я трахнула его, и это было так хорошо. Он меня просто умотал, я устала, так что тебе придется уйти. Боюсь, что после такого бурного секса у меня нет ни сил ни желания дать тебе шанс. Возвращайся завтра или еще лучше, как насчет никогда?

— Тебе лучше выбирать выражения, София. Я не какой-то там маленький мальчик, которым ты можешь вертеть, — я слышу гнев в его голосе. Ну а мне? Мне просто плевать на это.

— Спроси меня, не все ли мне равно, Марк? Я устала от твоего эго и желания мной командовать. Я прошу тебя уйти. На самом деле, я предупреждаю, тебе лучше уйти. Если ты не уйдешь…

— И что ты сделаешь? — я слышу насмешливые нотки, что наполняет меня гневом, но при этом его густой мужской голос посылает теплую волну в мои трусики. Что со мной происходит?

— Просто уходи, Марк. Как бы тебе ни было весело, все кончено.

— Я, кажется, припоминаю, что тебе тоже было весело. Ты что, забыла София? Как ты стонала…

— Я ничего не забыла, — перебиваю я его. — Включая то, что ты собирался трахнуть другую, когда я видела тебя в последний раз.

— Неужели ты просто так отдашься другому, после того, как обещала мне свое тело? Только для того чтобы отомстить? Ты забыла свое обещание? — кажется, он совсем не слышит меня. Как заезженная пластинка твердит одно и то же.

— Это может тебя удивить, Марк, но я совсем не думала о тебе, когда его руки были на мне, — лгу я сквозь зубы. Теперь я точно не собираюсь говорить ему, что Рома — мой брат. И не собираюсь показывать, как сильно он обидел меня. У меня характер отца и, если я решила, что между нами все кончено, так оно и будет. У него больше не будет возможности причинить мне боль.

— Ты играешь в опасную игру, София, — вкрадчиво начинает он.

— В этом и вся разница между нами, — огрызаюсь я. — Я не играю в игры. В отличие от тебя. Слушай, просто чтобы все было кристально ясно для тебя, я объясню…

— Будь так любезна, — его голос вдруг необычно тих, а мрачный взгляд бродит по моему телу, когда он наконец останавливает его на моем лице.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Мне становится не по себе. Я чувствую, что атмосфера меняется. Стараюсь не обращать внимания на страх, который скользит по моей спине. Мне просто нужно поскорее закончить этот разговор и избавиться от Марка. Он может вернуться к своим шлюхам. А я выплачу его из своего сердца и все будет как раньше. Я делаю глубокий вздох, прежде чем сказать.

— То, что между нами было, игры, мутки, или как ты там это называл, это закончилось. Тебе нет места в моем мире. Так что возвращайся к своим шлюхам и к своему миру. Если повезет, мы с тобой больше никогда не увидимся.

— Все будет не так, малышка!

— Именно так все и будет. У тебя нет выбора.