(Не) отец моего малыша - Дана Стар

Что же теперь делать?

Что я докажу, если обращусь в полицию?

Я ведь сама вешалась на шею мерзкому подонку. А видеозаписи с камер наблюдения это подтвердят. В который раз уже убеждаюсь, что чёртов кретин подсыпал мне в напиток наркотик. Отчего я почувствовала сильное желание, животную жажду секса и аномальную влажность в области бедер.

Об изнасиловании тут не может быть и речи. Свидетели бы подтвердили, что я сама пошла в номер с незнакомцем. Вешалась на парня по пути, одержимо целовалась, смеялась.

Но я этого не помню. Очень смутно. Обрывками. Как сон.

Только когда подонок проткнул меня своим гигантским членом, я, наконец, опомнилась. Немного отрезвела, пришла в себя, осознав, в какую кошмарную беду попала.

Ещё и этот паршивый букет из сотни роз с фальшивой запиской, оставленный на окровавленной, после первого раза, постели:

«Спасибо за потрясающий вечер».

И всё.

Будто забыл.

Получил, что хотел. Попользовался. И отшил, как грязную шлюху.

Ни номера телефона, ни более подробных объяснений.

Сбежал, подлый, мерзкий трус.

Оставив совершенно одну.

Разбитую, истерзанную, подавленную.

***

Вскоре я поняла, что оказалась в другом крыле. Нужно было пройти через пляж, чтобы добраться до своего корпуса. Время было обеденным. Я проспала до двух часов дня и до сих пор не могла отойти от потрясения.

Меня шатало. Голова тяжёлая, свинцовая. Подташнивает.

Низ живота жжёт. Хочется выть и рыдать от горя!

Потерянная, я брела вдоль побережья, спотыкаясь и шатаясь.

Что это было, чёрт подери?!

И не могла толком вспомнить вчерашний кошмарный вечер.

Неужели, этот отморозок с волчьими глазами действительно мне что-то подмешал в коктейль?!

С волчьими глазами? Именно! А ведь до момента изнасилования глаза незнакомца казались мне краше драгоценных камней.

Оттого я и набросилась на мерзавца, как голодная кошка, проявив инициативу, купившись на смазливую внешность. Набросилась без принуждения. По собственному желанию.

Это бред.

Не могла я. Не могла!

Я ведь очень осторожна в плане отношений с мужчинами. Особенно в интимном плане. Секс с первым встречным, без обязательств… не про меня!

Презирала я такие вот беспорядочные перепихоны! Это мерзко. Это по-животному. Без любви… Ласкать тела друг друга, ради удовольствия, чтобы потом, удовлетворившись, навсегда забыть о друг друге.

Секс – синоним слова «любовь». Секс – это не развлечение. А возможность выразить свою любовь не словом, а делом. Как итог – получить плод этой любви.

Ребёнка…

«Нет! Нет! Нет! – схватилась за голову, кричала в уме, рыдала, – Я не такая! Я не шлюха! Не легкодоступная отельная тряпка!»

Теперь уже неважно. Попробуй докажи.

Себе и тем людям, что скривившись, образно плевали мне в спину, рассматривая в лифте, перешептываясь друг с другом, с отвращением рассматривая мой потасканный, измученный внешний вид.

***

Таким образом, до сих пор пребывая в каком-то жутком аффекте, я добрела до волейбольной площадки. Громкие возгласы, заставили меня остановиться, обхватить себя руками, поежиться как от холода, и посмотреть вперед, на источник шума. Признав в нём знакомый голос, до ледяных мурашек, рассыпавшихся по всему телу.

Артём. Это был ОН!

И он, в настоящий момент, беззаботно играл в волейбол с полуголыми грудастыми девицами, напоминающими неудачные клоны Памелы Андерсон. Эти блондинистые дуры вешались на него в порядке очереди, всякий раз, когда Артём забивал поинт. И они… его целовали.

Меня затошнило. Коленки задрожали, стало нечем дышать. А в груди вдруг, напротив, стало так больно, так горячо! Будто сердце вспыхнуло огнем. И горело. Разгоняя по венам кипящую лаву.

Память частично вернулась. Будто меня треснули кувалдой по голове.

Артём ведь целовал их прямо на моих глазах. Целовал так гадко, с языком, сминая их пухлые груди, шлёпая по огромным, накаченным попам.

Я словно язык проглотила. Вот-вот и рухну в песок, разлетевшись пеплом по ветру.

Ну почему! Почему же мне так горько… Он ведь никто мне. Никто!

Знаем друг друга всего лишь пару часов. Наверно, потому что просто идиотка, которая влюбилась с первого взгляда в сущего монстра, спрятанного в теле обворожительного мачо, питающегося нежной, нетронутой плотью глупеньких девственниц.

Артём меня не замечал. Увлечённый групповой оргией, прямо на пляже, подонок продолжал сосаться с блондинистыми лахудрами в откровенных стрингах, пока кто-то из его дружков-качков не присвистнул, тем самым давая понять парню, о явлении незванной гостьи. Помимо девушек в бикини, на площадке находились ещё и мужчины. Вероятно, друзья Артёма.

Резко обернувшись, Артём грубо оттолкнул от себя губастую сосалку и быстрым шагом двинулся в мою сторону, словно бешеный бык, который увидел красную тряпку.

– Слушай, только не надо истерик… – оскалился, сжимая кулаки.

Я ведь ещё даже ничего не сказала.

Просто молчала. А он уже принялся хамить, будто мысли прочитал, будто знал заранее, зачем я его искала.

– Мне было приятно, тебе тоже. Доставили друг другу удовольствие. И всё. Аривидерчи. Разошлись, разбежались. Как в море корабли.

Ничего личного, детка. Просто секс. Без обязательств.

– Но я… Ты…

– Замолкни, я сказал! – заорал, отчего я, испугавшись, вздрогнула, попятилась назад и, зацепившись пяткой за сук в песке, упала спиной назад.

Выдохнув, Артём нервно поправил влажные от пота волосы, посмотрел куда-то вдаль моря, прошептав чуть сбавив тон. – Скажи спасибо, что это был я. А не какой-нибудь дегенерат-уёб*к который сдал бы тебя на органы или толкнул в рабство. В следующий раз будешь умнее. Разве мамочка не учила тебя, что нельзя лакать всякую дрянь из рук незнакомцев?

О чём он? О чём треплется этот козёл?!

Поверить не могу.

Ну как он может? Ну за что он так со мной поступает?

Пятизвёздочный отель. Кто бы мог подумать… Какое рабство?! Какое насилие!

Я думала… Даже предположить не могла, что окажусь в опасности.

– Эй, малыш, ну ты чего там застрял? Идёшь играть? – одна фифа, из сиськастых Андерсон, игриво захлопала в ладоши, недовольно надув губки.

– Просто запомни этот урок жизни. Уходи. Не раздражай меня. Просто исчезни, ладно? Иначе я сам заставлю тебя это сделать. Силой.

Потрясение. Двойная порция шока. В глазах сгустилась тьма.