Знаю, ты хочешь - Елена Сокол

Зато я вижу часы – почти семь утра. Вашу мать!

Следующая здравая мысль заставляет меня вспомнить про Алекса. Я смотрю на кровать, но она пуста. Значит, мужчина куда-то ушел, и это, в общем-то, прекрасно. Потому что мне сейчас лучше никого не видеть: я не в том состоянии. Да и совесть душит. А почему?

Боже…

И вот тут-то перед глазами проплывают картинки прошлой ночи. Секс. Секс. Секс. Жуткое количество секса! В разных местах и разных позах. Этот мужчина просто измочалил меня за эти несколько часов, но самое страшное, что я сама этого хотела – у меня словно сорвало внутренний стоп-кран.

Вспоминаю, и меня начинает тошнить. В постели, в бассейне, в гостиной, снова в постели… И я сама просила, чтобы он не останавливался. В меня будто вселилась тысяча чертей, я испытывала оргазм за оргазмом – да от такого кто угодно осатанеет!

Я вскакиваю и начинаю судорожно искать свою одежду. Платье обнаруживается на полу, бюстгальтер под кроватью. В поисках трусиков перетряхиваю постельное белье, но ничего не нахожу. Блин!

В этот момент на глаза попадается несколько надорванных квадратиков из фольги, и меня затапливает удушливой краской – щёки буквально воспламеняются от стыда.

Нужно забыть это приключение, как страшный сон! Забыть и никогда не вспоминать! Зря я не ушла сразу…

Надеваю лифчик, натягиваю платье, торопливо расправляю ткань и бросаю взгляд в зеркало. Ужас! Круги под покрасневшими глазами, потрескавшиеся, опухшие губы, взъерошенные, похожие на мочало, светлые волосы. Пытаюсь уложить их руками, расчесываю пятерней, но это им, как мертвому припарка – моя прическа за ночь превратилась в птичье гнездо, и кроме мытья тут мало что может помочь.

Я верчу в пальцах, а затем подношу одну прядь к носу – от волос невыносимо воняет хлоркой. В памяти всплывают грязные сцены в бассейне. Судя по тому, как ломит спину, я ударялась ею о бортик не один раз. Значит, могли остаться синяки.

Бегло осматриваю лицо, шею, декольте. Облегченно выдыхаю, не обнаружив следов засосов. Но тут же напрягаюсь вновь – нужно будет провести дома более детальный осмотр.

О чем я только думала, когда позволяла ему лапать себя с такой силой?! Соображала ли, когда подчинялась его приказам и смиренно терпела шлепки? Ах, да – я хотела добавки, требовала еще и еще!

На секунду я застываю у зеркала. Кто ты? Кто эта женщина, которая смотрит на меня из отражения? Что заставило ее так поступить?

Меня снова почти выворачивает, и я еле сдерживаю рвотный позыв. Бросаюсь искать остальные свои вещи. Радуюсь, как ребенок, найдя туфли, быстро хватаю их и выхожу из комнаты. Прислушиваюсь к звукам в доме. Тихо.

Мне бы только проскользнуть отсюда незамеченной!

На носочках крадусь по коридору, затем через гостиную, огибаю диван и спешу к двери. Как раз в этот момент раздается его голос:

– Ты куда?

Я вытягиваюсь в струнку, воздух застревает у меня в горле.

– Домой. – Отвечаю, оборачиваясь.

Алекс в кухонном проеме, из одежды на нем лишь джинсы. Он стоит босиком на каменном полу и поигрывает мышцами. Вернее – крутит в руках лопаточку для переворачивания блинов, а его тугие мускулы вторят его движениям.

Я сглатываю.

– Ты что, собиралась уйти, не попрощавшись?

– Мне нужно. – Делаю шаг к двери.

– Не спеши. – Безапелляционно выдает мужчина.

Не понимаю, как он так быстро оказывается возле меня, но в следующее мгновение Алекс уже перехватывает из моей руки туфли, бросает их на диван, и тут же подталкивает меня в сторону кухни.

– Я приготовил тебе завтрак. – Радушно и даже как-то обыденно говорит он.

И так подрастерявшая очарование встреча теперь приобретает совсем неожиданный поворот. Мне неловко, неприятно, и вдобавок в душе начинает нарастать раздражение.

– Мне нужно быть дома, Макс может позвонить. – Бормочу я, пока Алекс усаживает меня силком на стул. – Или уже звонил. Тогда мне точно конец.

– Ты можешь не думать о нем еще хотя бы полчаса? – Морщит нос мужчина. – Я приготовил тебе завтрак, просто поешь.

– Не хочется.

– Похмелье? – Он ставит передо мной тарелку. – Тогда выпей для начала минералки.

– Слушай, ты извини, конечно. – В моем голосе больше нет любезности. – Но мне не нужна минералка. Мне нужно домой.

– Тогда кофе. – Улыбается Алекс.

И ставит передо мной чашку с ароматным напитком.

С моих губ срывается ругательство.

– Послушай, мне хреново! Я выгляжу, как кусок дерьма, и чувствую себя примерно также. Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы кто-то находился рядом и совал мне под нос кофе с… – Я замираю, когда Алекс перекладывает со сковороды на мою тарелку поджаренный бекон, яйца и тосты.

Я снова матерюсь.

– На здоровье. – Улыбается мужчина.

И садится напротив.

– Алекс… – Выдыхаю я.

– Да, Ханна? – Спокойно спрашивает он и отпивает кофе.

Мой взгляд соскальзывает с его лица на мощные руки. Пару часов назад они до боли стискивали мои ягодицы и мяли грудь.

– Я вовсе не такая, как тебе показалось, и мы с тобой не друзья, чтобы завтракать вместе. То, что произошло… в общем, это мне не свойственно. И я хочу забыть об этом, как будто ничего и не было, понимаешь, о чем я говорю?

– Конечно. – Кивает Алекс и делает еще глоток. – Мне такое поведение тоже не свойственно. Обычно я не сплю с чужими женами в доме своих друзей. И уж точно не трахаю их всю ночь напролет, считая, сколько раз они кончили.

– Ты считал, сколько раз я… – У меня не получается договорить, потому что я закашливаюсь.

– Нет. – Отмахивается он. – Вообще-то, восемь. Но специально я не считал, просто в упаковке было ровно восемь презервативов.

– Господи… – Я опускаю голову и массирую виски.

– Да, неплохо. – Усмехается мужчина.

Поднимаю на него серьезный взгляд:

– Надеюсь, это останется между нами?

– Разумеется. – Улыбается он.

И шутливо застегивает свой рот на воображаемую молнию.

– Ладно, я пойду. – Бросаю я, вставая со стула.

– И не разделишь со мной завтрак? – Его брови поднимаются вверх.

– Без обид. Всё, что мы могли с тобой разделить, это прошедшую ночь. – Я взмахиваю руками. – Мы совершили ошибку, Алекс, поэтому надеюсь на твое понимание и молчание. Всего хорошего!

Я ухожу, не дожидаясь ответа. Подхватываю туфли с дивана, надеваю их на ноги и выглядываю за дверь. Сонная улица погружена в тишину.

Проскальзываю наружу и короткими перебежками добираюсь до дома. Всё, что мне сейчас нужно – это забыть о своей ошибке.