На твоей стороне - Ирина Давыдова

— Как она? — спросила только что вернувшаяся девушка, держа в руках бутылочку со смесью.

— Понимает меня с полуслова, — ответил Дмитрий, с нежностью смотря на личико уже совсем успокоившейся девочки.

— Вот хитруля, нянечек и медсестер не слушается совсем.

— Она знает, кто ей нужен, правда, Зоенька?

— Давайте, Дмитрий Александрович, я буду ее кормить.

— А мне позволишь? — с надеждой во взгляде спросил Жаров, не желая отпускать малышку.

— Попробуйте, — она протянула мужчине бутылочку, и когда он приблизил ее к маленькому ротику, Юля направила его руку в правильное положение, а сама принялась менять белье в кроватке.

— Почему ты это не оставишь нянечкам? — спросил Жаров, с теплой улыбкой наблюдая, как малышка крохотными губками обхватила соску и принялась сосать, издавая умилительные звуки.

— Есть вопросы, на которые у меня нет ответов.

— Зато у меня есть, — шепотом проговорил Дмитрий и перевел взгляд на Юлю.

— Вы очень внимательны, но оставьте свои мысли при себе.

— А ты неприступная, — подметил мужчина, а Юля на эти слова ничего не ответила, а приготовив кроватку, молча уселась на стул, ожидая, пока Зоя доест и уснет.

Никольская со стороны наблюдала, как умело Дмитрий обращается с девочкой, наблюдала и наслаждалась, ведь не каждый день встретишь мужчину, который так бережно и заботливо относится к ребенку. К чужому ребенку. Многие мужчины в принципе не хотят нянчиться с новорожденными, предпочитая найти себе занятие на работе или в компании друзей, уж не говоря о тех, которые вовсе отказались от своего чада. Ведь есть у них в учреждении такие детки, у которых при родах умерла мама, а отец просто не захотел брать на себя большую ответственность, учитывая, что больше никого из родни нет, и проще было оставить ребенка в роддоме. А здесь — чужой человек, состоявшийся мужчина, боится даже дышать в сторону малышки, чтобы, не дай Бог, не навредить ей.

Юля удивлялась поведению Дмитрия, но радовалась, что в этом жестоком мире еще остались достойные мужчины. Что касалось новости о его разводе, так винить себя в этом Никольская не собиралась, как бы серьезно ни относилась к браку. В его семью она не лезла, а переживать девушке и так было, о чем, и одна причина сейчас находилась в заботливых руках Дмитрия. Юля всегда всем сердцем желала, чтобы каждый ребенок обрел семью, купался в любви и ласке, но за эту ночь она всей душой прикипела к Зое, и не знала, что будет делать, если малышку захотят удочерить. Конечно, это звучало эгоистично, но она не хотела отпускать девочку, и сама для себя решила, что будет за нее бороться. И если бы она была замужем, то, не раздумывая, забрала бы ребенка к себе, но, увы, на данный момент девушка не могла так поступить.

А вот Дмитрий был бы отличным отцом, почему-то подумалось ей, глядя на довольного мужчину. Возможно, Юля доверила бы ему Зою, если бы он захотел ее забрать, но, судя по прозвучавшим словам о разводе, малышке пока будет лучше в стенах этого дома. Но вот почему-то Никольская не сомневалась, что Дмитрий мог бы усыновить ребенка, но откуда у нее была такая уверенность, сама она не понимала.

— Юленька, — шепотом позвал мужчина, уже уложив заснувшую Зою в кроватку, а девушка даже не заметила, когда кроха успела заснуть, — пойдем в кабинет, нужно поговорить о записке.

Она только кивнула в ответ, бросив взгляд на тихо сопящую девочку, и следом за Димой покинула палату, предварительно сообщив медсестре, чтобы та ни на минуту не оставляла малышку одну.