Возлюбленная дьявола - Анна Милтон

Черт. Мне на самом деле нужно объяснять ему о своих чувствах? И есть ли в этом смысл — в том, что я хотела достучаться до него, когда он вновь отдалялся от меня к… ней?

Как же это ничтожно и жалко.

Я крепче стиснула пальцами холодное стекло, опустив голову и закрыв глаза на секунду.

— Если она останется, то уйду я.

— Лика, не говори глупостей.

— Не указывай мне, что говорить, а что нет, — я замотала головой. — Только не ты — человек, который определиться не в состоянии с тем, что и к кому испытывает.

— Лика, — с нажимом произнес Земской, делая шаг в мою сторону.

Я выставила руку вперед.

— Не нужно, ладно? Стой, где стоишь. Лучше накрой ее одеялком, чтобы не замерзла. А я пойду, переоденусь в свои вещи и уйду отсюда. И ты не сдвинешься с места. Ни на миллиметр. Не скажешь мне ни слова. Притворишь, что меня уже здесь нет, договорились? — осточертел этот бред. Осточертело то, что мне безумно горько от мысли, что я обманулась. Снова. — Я не могу смотреть на то, как ты заботишься о… ней…

— Да пойми ты, черт возьми, что я не могу отпустить эту идиотку в таком состоянии! — в противовес моей просьбе не приближаться, Земской все же уничтожил расстояние между нами. — Оставить одну, в бессознательном состоянии, в такси с незнакомым человеком… Мало ли в городе ублюдков, которые захотят воспользоваться беспомощностью женщины, — «однако ей хватило мозгов приплестись сюда, будучи о-о-очень пьяной» мысленно проворчала я, выдерживая на себе свинцовый взор мужчины. — Предлагаешь сопроводить ее во время поездки? Будет ли это правильно по отношению к тебе? Нет? Тогда скажи мне, как я должен поступить, — Земской старался говорить бесстрастно и чеканно, но протест и запальчивость проскальзывали в густом грудном голосе легкой дрожью.

Он протянул ко мне руки.

Я пресекла его примирительный жест, отступив назад.

— Ты совсем не можешь ее отпустить, Влад. И хватит уже отрицать.

Земской вторично нарушил мое личное пространство, подступив вплотную прежде, чем я успела среагировать и отскочить от него. Опустив подбородок, мужчина с глазами цвета виски взглядом сверлил на месте моего лица зияющую дыру.

— Мы договорились, что ты будешь мне верить, забыла? — отчеканил босс. — Не устраивай сцену на пустом месте.

Вот опять!

— Я не ревную, самодовольный ты кретин! — рявкнула я, мечтая вылить содержимое стакана ему в лицо.

Скажет еще хоть одно глупое слово — и точно воплощу задуманное в реальность.

В том-то и дело, что я адекватно расценивала ситуацию, повторно возникшую с участием Алины. Констатировала очевидное. Влад не забывал ее. Убеждал себя в обратном, но поступками в очередной раз доказывал противоположное.

К счастью, я не настолько без ума от своего босса, чтобы и дальше терпеть его неопределенность.

— Делай, что хочешь, — сипло пробормотала я, поставив стакан с водой на стеклянный журнальный столик. — Я ухожу.

— Твою мать, Лика! — выругался Земской и поймал меня за локоть, но я тут же выдернула руку. — У тебя хобби такое — все усложнять?

— А твое — пудрить мозги, — огрызнулась я.

Громко стиснув зубы, Влад отступил на шаг назад.

— Знаешь, что? Прекрасно. Уходи.

— Так и собиралась поступить, — фыркнула я. 

*** 

— Лика!

Миновав просторный холл первого этажа, я поборола в себе желание обернуться к мелькнувшей знакомой фигуре мужчины и ускорила шаг. Но главе компании «ZEM-GROUP» все же удалось нагнать меня буквально за мгновение до того, как закрылись двери лифта.

Черт…

Это была наша первая встреча с прошедшей ночи, когда Земской облажался по полной. Честно говоря, сегодня я планировала делать все для того, чтобы избегать с ним встреч. Любым способом. Игнорировала бы его даже в том случае, если бы получила запоздалые сбивчивые извинения (ну а вдруг… хотя все же вряд ли).

Вернувшись от Влада, я окунулась в продолжительный мыслительный процесс, который продлился до наступления утра. Как бы ни хотела — а сомкнуть глаза не получалось. Отсутствие сна сказалось на моем настроении, и сейчас оно колебалось где-то на отметке «не-трожь-а-то-укушу».

Перспектива делить с Земским скромное пространство кабинки вплоть до десятого этажа являлась далеко не радужной, поэтому я не прекращала давить на пресловутую кнопку, уповая на то, чтобы ход времени ускорился.

— Как ты добралась вчера? — поинтересовался Влад, после того как справился с небольшой отдышкой. Ему пришлось поднажать, чтобы успеть юркнуть в лифт. — Я… волновался.

Выразительно вздохнув и закатив глаза, я подняла руку вверх, приказывая мужчине тем самым остановиться.

— Давайте проясним кое-что, директор. С сегодняшнего дня… с этой самой секунды не говорите, что волнуетесь обо мне. Все, что касается меня, с этих пор для вас ничего не должно значить. Я собираюсь поступить точно так же… Собираюсь сделать вид, что мы друг для друга — пустое место. Как это было прежде.

— Я испытывал к тебе что угодно, но безразличие — никогда! — Влад не на шутку разгорячился.

Лифт остановился на нужном этаже.

Не глядя на босса и не желая выслушивать его дальнейших возражений, я поспешила мимо регистрационной стойки к своему кабинету.

— Доброе утро, — кинула приветствие Жанне Леонидовне.

— Доброе утро, Анжелика Викторовна, — женщина прервала сортировку папок на своем рабочем месте, чтобы ответить мне улыбкой. Затем ее взгляд переместился в сторону, и уголки губ незамедлительно опустились. — Доброе… утро, Владислав Валерьевич.

Мужчина буркнул ей: «Доброе», вкладывая все усилия в то, чтобы не упустить меня. Тем не менее, он все-таки был вынужден притормозить рядом с секретарем, поскольку той требовалась от него подпись.

Босс, не взглянув на документ, чиркнул в нижнем углу ручкой на нескольких белых листах.

— Мы не договорили! — покончив с бумагами, мужчина упрямо направился за мной.

Вот твердолобый…

Он прошмыгнул следом в мой кабинет и, опершись ладонями о край стола, начал буравить меня рассерженным взглядом, когда я водила пароль дьяволвпрадо666 на рабочем компьютере. С ложным усердием на лице принялась разбирать входящую почту, игнорируя явную жажду Земского заполучить мое внимание.

— Я… признаю, что повел себя, как кретин, позволив тебе уйти, — сквозь зубы прошипел он, взглянув на дверь, которую не прикрыл за собой, и наклонился через стол. — Прости меня.

— Почему вы оправдываетесь передо мной? — я моргнула, напустив на себя издевательски-непонимающий вид.

Могу я позволить себе немножечко побыть стервой?