Глаза русалки - Mut-Em-Enet

— Ну, как слышишь, звоню.

— Все-таки соскучилась?

— Безумно… Так сможешь вырваться сегодня, мне очень нужно твоё присутствие на одном камерном мероприятии…

— Только если потом будет продолжение…

— Я согласна! В пол 6 я тебя жду под домом, и оденься поприличнее.

Что я творю? По-моему, из-за генерала я мало того, что постепенно лишаюсь разума, да еще и инстинкт самосохранения дает сбои. Не Гена ли пытался меня изнасиловать? И сейчас я сознательно его зову.

Ужин у генерала обещал быть томным. В указанное время Геннадий стоял перед моей машиной.

Я прошла мимо него, вроде не заметила.

— Ну я так не играю, ни поцелуя, ни даже здрасти!

— Привет! Так лучше?

— Ты меня специально позвала, чтобы игнорить? Виноват, тогда не сдержался…

— Да ты вел себя как последний конченый мудак!

— Прости меня!

— Хорошо, на этот раз я тебя прощу и то исключительно потому, что мне отчаянно нужна твоя компания на сегодня.

Попытку поцеловать меня в машине, я пресекла на корню, тогда Геннадий положил свою руку мне на колено и принялся его гладить:

— Я тебя очень прошу, — мой тон стал грубым, — не смей меня отвлекать, когда я за рулем.

— Так давай сделаем остановку, вон в той посадке. Ты такая красивая сегодня!

— Ген, я же сказала, все потом: ты поможешь мне, а сделаю то, что хочешь ты.

— Прям все-все!

— В пределах разумного и уголовного кодекса, Ген!

— Я так отдался фантазиям, что даже не спросил, куда ты меня везешь. А вдруг на сатанинское собрание и принесёшь там в жертву.

— Ну почти, не совсем собрание и жертв не должно быть, но чёрта с рогами встретить доведётся.

— Так куда мы едем?

— К моему новому родственнику на ужин.

— Все так просто, Оксан, в чем подвох?

— Для тебя, Гена, никакого подвоха.

Мы подъехали к дому генерала с десятиминутным опозданием.

— А теперь Ген, мне надо, чтобы включил свое обаяние на полную катушку, не забывай меня обнимать и периодически целовать, только без фанатизма, там будут мои родители.

— Так ты меня с родителями привезла знакомить?

— Можешь воспринимать это именно так.

Дверь мне открыл сам Корецкий и сразу изменился в лице, когда увидел улыбающегося Геннадия.

— Ярослав, — генерал потянул руку Гене.

— Геннадий, — тот ответил на рукопожатие, — Вы?

— Я новый родственник Оксаны и тесть ее брата, а?

— А я ее, как там модно говорить, бойфренд.

Генерал посмотрел на меня. Пока Геннадий здоровался с остальными гостями, задал беспокоящий его вопрос:

— И давно это у вас? Ты не говорила, что с кем-то встречаешься.

— Несколько лет. И с какой стати я вообще должна перед Вами отчитываться?

— Это значит, что мы квиты?

— Это значит, Ярослав Александрович, что не у Вас одного есть секреты.

— Дуся, — Корецкий приблизился на максимально допустимое расстояние, — не пробуй со мной играть.

— Ну что Вы? Как можно? Тем более у Вас уже есть другая партнёрша для игр.

Он быстро затолкал меня в первую попавшеюся комнату и плотно закрыл за собой дверь.

— Вам не кажется неприличным такое поведение, наше отсутствие могут все заметить?

Ярослав специально приоткрыл дверь:

— Рая, скажи Глафире пусть подает, я тут задержусь ненадолго, у Оксаны там что-то в машине барахлит, попросила посмотреть. Мы скоро подойдем.

— Расчетливо! А Вы прямо в моторах разбираетесь?

— Могу, если надо…

Я огляделась по сторонам и поняла, что мы в Катиной спальне. Неужели ему хватит наглости осквернить комнату дочери необдуманным поступком.

Между тем он шел на меня, а мне пришлось спешно отступать.

— Я предупреждаю, если Вы приблизитесь, я закричу!

— Спорим — не закричишь? Ты же не хочешь, чтобы твои родители и твой бойфренд узнали про нашу маленькую интрижку…

— Значит так это называется — «интрижка»! А то что Вы меня затянули в постель, при этом встречаетесь с другой женщиной годами, это нормально?

— А ты меня не о чем и не спрашивала и силой я тебя никуда не тянул.

Мне уже некуда было отступать. Руки Корецкого плотно сжали мою талию, а его губы бессовестно терзали мои. Говорят, лучшая защита — это нападение. И подалась немного вперед, и тут же угодила в его плен. Я не в силах была заставить себя оторваться от генерала, хоть мой мозг ясно понимал: все, что сейчас происходит неправильно. Но в какую-то секунду в полумраке Катиной спальни, я потеряла контроль.

— Не надо! — толкнула двумя ладонями его мощную грудь.

— Ну почему? — глаза Корецкого выражали непонятную мне грусть.

— Нам нельзя и не стоит ничего такого даже думать. У меня есть Гена, а у Вас — Рая. Очень хорошая и добрая женщина и она Вам безусловно подходит больше…

— Мы что пришли сюда поговорить о Раисе?

— Я сюда не пришла, а Вы меня затолкали! — пыталась я протестовать.

— Дуся, давай я развею твои иллюзии: с Раей — дело решенное, мы уже пять лет вместе, бросать я ее не собираюсь, так как безмерно ей благодарен на многолетнюю поддержку. А ты — моё личное наваждение, мой зеленоглазый демон. И хочу я только тебя!

— Вчера Вы говорили даже больше…

— Я был пьян и раздавлен твоей красотой!

— Интересно получается… Вы и на Раисе не женитесь и мне решили голову заморочить.

— А кто говорил про женитьбу? Меня все устраивает: Рая — почти хозяйка в моем доме, а ты, надеюсь, станешь украшением моей постели.

— Какая незавидная роль мне отведена. Украшение постели… Да Вы — не генерал, Вы — поет!

— По крайней мере я с тобой честен. И говорю четко, чего хочу.

— А Вам совсем не жалко Раю? Что ж она должна почувствовать, узнав, что Вы себе завели «интрижку» на стороне.

— Жалко, — генерал склонил голову, — но желание обладать тобой сильнее жалости.

— Вы предлагаете мне стать Вашей любовницей, я верно понимаю?

— Абсолютно верно. И желательно побыстрее, я уже не могу терпеть.

— А знаете, каким будет мой ответ — Н-И-К-О-Г-Д-А!

Я быстро обхожу оглушенного Корецкого и оказываюсь в коридоре. Я в безопасности!