Невоздержанность - Al Steiner

"Это очень плохо", - сказал Джейк.

"Ни хрена себе", - согласился Мэтт. "И что еще хуже, сучка, которую я взял с собой, заболела морской болезнью еще до того, как мы покинули гавань".

"Значит, ты не получил никакой взбучки?"

Мэтт посмотрел на него, как на идиота. "Как будто", - сказал он. "Как будто мне не все равно, больна она или нет. Черт, я заплатил две штуки, чтобы забронировать эту чертову лодку и иметь все это в своем распоряжении. Будь я проклят, если шлюха, которую я взял с собой, не откажется от нее ".

"Ты трахнул девушку, когда у нее была морская болезнь?" - Спросил Джейк, наполовину потрясенный, наполовину удивленный.

"Чертовски верно. Я просто перегнул ее через перила и прибил сзади, пока ее рвало в гребаный океан".

"Вау", - сказал Билл с ноткой благоговения в голосе. "Ты действительно один из самых развратных людей, которых я когда-либо встречала, Мэтт".

"Спасибо", - сказал Мэтт. "И я здесь, чтобы сказать тебе, мышцы киски цыпочки вытворяют кое-что интересное, когда их тошнит. Вам всем следует как-нибудь попробовать это ".

Они все размышляли над этим, пока не пролетели еще две минуты. Как раз в тот момент, когда они начали нервничать из-за Даррена, он вернулся, вошел через служебную дверь и направился к ним. Джейк сразу понял, что он вышел не для того, чтобы посрать. Его глаза были полуприкрыты и покраснели, такое выражение лица появлялось у него только тогда, когда он был под кайфом. И хотя он пытался заглушить запах марихуаны мятными леденцами, это не совсем помогало. От него волнами исходил запах зеленых бутонов.

Джейк посмотрел на Мэтта и увидел, что тот понял то же самое. Лицо Мэтта покраснело от гнева. У них уже была эта проблема с Дарреном раньше, в их ранние дни, когда они все еще снимались в клубной сцене в Heritage. Разговор по душам, в ходе которого Мэтт и Джейк пригрозили заменить его, казалось, излечил Даррена от этого нарушения их внутреннего кодекса поведения. Но теперь он снова был здесь, курил перед выступлением.

"Ты гребаный мудак", - сказал Мэтт. "Какого хрена ты, по-твоему, делаешь?"

"Что?" Сказал Даррен, защищаясь. "Я просто решил посрать. Я вернулся вовремя, не так ли?"

"Ты курил травку там, сзади!" Рявкнул Мэтт. "Ты обкурен по самые гребаные глаза!"

"Я не такой!" Запротестовал Даррен. "Господи Иисусе, Мэтт! Ты же знаешь, я бы ничего подобного не сделал!"

Мэтт посмотрел на Джейка, ища поддержки. Джейк кивнул.

"По-моему, ты выглядишь довольно обкуренным, Даррен", - сказал он. "От тебя тоже так пахнет".

"Я не под кайфом!" Настаивал Даррен, изображая гнев из-за обвинения и плохо справляясь с этим.

"Правда?" Сказал Мэтт. "Итак, если я вернусь в ванную, которой ты только что пользовался, я почувствую запах твоего вонючего дерьма или я почувствую запах "гринбад"? Или тебе, по крайней мере, хватило ума выйти на улицу, прежде чем ты затянулся своей гребаной трубкой?

"Вы, ребята, параноики", - сказал Даррен. "Мне пришлось посрать, вот и все. Мой желудок сегодня чувствовал себя не слишком хорошо. Ты знаешь, как это бывает? Помнишь то время в Санта-Фе, Мэтт?"

"Послушай, придурок", - сказал Мэтт. Но прежде чем он смог продолжить, подошел Стив Лэнгли, менеджер по производству.

"Пора, ребята", - сказал он. "Давайте построимся у входной двери".

"Верно", - сказал Мэтт. Он сделал несколько глубоких вдохов, а затем посмотрел на Даррена. "Тебе лучше не облажаться там".

"Я не собираюсь облажаться", - сказал Даррен. "Говорю тебе, чувак. Я не под кайфом!"

"Ага", - сказал Мэтт. "И тебе лучше поверить, что мы собираемся поговорить об этом после шоу".

"Нам не о чем говорить", - упрямо сказал Даррен.

Стиву, казалось, было немного не по себе из-за напряженности между участниками группы. "Все в порядке?" осторожно спросил он.

"Я надеюсь на это", - сказал Мэтт. "Давай. Давай сделаем это".

"Давайте сделаем это", - эхом повторили остальные.

Свет на складе был приглушен почти до полной темноты. Из усилителей играла глубокая, зловещая мелодия синтезатора, набирающая громкость, усиливающаяся в глубине.

Группа исполнила свое ритуальное хлопанье в ладоши. К тому времени, как они закончили, им подали сигнал.

"Идите", - сказал им Стив. "И помните, держитесь подальше от взрывных устройств".

Они пошли, шагая в темноту и определяя свои позиции на ощупь и повторением. Джейк взял свою гитару — совершенно новую подделку Brogan Les Paul, которая была заново натянута и точно настроена ранее в тот день Мохаммедом, его личным помощником. Он вытащил отмычку из инкрустации и сжал ее. Затем он отступил на четыре шага, удаляясь из опасной зоны пиротехнического заряда, который вскоре должен был взорваться перед ним.

Синтезированная запись достигла крещендо, удержалась, а затем оборвалась. В тот момент, когда это произошло, Мэтт нажал на открытую нижнюю Ми и струну. Звук разнесся по складу, вырываясь из усилителей и медленно затихая вдали. Как раз в тот момент, когда она почти сошла на нет, Мэтт исполнил быстрое соло, постукивающее пальцами, закончившееся повторяющимся ударом такта whammy по струне high-E.

Это послужило сигналом для Дэйва, маниакального пиротехника, привести в действие первую из своих взрывчатых веществ. Он сделал это точно и хорошо. Последовала вспышка яркого света и оглушительный грохот. Джейк почувствовал, как что-то ударило его в грудь, почувствовал запах порохового дыма. Его глаза на мгновение ослепли, но он был цел и невредим, его яички все еще были прикреплены к телу. Зажглись софиты, ярко осветив их для публики, и, как один, группа начала исполнять первую песню сета, The Thrill of Doing Business.

У Thrill была продолжительная сессия тяжелой гитарной работы перед первыми вокальными партиями. Мэтт усилил лидерство, увеличивая темп быстрее и громче, в то время как Джейк спродюсировал солидный бэк-рифф. Играя, они двигались по передней части сцены, позволяя ритму, заданному Купом и Дарреном, направлять движения их тел. Они несколько раз сталкивались плечом к плечу, но старались не пересекаться друг с другом и не переходить на другую сторону, так как это быстро спутало бы их гитарные шнуры, как поводки двух собак. Наконец-то наступил финальный аккорд к основному риффу. Это была яростная симфония барабанного боя, фортепианных аккордов, баса и сдвоенных гитар, которые проложили себе путь к одновременному, тяжеловесному исполнению основного риффа. Мэтт отодвинулся назад, скользя танцующим, шаркающим движением, которое точно соответствовало ритму. Джейк двинулся вперед, рассчитывая свой