Вожделение - Гузель Магдеева

— Не кричи, — шепнул Регине на ухо, — кивни, если не будешь, и я отпущу.

Отпускать не хотелось. Ее тело, даже укутанное в огромный пуховик, возбуждало. Я прижимал ее к себе, ощущая эрекцию. К счастью, головная боль поддалась таблеткам, и теперь я мог чувствовать что-то ещё, кроме нее. Например, вожделение.

Рядом с Региной становилось тяжело управлять собственными мыслями. Хотелось отдаться власти демонов, втолкнуть ее в квартиру, задрать пуховик, стянуть джинсы… Так, стоп, это не очередные фантазии, в которых я мог творить с ней все, что вздумается.

Это реальность, пусть и кажущаяся ненастоящей. Слишком сладко мне было.

Я дождался, когда Регина кивнет в знак согласия головой, и только после убрал ладонь от ее рта. Теперь, надеюсь, она не станет кричать на весь подъезд.

Регина развернулась, и мы оказались лицом к лицу. Так близко, в полутьме подъезда. Мне хотелось коснуться ее лица, нежной кожи щек, но я оставался неподвижным, дышал только глубоко, словно пытался запомнить запах ее духов. Удивительно, но она выбрала крепкий аромат, почти мужской или унисекс, я в этом не сильно разбирался. Но ей он удивительно шел. При всей своей внешней хрупкости, тонкокостности, она не была слабой. Напротив, я чувствовал ее внутреннюю силу, и этот контраст заводил ещё больше.

Она смотрела на меня, гневно сверкая глазами, готовая, несмотря на свое обещание, начать громко возмущаться. До того, как она откроет рот, оставались мгновения, но я опередил Регину:

— В твоей квартире были люди, — я знал это доподлинно, — внизу нас ждут. Уходить будем через крышу. Сейчас, молча и быстро.

Мне удалось ее сбить с толку. Она всё-таки приоткрыла рот, но ничего не сказала. Повела шеей, пытаясь заглянуть мне через плечо, потом перевела взгляд на чемодан, ручку которого сжимал до белизны в пальцах. Они контрастировали с темным пластиком, тонкие, аккуратные пальцы.

Я прятал свои в перчатках.

— Идём, — я перехватил из ее рук чемодан, целую секунду мы касались друг друга, пока Регина не отдернула ладонь. Я сделал шаг к лестнице, стараясь издавать как можно меньше звуков, а она так и осталась стоять. — Второй раз предлагать помощь не буду.

Она все ещё колебалась. Я не стал ее подталкивать дальше, за меня принять решение помог заработавший лифт. Он остановился на нашем этаже, и Регине хватило доли секунд, прежде чем дверцы распахнутся, выпуская пассажира.

Мы бросились к лестнице, в последнее мгновение прячась из поля зрения человека внизу. Мы не двигались, я закрывал собой Регину, готовый стоять так вечность. Раздались шаги, негромкий звук от ключей на связке. Кто-то открыл дверь.

Чужую.

— Сосед, — облегчённо вздохнула Регина.

— В этот раз повезло. Они видели, как ты входила в подъезд, у нас немного времени.

Это подействовало. Из ее глаз исчезло сомнение, на смену ему пришло решительное выражение. Регина обошла меня и стала первой подниматься наверх.

Пешком мы преодолели несколько пролетов; все это время в подъезде стояла тишина, изредка нарушаемая звуками, долетавшими с улицы. Когда мы остановились возле входа на технический этаж, забранного решеткой, она обернулась ко мне:

— Здесь закрыто на засов.

Амбарный замок соединял дужки двери, и на первый взгляд казалось, что дальше не пройти. Но только на первый.

Я бесшумно опустил чемодан, чуть повернул замок и осторожно потянул решетчатую дверь на себя, одновременно приподнимая ее наверх.

Она тихо скрипнула.