Прекрасные - Кристина Лорен

Пиппа сексуальная – тут без вопросов. Она еще и красивая – тут тоже. Под вопросом оставался ее тип красоты и чувственности – яркий, шумный, сияющий, и я прекрасно понимал, что она мне не подходит. И еще проблема в моих двойственных чувствах по поводу отношений и в той странной инстинктивной реакции, которая у меня выработалась в ответ на попытки их построить.

Но это же просто отпуск. Он и не должен быть чем-то особенным.

– Ты из-за чего-то дергаешься, – заметил Уилл, кивая в сторону ящика с приборами и протягивая мне подставку под них.

Я поставил в нее горсть вилок и повернулся к нему.

– Нет. Просто складываю и вычитаю в уме.

Он ухмыльнулся.

– Что-то долго думал.

– Аннулирование – это у меня хорошо получается.

Уилл покатился со смеху с непринужденностью человека, которому предстоит двухнедельный отдых в компании жены и друзей.

– А вот это неправда. Но об этом мы еще поговорим.

Неопределенно хмыкнув, я намазал тост маслом, налил себе сока и помог накрыть на стол.

– Завтракать! – перегнувшись через перила, позвал Уилл.

По лестнице прогремели шаги, и, подняв голову, я увидел Пиппу. Она заплела свои светло-рыжие волосы в косу, надела пронзительно-синие леггинсы, кеды и черный свободный вязаный свитер, аккуратно соскользнувший с одного плеча.

– Приветик, Дженс! – сказала она и широко улыбнулась, входя в кухню. Ее коса покачивалась за спиной при каждом шаге, и я, наблюдая, как она идет, заодно быстро оценил, как ее задница выглядит в этих штанах.

Чтоб меня.

Я повернулся обратно к столу и столкнулся с понимающей улыбкой Уилла.

– Приветик, Дженс, – повторил он с самодовольной ухмылкой, которая с каждой секундой становилась все шире. – Как там математика?

– Так, словно ты вот-вот схлопочешь по яйцам, – я сел за стол и положил салфетку на колени.

Засмеявшись, он выдвинул стул для присоединившейся к нам Зигги.

– Обожаю, когда я прав, – сказал он и наклонился ее поцеловать.

– А? – в замешательстве взглянула на него она.

– Я просто… – он повернулся и нацепил на вилку яичницу, с улыбкой глядя на подошедшую и севшую рядом со мной Пиппу. – Просто жду с нетерпением, когда мы отправимся.

* * *

Мы все столпились вокруг сверкающего серебристого минивэна, наблюдая, как Найл грузит багаж и рассаживает всех по местам. Зигги все тщательно продумала. Машина на восемь мест, так что мы шестеро устроимся тут с большим комфортом. Для всех были припасены подушки, пледы, вода и закуски, радио и настольные игры.

Решив сменять друг друга за рулем, мы, поскольку за главную тут Зигги, решили этот вопрос придурковато-ученой версией игры «Камень, ножницы, бумага»: пипетка, колба и тетрадь. Из пипетки капает на тетрадь, тетрадь накрывает колбу, а колба раздавливает пипетку, как пояснила она. У нас, правда, ушло время на осознание этой иерархии, и поначалу мы думали просто назначить Уилла первым водителем, но когда моя колба вдребезги расколошматила его пипетку, вопрос был решен.

Пиппа села рядом со мной и понимающе улыбнулась.

– Привет, друг.

Я засмеялся.

– Хочешь сыграть в «Эрудита»?

– С удовольствием, сэр, – и вытащила игру с какой-то странной хищной ухмылкой.

* * *

В общем, Пиппа, как оказалось, превосходно играет в «Эрудита». Я бросил коробку с игрой обратно в стопку и посмотрел на нее:

– Было весело, – безучастно сказал я. – И «Корнишон»? Какого черта, женщина?

Она радостно рассмеялась:

– Я всегда хоть и сильно нервничаю, но берегу букву «Ш».

Наклонившись к Руби и Найлу, она спросила:

– Кто-нибудь еще хочет со мной в «Эрудита»?

– После ближайшей остановки я сяду с тобой, – обернувшись через плечо и улыбаясь, ответил Найл. – И отыграюсь за мужскую команду.

– Ага, мечтай, – поддразнила Пиппа. Откинувшись на спинку сиденья, она вздохнула и посмотрела в окно. – Путешествие на машине здесь так отличается от Англии.

– И как? – спросил я.

Она убрала волосы со лба и вполоборота повернулась ко мне:

– Проехать от одного конца Англии до другого можно всего за день, – ответила она, а потом добавила чуть громче, чтобы сидящим впереди тоже было слышно: – Где-то около четырнадцати часов от Корнуолла до шотландской границы, да, Найл?

Он немного подумал:

– Зависит от количества машин на дорогах и погоды.

– Точно, – кивнула она. – Ну а здесь дороги просто бесконечные. Ты выезжаешь в понедельник, едешь так несколько дней и в итоге выясняешь, что заблудился. Потрясающе, правда? Можно сесть на мотоцикл или в о дин из этих домов на колесах и просто ехать и ехать, без цели и конечного пункта.

– Останавливаться у каждой достопримечательности. Есть жуткую еду в каждом штате, – подхватила Зигги с переднего сиденья.

– Тормозить у каждого туалета на трассе, – подмигнул ей Уилл. Потом он поймал мой взгляд в зеркале заднего вида. – Помнишь то наше дартс-путешествие в колледже, Дженс?

– Разве такое забудешь?

– Дартс-путешествие? – спросила Пиппа, глядя между нами.

– Не знаю, как много тебе рассказывала Руби, – начал я, – но мы с Уиллом вместе учились в колледже. Так он и познакомился с Зиг-Ханной.

Пиппа вытаращила глаза, кажется, она поняла теперь, что между нами океан нерассказанных историй, и впереди у нее две недели, чтобы их услышать.

Я улыбнулся.

– А смысл дартс-путешествия в том, что вы бросаете дротик в карту, чтобы решить, куда ехать. В нашем случае он попал недалеко от национального парка Брайс-Каньон, так что летом перед третьим курсом мы туда и отправились.

– Вы поехали на машине из Бостона в Юту? – недоверчиво уточнила Руби.

– У Уилла сбит прицел влево, – сказал я. – Очень сильно влево.

Уилл ухмыльнулся мне в зеркало.

– Господи, мы были на мели.

– Я помню, у нас было четыреста долларов, тогда нам это казалось целым состоянием, и о ни должны были покрыть бензин, еду, платные дороги и ночлег. А когда денег не хватало, нам пришлось… э-э-э… импровизировать.

Тут Руби полностью развернулась, чтобы посмотреть на меня:

– В моем воображении вы оба танцевали стриптиз в придорожном баре где-нибудь в Небраске. Только не надо все портить, пожалуйста.

Уилл громко захохотал.

– Ты недалека от истины, вообще-то.

– А сколько заняла поездка? – спросил Найл. – Я, конечно, не специалист в географии Штатов, но это должно быть три тысячи миль?