7 ночей с врагом - Лавли Рос

— Вставай, Карина, быстро! — сквозь пелену сна ко мне доносится встревоженный голос Дитмара.

Пытаюсь прийти в себя и сажусь на кровати. Он быстро натягивает штаны, пытаясь неуклюже запрыгнуть в них, и по пути раздает команды.

— Шевелись, ну же. Или хочешь, чтобы тебя пристрелили?

Последняя угроза действует на меня по-настоящему. Я быстро поднимаюсь с кровати и начинаю одеваться. Пока не понимаю, что происходит, но одеваюсь быстро, потому что мною движет животный страх. Где-то далеко я слышу голоса и выстрелы, вероятно, это все на первом этаже. При звуках первых выстрелов, в ужасе смотрю на Дитмара. Он лишь приподнимает бровь, выжидающе глядя на меня.

Я и раньше слышала звук выстрелов, но тогда была уверена, что моей жизни ничего не грозит. Там был папочка и его многочисленная свита, готовая все перевернуть, лишь бы защитить меня. Это сейчас у меня никого нет. Ни папы, ни его свиты, готовой защищать меня. Есть лишь Дитмар и мне остается надеяться, что я достаточно сильно ему понравилась, чтобы он рискнул и защитил меня.

— Идем! — он хватает меня за руку и ведет за собой, но не на выход, а в просторную ванную, где за умывальником оказывается еще одна дверь.

Дитмар толкает меня внутрь и идет следом. Мы оказываемся в каком-то коридоре, который ведет нас к другой двери.

— Мы где? — тихо спрашиваю и мой голос эхом раздается в помещении.

— В специально построенной конструкции, — комментирует Дитмар. — Здесь нас никогда не найдут.

— Мы будем тут прятаться?

— Нет, я собираюсь выйти и помочь своим людям, а ты останешься здесь.

— Но…

— Нет “но”, Карина. Ты остаешься здесь, если, конечно, хочешь жить.

Я слабо киваю и соглашаюсь, а после остаюсь в этом небольшом коридорчике одна. Через некоторое время ко мне приходит и Катя. Она обхватывает свои плечи руками и приближается.

— Твой мужчина тоже там? — интересуюсь у нее.

Она слабо кивает и прислушивается к окружающим звукам, но почти ничего не слышно.

— Ты знаешь, что там происходит? — интересуюсь у нее, вдруг она сможет рассказать мне, в чем дело и почему на нас напали.

— Твой отец, — коротко говорит она и всхлипывает.

— Папа? — моему удивлению нет предела. — Папа пришел? За мной?

Катя лишь пожимает плечами, давая понять, что на самом деле не знает, кто пришел. Я же рвусь обратно, чтобы выйти к нему, но она лишь удерживает меня.

— Отпусти, там мой отец.

— Пусть разбираются сами.

— Нет, ты не понимаешь! — кричу. — Он пришел за мной.

Мне удается вырваться, хотя Катя на самом деле и не держит меня, так, лишь пытается задержать, хотя ей это и не удается. Я возвращаюсь обратно в нашу комнату. Здесь пусто и мебель полностью перевернута. Видно, что кого-то искали. И я даже знаю, кого именно.

Добравшись до двери, резко распахиваю ее и прохожу дальше. На втором этаже тихо, и я даже не собираюсь заглядывать в комнаты, чтобы посмотреть: там никого нет, или же они все мертвы. Я прохожу дальше и слышу голоса Дитмара и отца. Я тут же иду вперед и спускаюсь по лестнице, замечая, что каждый из них со своими людьми.

— Папа, — кричу я и спускаюсь вниз, правда, подойти слишком близко не решаюсь, потому что вспоминаю то, что мне рассказывала Катя. Он и правда это сделал? Издевался над ее сестрой?

— Карина, иди ко мне! — приказывает отец, но я мнусь.

Останавливаюсь у лестницы и пытаюсь понять, нужно ли мне это. Хочу ли я вернуться? Не знаю, почему вообще думаю об этом, ведь еще несколько минут назад я так рвалась к отцу, так хотела вернуться и увидеть его, что даже не вспомнила о том, что он сделал. Зато сейчас отчетливо вспоминаю каждое слово Кати. Всё, что она рассказывала. Я не могу пойти к нему, пока он не скажет, что раскаивается, пока не скажет, что не прав и на самом деле ничего подобного не хотел сделать.

Я делаю несколько шагов, но в сторону Дитмара, останавливаюсь всего в полуметре от него и замечаю на лице мужчины триумфальную улыбку. Он уверен, что победил.

— Карина? — отец больше не выглядит таким уверенным в себе. — Что с тобой, дочка?

— Папа, ты правда издевался над сестрой Кати? Заставлял ее… — мой голос дрожит. — Она пошла к Дитмару, потому что ты заставил?

Он удивленно изгибает бровь, а после запрокидывает голову и лениво смеется.

— Ты даже здесь запудрил моей дочке мозги, да? Не мог другими методами, наврал? — он обращается не ко мне, а к Дитмару, а меня же, кажется, вовсе не замечает.