Жестокие игры - Ульяна Громова

Хакер что-то сделал, и все мониторы разом засияли нужными мне профайлами. Изучить было что, а мне еще и сопоставить. Тут, если смотреть бегло, не поймешь. Черт…

— Слушай, Игорь. А биллинг… сможешь?

— Конечно, — пожал плечом парень и неуловимым движением оказался в кожаном кресле перед — или, скорее, за — компьютерным станком.

Просто улет! Еще не мог прийти в себя от этой крутизны с подсветкой. Не, Крош — реальный пацан. Теперь дело быстрее пойдет. И так который месяц на месте топчусь.

— Тогда все на карту памяти кидай, — вытащил из кармана свой сотовый и присел на банкетку. — Что ты там сказал про «это надо видеть»?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пара секунд — и на огромном мониторе развернулась карта Москвы и ближнего Подмосковья. Через еще пару секунд приблизился сектор Западного округа города, загорелись какие-то метки.

— Красным, — пальцем показал на точку на экране, — отметил место, где нашли Иру. Желтым — остальные жертвы… — Прямо на глазах все точки соединились в искорёженный угловатый и кособокий, но все же почти круг. Точнее — клякса с лучами. — Я порылся кое-где, — повернулся вместе с вращающимся креслом Игорь, — в общем, взломал сервак СК, на всех жертвах были чокеры с детонаторами. Походу, у них ограниченный радиус действия.

— Ты считаешь, при удалении на большее расстояние им отрывает головы?

Я встал, подошел ближе, мысленно соединяя лучи в одну точку, и, будто отвечая на мои мысли, ее обвел синий круг. Знакомый район. Там находится очень много всего. Психиатрическая клиника Вадима Юрьевича, например… И…

— «Синий филин» — единственное место в этом районе, где Ира была пару раз, продолжил мои мысли Игорь. — Но ты же знал?

К сожалению, да. И чокеры с детонатором особенной новостью тоже не стали.

— Скинул? — кивнул я на свой сотовый лапоть. Хакер без слов отцепил его и вернул мне. — Вот что, Игорь, нужна карта уличных видеокамер в радиусе плюс… с километр к очерченному. Сделаешь? И ты всяко ломал «Филина»…

Крош кивнул.

— Но сломать не смог. Нужно вкинуть вирус в систему, а для этого как-то туда попасть. И даже если попадешь — защита заблокирует любую левую флешку, охрана скрутит за пять – десять секунд, смотря где находится.

— Есть идеи? — спросил его.

— Я кое-что начал тут… Парень развернул какое-то окно, но я понял только, что на экране открылся программный код. — Если доработать утилиту и хотя бы на пару сек вставить флешку в любой разъём, у меня появится возможность запустить «Иллюзиониста». — На мой немой вопрос он широко улыбнулся, абсолютно довольный собой: — Это мое ноу-хау — искусственный интеллект, который… — он помолчал, глядя на мое тупое выражение лица — я ни хрена не понимал — и махнул рукой: — Забей. Все равно в клуб не попадешь.

— Хреновый ты хакер, — ухмыльнулся я. Чертовски приятно чувствовать, что гений кое-что упустил. — Сколько надо времени на это?

— Ну… если ускориться, может, месяц, недели три…

Я встал и хлопнул парня по плечу:

— Ускорься.

Сбежал по лестнице на первый этаж, вышел на улицу и закурил. Нужно было сгонять еще в одно место.

* * *

Не накрашенная, в шортах и футболке, босая, с кое-как собранными в хвост волосами на макушке, девушка выглядела беззащитной и трогательной. Налет высокомерной суки слез с нее как старая кожа, обнажая совершенно другое лицо. Она обнимала… того самого пухлощекого пупса, которого должны были доставить Маринке! Я схватился за лоб, представив, что будет, когда пигалица получит то, что я заказывал для Алинки.

Это провал, Штирлиц!

Верхова прижималась губами к чепчику куклы и смотрела куда-то перед собой, немного покачиваясь из стороны в сторону.

— Алин… — позвал ее, потому что она никак не отреагировала на моё появление.

А чтобы попасть сюда, мне пришлось снова поднапрячь дока Юрьича, потому что папаша-Верхов категорически запретил дочурке какие-либо контакты с внешним миром. Хорошо, что охрана у двери в комплект его оградительных мер не входила, хотя я подозревал, что это просто владелец клиники наплевал на мандаты и фэйс магната и отказал ему в этой сомнительной роскоши. Мой подарок тоже Алинке доставили после того, как курьер позвонил и сказал, что посылку не принимают, а она ж оплачена. Док подсуетился — кукла вручена.

Только посылал я ее Маринке с толстым намеком, но, чувствую, попал к ней только толстый намек…

Когда дед Фрейд говорил свое знаменитое «Все член», он явно имел в виду меня.

— Виталя! — вскинулась старшекурсница. — Как тебя пропустили? — и такое предвкушение в глазах, что папаша смилостивился, аж жалко её стало.

Но я старый солдат и не знаю слов любви.

— Незаконно и инкогнито, — развеял прах ее надежды по ветру ее горького вздоха. — Как ты?

Шаблонов для этой встречи я заготовил много. Первый ушел. Вторым я готовился сразить наповал уже вот-вот.

— Спасибо, хреново, — буркнула.

К такому меня жизнь не готовила. У меня по списку вопрос «Как тут кормят, может, принести тебе что-нибудь?» в ответ на ее «Спасибо, хорошо». А она должна ответить «Нет, не нужно». А я ей: «Ну ладно, но если что — я всегда готов!», а она мне…

— Чё приперся?

Вот где неприкрытая правда и чётко по делу! А то губки бантиком, сиськи пистолетиком… К чёрту шаблоны.

— Тише, детка! — выдал… с эхом. И в груди словно разлилось расплавленное железо — черт, неужели снова?!.

Сердце бросилось в галоп и скакало бешеной лошадью так, будто ребра стояли на его пути препятствиями одно выше другого.

— А ты как сюда попал?! — раскатился по шкуре озноб от злого голоса Верхова.

Ноги ослабли, пот прошиб кожу на лбу и висках, я глазами поискал, куда сесть, и рухнул на стул, словно у меня выдернули ноги. Чувство, будто мою голову вытащили из-под топора палача в последнее мгновение, а он ударил вхолостую, едва не отрубив ухо.

И только теперь по фыркнувшей и тут же вернувшей себе надменный вид Алинке я понял, что вопрос был адресован не мне, а ее папаше. Высокие отношения бывшего братка с дочерью.