Ураган в другой мир - Кристи Кострова

Мне еще дважды приносили еду, но уже не горничная, а второй охранник. Удалось даже подремать пару часов, но потом волнение взяло верх. Я металась по комнате, как загнанный в клетку тигр. Чего же они ждут? Неужели хваленые маги и императорская стража не могут разобраться в деле?

Вскоре истерика сменилась апатией. Наплевав на приличия, я с ногами залезла на кушетку и обхватила себя за колени. На улице разгорался закат — из моего окна открывался великолепный вид, и я заворожено наблюдала за небом, впитавшим в себя все оттенки алого. Выходит, я здесь почти сутки. Из бань меня выдернули где-то около полуночи.

Помимо воли в голову лезли грустные мысли, а еще я отчаянно скучала по маме. Как она там справляется? Двадцать пять лет назад она потеряла свою старшую сестру Наташу, но до сих пор вспоминала по ней. Я видела ее фотографии — эффектная девушка с черными кудрями и белозубой улыбкой. Тетя тоже исчезла однажды, и милиция не нашла даже ее тела.

Каково маме приходится сейчас? Наверняка она взяла на работе отпуск и целыми днями сидит на телефоне, обзванивая моих знакомых вперемешку с больницами. Я никогда не пропадала просто так, и она безумно волнуется, стараясь не думать о самом худшем. Если бы я могла хотя бы передать ей весточку!

Мама растила меня одна, отец, едва узнав о беременности, поспешно устранился, женившись на дочке своего преподавателя. Она справилась, но больше не могла доверять мужчинам — так и не вышла замуж, хотя всегда привлекала чужие взгляды. Впрочем, мне она никакой ненависти к противоположному полу не внушала. И тепло приняла Сережку, с которым мы познакомились в университете, хотя я видела, что она ей не понравился. Высокий, красивый, с открытой обаятельной улыбкой, он быстро покорил мое сердце, и я не ожидала, что он ответил мне взаимностью. После диплома мы решили съехаться, хотя встречались всего четыре месяца. Мама не возражала, напротив, помогла посудой и прочими, необходимыми в быту вещами. Сначала все было идеально — романтические ужины, страстные ночи. А через две недели я застала его в постели с одной из бывших подружек. Оказывается, наши отношения не предполагали для него отказ от других девушек, ведь такой красавчик не может быть моногамен! В тот же вечер я вернулась к маме. Когда я, зареванная, села за кухонный стол, она просто поставила передо мной кружку чая, тарелку с кусочком фирменной шарлотки и крепко обняла меня.

С тех пор прошло больше полугода, и я редко думала о бывшем парне. Моя любовь испарилась в тот же миг, когда я увидела, как он занимается сексом с другой. Почему воспоминания нахлынули именно сегодня? Наверное, ему бы понравилась бы Ренатария — беспорядочные половые связи тут в чести, им покровительствует сама богиня. Я же питала неприязнь к подобным отношениям.

Вдруг дверь в мою импровизированную темницу отворилась — на пороге стоял Шон — во всем черном, лишь седина серебрилась на висках.

— Пора, — кивнул он мне.

Сердце тревожно забилось, а меня замутило от страха. Неужели все наконец решится? Я послушно вышла в коридор, нервно передернув плечами и только сейчас сообразив, что платье так и осталось не застегнутым. Перебросив волосы на спину, я закусила губу, следуя за начальником охраны.

Шли мы недолго. Поднялись на этаж выше по винтовой лестнице, несколько раз свернули и вскоре очутились перед массивной дверью цвета красного дерева. Перед тем как постучать, Шон вдруг сказал:

— Я должен убедиться, что при тебе нет ничего запрещенного. — Пока я размышляла над его словами, меня обдало волной обжигающего жара. Подол платья взметнулся вверх, а я испуганно ойкнула. С каждой секундой боль нарастала, и когда я уже открыла рот, готовясь закричать — все кончилось. Шон удовлетворенно кивнул. — Внутри императорская семья: их величества Натаниэль и Маргарет Турро, его высочество Теодор. Не вздумай натворить глупостей.

Я едва не фыркнула. Он, что, меня совсем за дурочку держит? Моя судьба и так висит на волоске, я буду вести себя тише травы ниже воды.

Шон, коротко постучав, вошел внутрь, я последовала за ним. Моим глазам открылся шикарный кабинет со всеми необходимыми атрибутами вроде нескольких стульев, шкафов, заполненных книгами и бумагами и, конечно, огромного стола, за ним восседал сам император. Едва я вошла, он окинул меня странным взглядом, который мне не удалось расшифровать. Его жена — леди Маргарет в роскошном наряде чинно сидела в кресле, обмахиваясь веером. Она смотрела на меня как на какую-то нищенку, обманом проникшую в замок. Молодой мужчина, по-видимому, тот самый принц Теодор, стоял у окна, его глаза искрились детским любопытством. Он был весьма хорош собой: высокий, широкоплечий, с темными волосами, убранными в косу. Помимо них в комнате находился лекарь, осматривающий меня.

— Что это? — спросил меня Натаниэль, положив на стол какой-то мелкий предмет. От порога я с трудом могла разглядеть его, и Шон кивнул, позволяя мне подойти.

Мои брови взлетели вверх, едва я увидела, что именно заинтересовало его императорское величество. Это же мои духи! Те самые, из злосчастной лавки! Они обыскивали мою комнату во флигеле? Но зачем? Уйма вопросов промчалась в голове, но я взяла себя в руки:

— Это духи.

— Не лги, — усмехнулась леди Маргарет. — Разве это похоже на духи?

— В моем мире существуют и твердые духи, — ее выпад меня не тронул, я не сводила глаз с императора. Не дождавшись указаний, добавила. — Их выполнили на заказ, специально для меня. Мастерица сказала, что в состав вошло несколько редких пряностей и ароматов.

— Каких? — спросил Шон.

Я с трудом напрягла свою память. В лавке мне дали бумажку с подробным описанием всех ингредиентов, но я не прочла ее. Даже не помню, куда она запропастилась…

— Кажется, ваниль, роза… — Изучающий взгляд императора порядком нервировал, мешая сосредоточиться. Отвернувшись, я мучительно размышляла, чувствуя, что от моего ответа зависит многое. Вновь и вновь я перебирала в голове знакомые специи, пытаясь навести себя на мысль, и наконец дело увенчалось успехом. — Шафран!