Как приручить кентавра, или Дневник моего сна - Франциска Вудворт

– Если вы мне, то нечего орать! – раздраженно ответила я. – Коль я правильно всё поняла, то он мой муж, значит, вам надо выйти и не мешать супругам!

Женщина задохнулась от злости и пошла красными пятнами.

– До чего вредная баба, – поделилась я со своим мужем. – Вы раздеваться будете?

Он не выдержал и издал смешок.

– Теперь я вижу, что вы не притворяетесь, – проговорил он. Какой же приятный тембр голоса. Слушала бы и слушала. А вот то, что он начал отодвигаться, мне не понравилось, и я схватила его за руку. Пусть объяснит, что происходит.

– Вы куда? – возмутилась я.

– Малышка, боюсь, если я останусь, то не сдержу своего слова, – вздохнул он.

– Какого слова?!

– Я обещал не трогать тебя, до твоего восемнадцатилетия, – огорошил меня он.

– Мне уже давно не восемнадцать! – успокоила его я.

– А сколько?

– У женщин о таком не спрашивают, – с достоинством ответила я. От улыбки его черты лица смягчились, и я им залюбовалась.

– Вы действительно обещали ко мне не прикасаться? – переспросила я, и благоверный кивнул.

– А когда мой день рождения?

– Через два месяца и восемь дней.

Что тут скажешь… Не думаю, что здесь задержусь так надолго. Жаль.

– А я могу к вам прикасаться? – решила уточнить я.

Краем глаза заметила, что при этом вопросе женщина, стоящая в стороне, чуть не свалилась в обморок. Надо же, какая впечатлительная. Может, монашка?

– Ты никакого обещания не давала, – наконец ответил он. Мне было приятно, что он перешел на «ты». Это звучало интимно, но сама я не могла поступить так же, – на брудершафт мы с ним еще не пили.

– Вот и ладненько! – облегченно выдохнула я. – Слушайте, ну дайте вас потрогать. Что вам, жалко?

Мужчина чуть поколебался и, смотря мне в глаза, медленно расстегнул пуговицы камзола. Снял его, следя за моей реакцией. А что я? Затаив дыхание, старалась ничего не пропустить. Мне нравилось всё, что я видела. Господи, это как я изголодалась по сексу, если моё воображение создало такой горячий мужской экземпляр!

– Ауэрия, опомнись! – воззвала ко мне женщина. И чего ей неймётся?!

– Как же она мне надоела! – простонала я. – Вы её выставить можете? – спросила я горячий образец своей фантазии.

– Донна ван Браско, покиньте комнату! – приказал тот, не отводя от меня взгляда.

– Я не позволю вам соблазнять девочку! – завопила она.

– На мой взгляд, это меня сейчас соблазняют, – усмехнулся он и добавил уже ледяным тоном: – Это был приказ!

Надо же, каким он может быть… Тон мужчины, привыкшего повелевать. Хлопок двери известил, что мы остались одни.

– Не боишься?

– Чего? – удивилась я. – Это же вам нельзя ко мне прикасаться… Вы правитель? Поймите, мне всё равно, но повелевать вы явно привыкли, – поделилась впечатлениями я.

– Неужели ты ничего не помнишь?!

– Ничего, – подтвердила я. – Можете рассказать, пока я к вам прикасаюсь, если хотите.

В самом деле, хватит время на разговоры тратить. А то приду в себя, даже не пощупав шедевр моей фантазии. Так, на чём я там остановилась? Ай, не важно! Мои руки скользнули по его груди, которую облегала белоснежная рубашка, украшенная кружевами. Удивительно, но в ней он не выглядел женственно. Господи, да на него хоть платье надень, мощное мужское начало не скроешь.

Я положила руку на его сердце, и мне было приятно почувствовать, как быстро оно бьётся. Чувствуешь себя этакой соблазнительницей. Хотя, вспомнив, какой свой образ я нафантазировала, это не так уж и далеко от истины: барышня в зеркале была чудо как хороша. Нет, я и в реальности себе нравлюсь, но между тридцатилетней и семнадцатилетней девушкой большая разница, как бы мы порой ни убеждали себя в обратном.

Мои руки, не обращая внимания на мысли, бурлящие в голове, продолжали исследовать тело собеседника и легли ему на плечи.

– Ты помнишь моё имя? – спросил он.

– Нет, – ответила я, изучая в этот момент его широкие плечи. Мне стало интересно, а какой длины у него волосы? И я переместилась за спину красавчика, чтобы это узнать. Иссиня-черная глянцевая шевелюра была заплетена во французскую косу и спускалась ниже лопаток. У меня руки так и зачесались распустить её. Нормальное желание, между прочим. Вы в наше время много суперменов с длинными волосами встречаете? То-то же!

Сказано – сделано! Я принялась расплетать пряди, сняв кожаный ремешок.

– Что ты делаешь? – дрогнул его голос.

– Хочу посмотреть на твои волосы, – ответила я, не прерывая своего занятия. Какие же густые и шелковистые! С удовольствием прошлась по ним пятернёй, получая удовольствие от того, как скользят пряди у меня между пальцев. Настоящая грива! И зачем мужчине такое богатство?

– Что с тобой случилось?! – недоумевал он.

Меня так и подмывало сообщить, что вообще-то я валяюсь без сознания у себя дома, а он плод фантазии моего мозга, который хорошо встряхнуло при ударе о пол. Но тогда бы наш разговор потёк совсем в другом русле, а мне хотелось подольше понаслаждаться близостью этого мужчины.

– Головой ударилась, – кратко ответила я.

Мои руки заскользили по его спине снизу вверх, и я прижалась к нему, зарывшись лицом в черные волосы и вдыхая аромат потрясающего мужчины. Всё это время он сидел не шевелясь и разрешал мне творить все безобразия.

– Я Шерридан Донгласский, повелитель кентавров, – сообщил он мне севшим голосом.

Когда сказанное дошло до моего сознания, я даже отстранилась, переместилась обратно и удивлённая села напротив него.

– В каком смысле кентавр? – не поняла я. – Соглашусь, на вид ты тот ещё жеребец, но кентавр – это уже перебор!

Уголки красиво очерченных губ дрогнули.

– Вот уж не знал, что ты знаешь такие словечки.

– Какие? У вас жеребец – это бранное слово? Немного странно, если ты претендуешь на звание кентавра.

– Я и есть кентавр! – с достоинством заявил он.

– Как скажешь, – не стала я спорить. Что я, кентавров не видела?! Это же лошадь с торсом человека. И если торс у моего экземпляра наблюдался отличный, то вот копыт не просматривалось. Что-то фантазия моя перемудрила. Эх, видать, я всё же сильно голову травмировала.

– Ауэрия, да что с тобой?! – вырвалось у него.

Я скривилась. Непривычное имя резало слух.

– Лучше называй меня Рия, – предложила я. Пусть хотя бы так. Меня же зовут Раиса, а Рая и Рия созвучны. – А я тебя буду звать Шерри.

Мне понравилось, как это звучит. Его глаза сузились, а ноздри затрепетали. Интересно, ему приятно или он недоволен? По лицу не поймёшь. Что ж, пока моя фантазия не взбрыкнула, пора переходить к десерту. Я положила одну руку ему на плечо, а второй провела по щеке. Пока он не понял моих маневров, быстро наклонилась и поцеловала его.