Мой лучший препод - Эмилия Грант

    — Ого, — выдыхаю я, изумленно рассматривая все, что стоит на столе. Кажется, у меня отродясь столько продуктов в холодильнике не водилось.

    Тут были и свежие нарезанные фрукты, и яичница с сыром и помидорами — еще дымящаяся и источающая такой аромат, что слюнки текут, — и брускетты…

    — Присаживайся, — по-хозяйски командует Влад, и я послушно сажусь за стол. В тот же миг передо мной оказывается тарелка с яичницей и кофе.

    — Спасибо, — ошарашенно благодарю я и беру вилку в руки.

    Вот только не стремлюсь исполнять задуманное, утыкаюсь взглядом во Влада, присевшего напротив и с аппетитом уплетающего свою порцию.

    — Что? — шутливо спрашивает он, замечая мой взгляд.

    — Прости, но… Но почему ты все это делаешь?

    — Делаю что? Завтрак? — удивляется он.

    — В том числе, — киваю. — Вчерашний просмотр кино, сегодняшний завтрак… Все это.

    — А как, по-твоему, за тобой надо ухаживать? — серьезно спрашивает он, наклоняя голову чуть вбок и прищурившись. — Ты уж прости, в серьезных отношениях у меня опыта ноль.

    — Ухаживать? — С каждой минутой я понимаю все меньше и меньше.

    — Кристина, ты — потрясающая девушка, и меня к тебе по-настоящему тянет. Я бы не хотел, чтобы наши отношения начинались по-дурацки, — отвечает он. А затем вздыхает. — И да, это действительно непросто. Держать себя в руках, я имею в виду. Но я считаю, что это необходимо.

    Внутри разливается тепло, и мне хочется поцеловать Влада. Такого серьезного, но при этом улыбающегося. Как он умудряется так улыбаться?!.. Одними глазами с чудесным темно-зеленым оттенком.

    — Ешь, а то остынет, — напоминает он. — И помни, что вечер у тебя занят.

    Я и не против. И в этот раз натянутая струна напряжения внутри меня лопается. Впервые за очень долгое время я готова перестать контролировать каждый свой шаг и, наконец, расслабиться и получить удовольствие от жизни.

Вот только счастье длится недолго. Под конец завтрака мне звонит отец, на чей звонок я никак не могу не ответить.

— Доброе утро, Кристина. Ты уже собираешься? — в привычной холодной манере интересуется отец.

Может быть, одна из причин, почему мама приняла решение о разводе, так это излишняя холодность отца?

— Доброе утро, — отвечаю я, стараясь не сильно переживать. Вот кто-кто, а отец с легкостью может почувствовать, что я от него что-то скрываю. По большей части, ему все равно, где я, с кем я и чем занимаюсь, если это ничем не грозит его репутации. — Да, уже собираюсь.

— У тебя до скольки сегодня занятия? — спрашивает он.

— До пяти, — осторожно отвечаю я. Есть подозрение, что отец хочет обсудить со мной развод. Мама могла настоять, чтобы он это сделал, вот и делает. Не одной же ей отдуваться перед великовозрастными отпрысками.

— Водитель подъедет за тобой к главному ходу. Не опаздывай.

И бросает трубку.

Видимо, все оттенки озадаченности отражаются на моем лице, потому что Влад тут же интересуется:

— Что случилось?

— Папа звонил. Кажется, свидание на вечер придется перенести…

— Я уже говорил, что не против поздних свиданий, — подмигивает он. — К тому же, завтра тебе тоже не надо рано в вуз.

— Меня начинает пугать, что ты знаешь мое расписание досконально, — отшучиваюсь я.

Сама же пишу сообщение брату:

“Отец уже пригласил тебя на гипер-важный и таинственный разговор?”.

“К сожалению”, — приходит незамедлительный ответ.

“Это из-за их развода?”, — спрашиваю на всякий случай.

“Если бы…” — отвечает Вадим, но, конечно же, не поясняет. Правда у братца хватает совести прислать еще одно смс:

“Давай обсудим после того, как ты поговоришь с отцом”.

Если уж Вадим юлит, то действительно возникла какая-то уж слишком нехорошая ситуация. И увы, суть я узнаю лишь вечером. Так я думала до того момента, как не ступила на порог университета, где меня уже поджидал Шервуд с привычной кружкой кофе.

Вот вроде и кружка как всегда — картонная, с моим именем и сердцами вокруг — и Шервуд выглядит обычно: в коричневом кардигане и темных джинсах, но что-то не так. То ли смотрит он на меня как-то опасливо выжидательно, то ли нет привычной улыбки. Не знаю.

— Доброе утро! — в этот раз первой здороваюсь я. Только чтобы как-то забить образовавшееся из ниоткуда напряжение.

— И тебе! — Мне показалось, или он облегченно выдохнул?

Это напряжение я чувствовала и на протяжении дня. Дэн постоянно бросал на меня странные взгляды, был менее словоохотлив и более задумчив. Задумчивый Шервуд, это подумать только! У меня даже закралась мысль, что он узнал про нас с Владом и таким образом глушит свою выдуманную влюбленность. Почему выдуманную? Потому что с самим Шервудом само слово “влюбленность” у меня не вязалось совершенно.

Под конец учебы я не выдерживаю и спрашиваю:

— Дэн, да что с тобой? Ты сегодня какой-то не такой.

— Это какой не такой? — Шервуд вяло улыбается и вновь отводит взгляд.

— Ну не такой, — я никак не могу найти слов, чтобы объяснить. — Тихий и какой-то совершенно без настроения.

— Нет, все в порядке, — он пожимает плечами, но как-то неубедительно. — У тебя какие планы на сегодня?

— Встречаюсь с отцом, — отвечаю я.

— И я со своим, — глухо произносит он.

На этом наш разговор и прекращается, лишь уплотняя стену, возникшую между нами. По дороге до офиса отца, где он назначил встречу, я размышляю о том, почему меня вообще волновали чувства и эмоции Дэна. Решила, что из-за того, что я могу назвать его другом. Пусть не таким близким, как Анька или даже Витька, но все же другом.

В приемной папы сидит Марина Юрьевна — строгая женщина средних лет, неизменно занимающая пост серкретаря вот уже на протяжении десяти лет.

— Доброго вечера, Кристина! Алексей Станиславович уже ждет вас. Чай? Кофе?

— Здравствуйте! — киваю. — Кофе, пожалуйста.

После чего подхожу к двери, выдыхаю и вхожу внутрь.

— Привет, пап, — с порога здороваюсь я, чмокаю его в щеку и присаживаюсь напротив.

Отец выглядит уставшим, но собранным. Не знаю, что у него за суперспособность, но за все эти годы он ни капли не изменился. Все еще тот же, каким я его помню и в два года, и в десять.

— Как учеба, Кристина? — деловито спрашивает он, откладывая стопку бумаг в сторону.

— Прекрасно, — осторожно отвечаю я. Зачем-то добавляю: — Все хорошо.

— Определилась с темой курсовой?

Оп-па! И про это он уже знает. А ведь до дедлайна по выбору темы еще больше месяца.