Мой лучший препод - Эмилия Грант

Влад

Так, что значит счастье?

Когда ты делаешь так, как считаешь нужным, не оборачиваясь на то, кто и что скажет. И речь не о Кристине — точнее, не только о ней — речь о каком-то внутреннем самосознании. В тот момент, когда я задался вопросом, а что самое худшее может произойти, если все узнают про нас с Крис, я понял — что это просто тотальное непонимание. С этим легко бороться. Особенно, если борешься не один.

Я сижу в машине и жду, пока Кристина доберется до дома. На заднем сидении крупный круглый кактус с расцветающим набекрень красным бутоном — решил выпендриться, подарить суккулент, а не простой букет, который рано или поздно все равно зачахнет.

Кристину хочется удивлять, и мне приятно ощущать это новое зреющее чувство внутри себя. Казалось бы, что такого, тебе просто хочется удивить девушку, хочется провести с ней рядом больше времени. Но вместе с тем я чувствую, как все это влияет и на все остальное. На работу в офисе, на преподавание в универе, на подход к другим людям — я словно освобождаюсь от идиотских оков, которые сам на себя напялил.

У подъезда Кристины тормозит мерс цвета металлик. И с моего ракурса слишком хорошо видно, кто сидит за рулем и кто на пассажирском месте. Опять этот Шервуд. Может, конечно, они с Кристиной и правда друзья, но мне не нравится, каким взглядом он пожирает мою фею.

Девушка говорит что-то напоследок и выходит из машины. Замирает только тогда, когда Денис вещает что-то в ответ. Даже отсюда видно, какой у него пафосный фейс. И благо, моя девочка даже не отвечает на его брос, молча покидает машину и двигает к подъезду. Шервуд ждет, пока за ней захлопнется дверь, открывает окно, засовывает в зубы сигареты, крепко затягивается и трогается.

Правильно, можешь отсюда проваливать, в программе сегодняшнего вечера ты никак не предусмотрен.

Выждав еще пару минут, я беру с собой кактус и направляюсь к подъезду. Вбиваю код домофона — четыре, могли и придумать что-то побезопаснее для дома премиум-класса! — и вхожу в подъезд.

Пока в лифте, задаюсь вопросом, откуда вообще взялся Шервуд, когда Кристина ездила на встречу со своим отцом. Встречу, которая почему-то сильно ее расстроила. С этими мыслями звоню в дверь.

Девушка открывает не сразу. И когда все же открывает, я тут же вижу, что настроение у нее и правда паршивое. Первое, что соображаю сделать, протягиваю перед собой кактус. Кристина смотрит на него до забавного удивленно, и я сам не смогу сдержать улыбки.

— Это тебе, — говорю и без того понятную фразу.

— Пусть он напоминает мне о тебе? — хихикает Кристина, и я мысленно выдыхаю. Если хихикает, все не так уж и плохо.

— Именно, — подтверждаю я. — Ты готова?

— Мне надо переодеться, — она неуверенно ведет плечами, забирает у меня горшок с суккулентом и тащит его на кухню.

Джинсы, рубашка, кардиган — пожалуй, для сегодняшних целей она отлично одета.

— Поехали. И так сойдет.

Кристина не спорит. Она вообще ничего не говорит, только берет с пола сумку и вытаскивает оттуда лишние тетради и планшет. Спрашивает только в лифте:

— Куда мы идем?

— Пока секрет, — важно отвечаю я. Сам же думаю, как бы так спросить, что у нее произошло. Я не привык к такому. Раньше меня вообще мало волновало, что там у девушек происходит в жизни помимо меня. А теперь волнует.

Решаюсь только когда мы добираемся до машины. Открываю перед Кристиной дверь, что ее сильно удивляет, после сажусь на водительское сидение. И все же спрашиваю:

— Расскажешь, что сегодня произошло?

Кристина отвечает не сразу, словно взвешивает все за и против, подбирает слова. Но все же их не находит:

— Я не знаю как. — Тяжело вздыхает.

— Попробуй с самого начала, — стараюсь говорить мягко.

Трогаюсь с места по влажной пустой дороге. Направляюсь в сторону шумной улицы. Сам же искоса наблюдаю за Крис. Она прикрывает глаза, вновь тяжело вздыхает и все же произносит:

— Отец хочет, чтобы я вышла замуж.

Я вздрагиваю. Но стараюсь не показать вида. Пусть расскажет все до конца.

— По расчету. За Шервуда. Ты его видел в универе, блондин такой.

Да знаю я, кто такой Шервуд.

— Они уже все спланировали с его отцом, а меня поставили перед фактом.

— А ты что об этом всем думаешь? — спрашиваю я. Теперь мой голос напряжен.

Сможет ли Кристина пойти против отца? Насколько сильно она от него зависит? Есть ли у него рычаги давления на мою фею? И как ее доставать из всей этой заварушки.

— Я думаю, что они все долбанулись! — в сердцах произносит она. — Глобально долбанулись. И разумеется, не пойду я ни за кого замуж.

Если не сказать грубее.

Но признаюсь, от ее ответа стало теплее.

— А Шервуд что сказал? — как бы невзначай интересуюсь я.

— Он тоже вроде не горит желанием породниться, — неуверенно отвечает девушка. — Ладно, решим.

Она устало прикрывает глаза и чуть опускает спинку кресла. У Кристины явно выдался не самый простой денек, а тут еще и я со своими вопросами, когда обещал отвлечь и поднять настроение.

Чуть прибавляю газу. До пункта назначения осталось всего ничего, километра три, не больше.

— Так куда мы едем? — вновь интересуется Кристина.

— А тебе все хочется контролировать? — с улыбкой уточняю я. — Это сюрприз.

— Хорошо. Давай так. Куда бы тебе хотелось поехать? — делая ударение на слове “хотелось”, спрашивает Крис.

Куда? В какой-нибудь загородный отель с удобными кроватями. Но мозг то и дело напоминает, что так нельзя. Кристина совсем еще девочка, несмотря на возраст. Девственниц у меня еще не было, но я интуиционно понимал, что к ним нужен совсем другой подход. И да, я чувствовал, что Кристине интересен секс, что ей и правда хочется, но… Но пугать ее своими действиями — моветон. И свинство.

— Хочешь сказать, что в следующий раз ты меня поведешь на свидание? — хмыкаю я.

— А ты против равноправия? — со смехом спрашивает Кристина.

— А ты за? — притворно ужасаюсь я. — О, боже, в моей машине феминистка!

— Разве ты не привык к этому за годы жизни в другой стране?