Гарем для попаданки - Ульяна Гринь

— Ну пошли! — с воодушевлением ответила я, вылезая из кибитки. Тиль вышел за мной, опираясь на крышу повозки, обвёл взглядом ряды подиумов и выдохнул:

— Здесь весело, не правда ли, драгоценная ари?

— Очень, — осторожно ответила я, касаясь его руки. — Ты вспомнил что-то неприятное?

— Что вы, драгоценная, — он улыбнулся, склонив голову. — Прошлое — лишь череда воспоминаний. Я счастлив быть тут с вами.

Помолчав, добавил тише:

— Я буду счастлив быть с вами везде.

Я погладила его по плечу и обернулась к Дайго. Он улыбался, глядя по сторонам. Потом кивнул на один из подиумов:

— Я знаю этого торговца. Он из Элерры. Когда-то тамошняя ари Гиола продала меня ари Марге. Вам понравятся кяэрри ари Гиолы.

— Пошли посмотрим, — ответила, заражаясь его искренним задором.

Вы любите ходить на рынок?

Я очень любила. Продукты дешевле, можно торговаться, атмосфера… Атмосфера рынка — это нечто особенное! Хлопотливые хозяйки выбирают, морщатся, пробуют, спорят с продавцами. Прелестная атмосфера, просто завораживающее зрелище!

Сама-то я торговаться никогда не умела. Поэтому торговки на рынке меня обожали. Я всегда платила ту цену, что стояла на ценнике, и приносила им чистый доход без нервов. Зато я любила слушать, как торгуются другие.

Здесь всё было точно так же, как и дома. За исключением того, что в этом ряду покупали не морковку и не яйца, а живых мужчин.

— Великолепный экземпляр! Потомственный кяэрри! Воспитан в гареме! Превосходно играет на чирукке и лестре! Обладает крепким тенорино и будет радовать вашу ари самыми модными песнями!

Торговец разрывался от эпитетов, указывая на женоподобного покемона, терзавшего струны допотопной квадратной гитары. Тот был одет, как Адам, без фиговых листочков, и походил на тощего дискобола с маленьким висячим члеником.

Другой торговец вторил первому:

— Неутомимый и ласковый кяэрри порадует вашу ари до трёх раз за ночь! Вдумайтесь только! Три раза!

Я только фыркнула. Три раза это уж прям такой успех, такой успех! Да и чем там радовать? У патлатого покемона, натёртого маслом по всему телу, такой же крохотный краник, как и у остальных. Вежливо улыбнувшись продавцам, я прошла мимо, дальше по ряду.

Покемоны, покемоны… Везде покемоны, сплошные покемоны. В глазах рябит от пупырышков в низу гладко выбритых животов. Это же курам на смех — такие маленькие члены! Как это может удовлетворить женщину, да ещё и целых три раза за ночь!

— Дайго, скажи мне по секрету, — обратилась я к наложнику, — у всех здешних мужчин такие маленькие… эээ уды?

— Драгоценная ари, ваш вопрос мне понятен, но у меня нет на него ответа, — Дайго скосил глаза на собственный пах и пожал плечами. — Я никогда до вас не был в постели женщины. Всех ари, которые владели мною, ужасал размер моего отростка. И, разумеется, для любой ари будет немыслимо испробовать его.

Тиль поддержал сотоварища:

— Драгоценная, мы с Дайго уроды, монстры, рождённые с силой кяэрри, но способные лишь потешать ари своим видом.

— Мы безмерно благодарны Реддане, что встретились на вашем пути, драгоценная ари Анна!

Дайго деликатно взял мою руку и прижал её к глазам, склонившись. Тиль со своей стороны пробормотал:

— Нет слов в нашем языке, чтобы передать вам мою преданность и готовность услужить.

— Мальчики, — расчувствовалась я. — Вы такие славные! Я вас просто обожаю!

— Такая честь для нас, ари…

— Подходите! Подходите! Не бойтесь, он не кусается!

От выкрика торговца почти над самым ухом я вздрогнула. Дайго не мешкая заслонил меня собственным телом, встав между нами и подиумом. Я осторожно выглянула из-за спины наложника.

То, что я увидела, потрясло. Не то чтобы я уже привыкла к рабам, рынку невольников, продаже-покупке людей. Но покемоны выглядели весьма довольными жизнью. Они всячески прихорашивались, стреляли глазками, завлекали. Человек, которого я увидела, разительно отличался от них. Во-первых, он был жгучим брюнетом. Лохматые волосы падали на его лицо, почти невидное — голова бессильно висела на плечах. На крепких плечах с узловатыми мышцами, которые бывают не у бодибилдеров, а у рабочих. Спустившись взглядом ниже, я оценила подтянутый живот, сухие бёдра, райские кущи чёрных волос по всему торсу и паху. Брюнет! Димка был брюнетом, а потом облысел как-то в один год… Я без ума от мужчин с тёмными волосами, а если они цвета воронова крыла…

Не знаю, как я не сомлела на месте.

Наверное, потому что держалась за Дайго, а Тиль предложил свой локоть для опоры. Мои милые мальчики… Но этот брюнет! Он притягивает взгляд, притягивает вообще всё внимание! Уже три дня я живу в царстве блондинов, русых, светло-русых, льняных и золотогривых, а тут целый брюнет!

— Это кяэрри? — спросила я тихо, и Дайго кивнул. — А почему же он связан?

— Желаете узнать у торговца, драгоценная? — услужливо предложил Тиль и крикнул: — Эй, добрый кяри! Ари Анна хочет знать, отчего этот наложник связан?

Торговец подошёл поближе к краю подиума и поклонился почтительно, ответил мне, полностью игнорируя обоих парней:

— Милостивая ари любит удивлять своих подруг? Вам это удастся! Приобретите сего кяэрри, и вы сможете показывать его в клетке! За небольшое дополнение в виде нескольких золотых монет я даже предоставлю вам клетку для этого поистине великолепного экземпляра из диких народов!

— Какой кошмар, — прошептала я, вцепившись в плечо Дайго. — Разве можно держать человека в клетке?!

— Милостивая, для вашей безопасности ему необходимы крепкие путы!

— Но вы же не собираетесь, драгоценная… — с опаской пробормотал Тиль, разглядывая бессильно повисшего в верёвках наложника.

— Я не знаю, — рассеянно ответила я. — Нужно спросить у Девлина. Где он?

— Думаю, кяари Девлин вскоре догонит нас.

— Скажите, господин хороший, — обратилась я к торговцу. — Чем так уж опасен ваш пленник? Почему вы назвали его диким?

— О, милостивая ари, я скажу вам! — оживился торговец. — Сей великолепный экземпляр был пойман на южных землях раненый и истощённый. Ловчий продал его мне, чтобы я нашёл ему подходящий гарем. Но следует остерегаться бешеного нрава этого южанина и его огромной силы! Видите, к чему пришлось его привязать? Ведь ограждение он сломал прежде, чем я успел оглушить его!

Да уж… Прямо Конан-разрушитель! С другой стороны, если бы меня связали и держали в клетке или привязанной к огромному бревну, вкопанному в землю на попа, я бы тоже поимела «бешеный нрав»!

— Впрочем, этот наложник не может служить настоящим украшением гарема, ибо не умеет ни петь, ни танцевать, — с сожалением бросил торговец. Голова пленника дрогнула, он медленно поднял лицо, и на меня глянули чёрные глаза, окружённые веером длинных ресниц. Глянули остро, цепко, с ненавистью.