Возлюбленная дьявола - Анна Милтон

— «Нет, не совсем» — в смысле: «Да, я свободна, и мы можем идти»? — завораживающе улыбаясь, конкретизировал он.

Я покончила с сегодняшними делами еще полчаса назад, а после валяла дурака. Поэтому… да. Мне ничего не препятствовало, чтобы оторвать от кресла свою задницу прямо сейчас.

— Дай мне пять минут, — прочистив горло негромким кашлем, попросила я.

— Конечно, — Костя спрыгнул со стола и указал пальцем на дверь. — Подожду тебя снаружи. 

*** 

Мы пришли в итальянский ресторан больше получаса назад, но беседа с самого начала не заладилась. Если быть точнее, то и по пути в это вычурное место с баснословными ценами за блюда с ноготок мизинца ни он, ни я не отличались болтливостью. Каждый думал о чем-то своем. Порой обменивались короткими взглядами, но в наших жестах чувствовалась скованность. Особенно остро неловкость проявлялась по дороге, в напряженной тишине, которую вскоре Костя разбавил негромкой музыкой.

— Итак… — потянув вверх уголки рта в многозначительной улыбке, Ледовский обвел неторопливым взором просторный зал с высокими потолками, неторопливо поедающих еду за монотонными разговорами посетителей, и остановил голубые глаза на мне. — Расскажи что-нибудь о себе. Как поживала?

Я взволновано заерзала на стуле.

Мы не были близки в школе. Мне лишь хотелось так думать: что мои необъятные чувства к нему в какой-то мере связывали нас. Однако если порыться в воспоминаниях, то я не припоминала, чтобы мы когда-нибудь разговаривали с Костей. Обмен приветствиями, мои любовные послания и тотально-провальное признание — не в счет.

— Все как у всех. Учеба-учеба-учеба, — я пожала плечами. — После университета получила должность в «ZEM-GROUP».

— Никогда не слышал биографии скучнее, — подколол блондин.

— Да, — жалостливо ухмыльнувшись, кивнула. — Спорить не буду.

— Встречаешься с кем-то? Или… замужем?

Он сидел, откинувшись на спинку обтянутого бархатом стула, и постукивающим ритмичным движением касался тонкой длиной ножки. Не сводил с меня изучающего взгляда, наблюдая, как я пригубила красное вино и погрузила лезвие ножа в стейк средней прожарки.

Встречаюсь ли с кем-то?

Отрезав кусочек, я проткнула вилкой мясо и поднесла ко рту.

— Я встречаюсь со своей работой.

Не говорить же мне о непростых взаимоотношениях со своим боссом…

— Что-о-о? — со смехом воскликнул Костя. — Ни за что не поверю! — наклонившись к круглому столу, мужчина положил локти на край, подперев ими свой угловатый подбородок. — Должно быть, у тебя отбоя от ухажеров нет. Ты просто скромничаешь.

— Боже, — с тихим хохотом я закатила глаза. — Вот что действительно неправда — так это очередь из потенциальных женихов. Серьезно, у меня элементарно не хватает сил и времени на отношения.

— Что ж, — Костя вздохнул, — это печально. Начальство слабины не дает?

Я замялась на минуту.

— Что-то в этом роде…

— Не скажу, что ты счастливица, потому что отлично знаю твоего босса, — подметил он, подняв руку, в которой держал столовый прибор. — Уверен, он смертельно доконал тебя, — чертовски верно. — Сколько ты работаешь на него?

— Три месяца.

Мужчина вытянул рот в форме буквы «О», покивал, задумавшись о чем-то своем, и принялся за поедание «Панцанеллы».

— Как близко ты знаком с Владом… — черт, снова оговорилась! — То есть, Владиславом Валерьевичем? — осторожно поинтересовалась я.

— Мы старые друзья.

— Учились вместе в Лондоне?

— Да. Благодаря Владу я ненавидел колледж чуть меньше, — с грустной улыбкой признался Костя, уставившись в пустоту, и запил внезапно пришедшую горечь напитком бургундского цвета. — Он перевелся в МГУ на последнем курсе, и с тех пор мы не виделись.

Язык чесался, чтобы спросить Костю, не знал ли он об Алине, но я стиснула зубы покрепче и встряхнула головой, избавляясь от назойливых мыслей об этой женщине и ее связи с Владом.

— А как складывались твои дела?

— Честно говоря, у меня все настолько же пресно, как и в твоем случае, — с театральной стыдливостью признался мужчина. — Я изучал бизнес, чтобы продолжить дело моей семьи. В скором времени в мое управление перейдет холдинг, поэтому я могу думать исключительно о работе.

— Это огромная ответственность. Не сомневаюсь, что ты отлично справляешься.

В школе Ледовский славился прекрасной успеваемостью, активной деятельностью и кучей призовых мест в различных олимпиадах.

— Спасибо, что так думаешь, — поблагодарил Костя. — Давай выпьем за это, — он поднял бокал с вином, и я легонько стукнула по нему своим. — За нас.

— За трудоголиков?

— За трудоголиков, — с улыбкой подтвердил Костя. 

После ресторана мы покатались по Москве, посетили Красную площадь, охваченную восхищенными туристами, неспешно прошлись по воспетому Старому Арбату. Ночная экскурсия не обошлась без прогулки по Воробьевской набережной. К слову, мой спутник превосходно ориентировался на местности, хотя, помнится, я слышала заверение, будто он забыл, как выглядит несмолкающая столица.

На заключительном аккорде совместно проведенного времени Ледовский подвез меня до дома.

— Останови вот здесь, — попросила я, указав пальцем на предпоследнюю подъездную дверь с другого конца длинного многоэтажного здания, к которому мы подъехали.

Костя кивнул и сбавил скорость.

К счастью, непроглядная темень, куда ни взгляни, вуалью накрывшая район, и неработающие фонарные столбы лишили некоторых из моих соседей — обожающих совать свои носы в чужие дела — возможности посплетничать, кем я прихожусь владельцу дорогой спортивной машины.

Заглушив двигатель, блондин развернулся в мою сторону.

— Я отлично провел время. Спасибо, — мужчина вытянул руку и положил ее на спинку моего сидения. В темноте его глаза сверкали подобно алмазам. Их блеск гипнотизировал и одновременно настораживал. — Может, ты захочешь увидеться снова? Мне понравилось ужинать с тобой… и разговаривать, смотреть на тебя. Черт, — Костя глухо ухмыльнулся, провокационно проведя языком по нижней губе. — Сегодня я как никогда пожалел, что давным-давно отверг тебя. Ты заставила меня почувствовать вину за прошлое… Я думаю… нет, знаю, что ты удивительная.

Я ощущала на затылке невесомое прикосновение мужской ладони. Костя дотрагивался пальцами до моих распущенных волос, волнистым каскадом спадающих на плечи. Случайные касания отзывались прохладной дрожью, змейкой скользившей от шеи к пояснице по позвонкам.

Я сглотнула комок в горле и отвернулась от Ледовского.

— Костя… — начала осипшим голосом.

Стало не по себе от того, в какое русло перетекла наша беседа, и своеобразное признание мужчины слегка дезориентировало меня. Как женщине, когда-то испытывавшей к нему теплые чувства, мне, безусловно, доставило удовольствие услышать нечто подобное. Но… что бы он ни рассчитывал получить в ответ, я при всем желании не могла откликнуться взаимностью.