Возлюбленная дьявола - Анна Милтон

— Но ты все равно от меня без ума.

Я хихикнула.

— Неправда.

Подруга насупилась, сморщила нос и угрожающе помахала указательным пальцем перед моим лицом.

— Я обижусь и перестану разговаривать с тобой, если продолжишь молчать, как партизан, — прилетело в мой адрес безапелляционное требование.

Малоприятные воспоминания о вечере в компании старого знакомого быстро опустили мои приподнятые в улыбке уголки губ. После того, как Ледовский огорошил меня словами о том, что Влад и Алина вместе, я молча продолжила свой путь к дому. Не стала ни о чем расспрашивать, хотя желание обернуться, остановиться и раскрыть свою уязвимость перед связью Земского с его бывшей расшатывало почву под моими ногами. Мне было любопытно, откуда Костя знал Алину. Что объединяло их троицу? И почему Костя повел себя так отвратительно?

— …Прием, прием, Земля вызывает Лику, — растягивая гласные, Марина призвала меня в реальный мир. — Где ты витаешь, подруга? У тебя телефон сейчас разорвется от звонков, — опустив руку, которой мельтешила перед моими глазами, она указала кивком острого подбородка на мобильное устройство, вибрирующее рядом с моим локтем.

— Ох, я… задумалась, — рассеянно отозвалась я, глядя на экран сотового. — Да, Жанна Леонидовна? Здравствуйте, — ответив на звонок, прижала телефон к уху.

— Добрый день, Анжелика Викторовна. Простите, что беспокою вас, — торопливо заговорила женщина.

— Все в порядке. Что-то случилось?

— Владислав Валерьевич только что позвонил мне с просьбой привести ему лекарства… Но, понимаете, Анжелика, я сейчас за городом, на даче, так что не смогу выбраться в Москву в ближайшее время…

— Какие лекарства? — удивленно перебила я.

— Наш директор заболел, — расстроено завздыхала секретарь Земского. — Говорил в нос. Кашлял. Сказал, что температура высокая…

— Почему он мне не позвонил? — вновь оборвала женщину, сердито уставившись перед собой. — А в скорую?

— Не знаю, Анжелика. Если у вас есть возможность, пожалуйста, проведайте Владислава Валерьевича.

— Да… хорошо… Я съезжу к нему, — я потерла переносицу, качая головой на застывший во взгляде Марины вопрос: «Что там у вас стряслось?». 

*** 

Собравшись с мыслями, я нажала на звонок.

— Открыто, Жанна Леонидовна, — надрывно и несчастно прозвучал умирающий голос босса издалека.

Толкнув от себя дверь, я вошла в темную прихожую и проследовала по коридору в направлении хозяйской спальни.

Что-то я зачистила к начальству в последнее время.

Босс выглядел весьма и весьма болезненно. Он лежал на кровати, заваленной горой использованных одноразовых платочков. На его лбу покоилось влажное полотенце. В спальне царил бардак, словно помещение едва выстояло после торнадо. В карих глазах мужчины отсутствовал привычный холодный блеск. Влад бросил на меня потухший взгляд и приоткрыл бледные губы, как будто собирался что-то сказать, но так ничего и не вымолвил.

— Доброго дня, директор, — сдержанно поприветствовала я Земского, нерешительно замерев в дверном проеме.

— Что ты здесь делаешь? — сипло спросил Влад и зашелся в грудном кашле.

После звонка Жанны Леонидовны на секунду у меня мелькнула мысль, будто босс преувеличивал, говоря секретарю о своем недомогании. Что мой отец, что брат… мужчины становятся капризными, когда температура едва-едва достигает тридцати семи градусов. Но, похоже, Земской вправду серьезно простудился.

С трудом подавив в себе приступ жалости, я начала лихорадочно перебирать в голове причины как можно скорее убраться из его дома.

— Жанна Леонидовна попросила меня завести вам лекарства, — я потрясла маленьким пакетиком с медикаментами внутри. — Выглядите неважно.

Земской тяжело вздохнул, прикрыв глаза.

— Потому что я болен. Такое чувство, будто вот-вот умру… — запричитал он.

Я скептически хмыкнула, и это прозвучало громче, чем рассчитывалось. Мужчина тут же распахнул ресницы и с обидой уставился на меня. А какую реакцию он ожидал? Знаю, что глупо, но, увидев его, я вновь вспомнила последние слова Кости, и от ревностной злости запершило в горле.

Что-то я не заметила Алины в квартире. Разве не она должна сейчас холить и лелеять своего ненаглядного возлюбленного?

Мы сверлили друг друга взглядами до тех пор, пока Влад снова не закашлял, сморщив лицо от боли. Я расслабленной мерной походкой прошлась по спальне, отвлеченно рассматривая лекарства, которые хаотично валялись на прикроватных тумбах, и остановилась в шаге от больного.

— Если вам настолько плохо, то нужно было позвонить в скорую.

— Вчера я взял отгул, думал, отлежусь, и все пройдет. Не хотел беспокоить Жанну Леонидовну... и тебя.

— Похоже, вы очень больны, раз беспокоитесь о других.

— Ты все еще злишься на меня? — устало вопросил босс.

Да. Очень. И от того чувствую себя ничтожно, потому что эмоции сложно контролировать.

— Температуру мерили? — я перевела тему разговора.

Мужчина вяло поднял руку от груди и махнул ею на кучку пустых упаковок от таблеток. Я разгребла небольшой завал и закатила глаза, увидев цифры на маленьком экране электронного градусника.

— Тридцать семь и три. Вы издеваетесь?

— Но мне правда очень плохо! — пылко принялся оправдываться мужчина.

— Даже дети посещают школу с такой температурой.

— Дети не управляют целой компанией, не заключают многомиллионные сделки, в отличие от меня, — оскорблено проворчал Влад, отвернувшись.

— Прекратите вести себя, как ребенок.

— Ты пришла для того, чтобы надо мной поглумиться?

— Вы, как и всегда, необычайно проницательны, директор, — отвесила я саркастичную похвалу.

— Великолепно, — пробухтел Земской. — Я хочу пить. Раз уж ты здесь, дай мне стакан теплой воды… для начала.

— По-моему, вы забыли волшебное слово, Владислав Валерьевич, — парировала я, сверкнув хитрым оскалом. — Для начала.

— Ох, блестяще, Радова, блестяще, — постепенно закипая, процедил мужчина. — Наверняка вы так собой гордитесь!

— Есть немного, — я пожала плечами.

— Дай. Мне. Воды. Сейчас же, — произнес по слогам.

— Разве вы не должны вести себя вежливее с человеком, который пришел, чтобы позаботиться о вашем здоровье? С человеком, который пожертвовал свободным временем, чтобы явиться в логово бацилл под страхом подхватить вашу заразу и так же слечь с такой высокой температурой?

— Да за что мне такое наказание?! — Земской рывком приподнялся с кипы подушек, что полотенце слетело с его головы. — Черт! — схватившись за виски, он немедленно откинулся назад и забормотал ругательства почти бесшумно, чтобы ни одно бранное словечко не долетело до моих ушей. — Пожалуйста, Лика. Дай мне воды.