Глаза русалки - Mut-Em-Enet

— Да ты что? Может, съела что?

— Наверное!

— Или ты, может, в положении? А то ты так поменялась — такая стала… Светишься изнутри!

— Рая, от святого духа? Не выдумывай.

— А Гена?

— Нет! — я покачала головой, не хотелось обсуждать эту тему, особенно понимая, что генерал все слышит.

— Не буду на тебя наседать! Я такая довольная! Ты слышала, Ярик не против ребёнка! Может все у нас и наладиться, — она взяла меня за руки, — вот это подарок к Новому году!

Меня действительно затошнило. Знала бы ты Рая, что твой Ярик мне сейчас предложил!

— Ой, снова тошнит, Раиса, мне стыдно, но не могла бы ты выйти.

— Может врача? — всполошились она.

— Не надо врача, — я резко подскочила.

— Если надо — зови, а я пойду Ярика поищу.

Я закрыла дверь на замок! Прислонилась спиной к стенке и буквально сползла на пол:

— Можешь выходить! Надеюсь ты слышал каждое слово…

— Слышал.

— И? Что делать будем?

— Надо ей все рассказывать, то так…

— Не смей! Я нашла наилучшее решение.

Генерал посмотрел на меня вопросительно.

— Нам надо все это прекратить — сегодня и сейчас! Потеряли голову!

— Опять! Да что ж ты заладила!

— Я тебя очень прошу! Не хочу её обижать, я не переживу.

— Странная ты баба, Оксана, другие за свое счастье горло перегрызть готовы, а ты сознательно не даёшь себе быть счастливой и желанной! А обо мне ты подумала? По твоему мнению, я должен Раисе заделать ребёнка, а тебя полностью из головы в миг выбросить? А если я не хочу?

Он присел возле меня на пол:

— Как ты себе все это представляешь? А не первая ли ты будешь выть по ночам от досады?!

— Как я буду — мои подробности, Ярослав Александрович! О себе думайте!

Я поднялась на ноги:

— Мой ответ на все Ваши предложения — НЕТ!

Он тоже встал и с силой сдавил мои плечи:

— Дуся, вот зачем? Я все равно с ней остаться не смогу больше, зачем эти жертвы?

— Больше не прикасайтесь ко мне, пожалуйста! Вы делаете мне больно!

— Ты думаешь, я поверю, что ты по мановению руки все забудешь, ты же тоже меня хочешь! Что за дурь в твоей прекрасной голове? Хочешь я ее позову и мы поговорим?

— Нет, если Вы ее обидите, я Вам никогда не прощу, особенно из-за меня! Поверьте, нам надо все прекратить, пока это не зашло слишком далеко!

Корецкий вжал меня в дверь и прохрипел в лицо:

— Это уже зашло далеко, Оксан! Что бы не говорила, но ты уже моя! Я не мальчишка, чтобы за тобой бегать и тебя уговаривать! Я и так уже достаточно перед тобой прогнулся! Я всегда беру то, что хочу… Особенно, если это принадлежит мне по праву!

— Я не Ваша собственность и Вам не принадлежу!

— Нет, — он повел рукой по моей щеке, — я уже получил твоё тело, единственное то, что в твоей голове, я не могу контролировать! Жаль!

— Вы помешаны на контроле…

— Я помешался на тебе, на твоих русалочьих глазах, зависим от твоего голоса, всех твоих шуточек и подколов, схожу с ума от тебя, дурею от твоей дерзости! Поверь, никому ещё не удавалась, так меня доводить… И ты хочешь от всего этого отказаться в угоду твоей тупой бабской жалости???

— Если Вы действительно все это чувствуете, Вы меня отпустите, Ярослав Александрович! Я очень Вас прошу.

— Уходи! Исчезни сейчас, иначе я сломаю твою тонкую шею! Ты решила меня погубить и утянуть на самое дно?! — во гневе генерал был страшен.

Я вылетаю из ванной, слезы душат! Мне надо бежать! Подальше отсюда! Я молниеносно нахожу моё пальто и уже в своей машине пытаюсь попасть ключом в зажигание! Слышу, что в окно машины кто-то стучит! Я утираю слезы, пытаюсь рассмотреть что-то.

Зураб!

Открываю дверь!

— Оксана, а куда ты собралась, не попрощавшись? Опять тебя Корецкий обидел! Так, вытирай слезы быстро, такие красавицы не должны плакать! Не выдумывай и пойдем в дом! Не будем старому псу показывать страх! Я не дам тебя обижать — обещаю!

— Нет, нет, я поеду, Зураб Отарьевич!

— Просто Зураб, оставь отчество для Корецкого!

Я смотрю в его карие глаза и верю ему. Такой красивый и статный мужчина, сильный. Очень располагает к себе. Я произношу:

— Если я вернусь — будет скандал!

— Не будет, я обещаю! — он протягивает мне руку. И я принимаю ее. Он сжимает мою руку и ведёт в дом!

Помог мне снять пальто. А потом остановился:

— Не давай себя обижать! Я бы никогда не заставил тебя плакать!

И мы идём к столу.

Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже упала поражённая к ногам генерала.