Мой лучший учитель - Эл Найтингейл

— Зачем? — Валентин изумленно вскинул брови.

— Чтобы лучше понимать. Знать, как угодить. Мне кажется, люди, которые живут вместе, не должны иметь друг от друга тайн.

Снова усмешка, но на это раз какая-то грустная, я бы даже сказала горестная.

— Действительно, очень умная девочка, — меня потрепали по холке, как смышленого щеночка. — Тебе не стоит знать обо мне больше того, что знаешь сейчас.

— Почему?

— Тебе это наверняка не понравится, девочка. Пусть прошлое останется в прошлом, впереди нас ждет будущее. Так что не задавай лишних вопросов, просто будь послушной.

Вот еще одна дверь, которую захлопнули у меня перед носом. Валентин Залесский не спешил делиться секретами даже с той, с которой собирался жить вместе. И мне придется смириться с этим.

— Я постараюсь, — пообещала, как хорошая девочка. — Но… ты никуда не собираешься уезжать в ближайшее время?

Валентин покачал головой, но не стал упрекать.

— И это расслышала, — произнес вместо этого. Произнес довольно мягко, без злобы. — Да, с тобой, девочка, следует быть начеку. Но, может, это и к лучшему.

— Так ты, правда, уедешь?

Мое сердце рухнуло в пятки и затрепыхалось там бабочкой со сломанными крыльями. Как это возможно? Неужели мое счастье продлится так недолго? Валентин уедет из города, вернется к важному человеку…

А я? Как же я?..

На глаза невольно навернулись слезы, скатились по щекам солеными водопадами и обожгли кожу холодом. Валентин стер их подушечками пальцев.

— Нет, все же не такая умная и проницательная, — мягко упрекнул он. — Чего ты там напридумывала, признавайся.

— Ты бросишь меня?.. — произнесла, а губы дрожали.

— С чего ты взяла? Мы будем вместе, пока нас обоих это будет устраивать. Я не обещал тебе вечного неземного счастья и сейчас не стану этого делать. Но это не значит, что мы расстанемся так быстро. О нет, девочка, у меня на тебя большие планы.

— Вот как… — проговорила и совсем по-детски шмыгнула носом. — Значит, ты возьмешь меня с собой, когда отправишься к этому Тереху?

— Обсудим это позднее, — заявили мне и отпустили из объятий. Так резко, что я покачнулась, но все же сумела сохранить равновесие. — Поехали, отвезу тебя домой. Проводи твою мать, собери вещи, но помни: обо мне ни слова. Не хочу, чтобы меня она считала благодетелем.

Подобное показалось мне проявлением благородства.

Полная надежд, несмотря на некоторые недомолвки, я вернулась домой. Пара дней на то, чтобы проститься с мамой, отпустить ее в далекое путешествие — это так мало. Жаль, но я не могла проводить ее до больницы, даже в аэропорт ей предстояло ехать со специально нанятой сиделкой. Валентин Петрович позаботился о том, чтобы моя мама ни в чем не нуждалась.

А я…

Мои тело и душа теперь полностью принадлежали Валентину Залесскому. 

Как же мне хотелось поделиться своим счастьем с мамой. Рассказать ей, что вопреки всем ее опасениям я встретила того самого человека, заменившего мне весь мир. Того, с кем готова идти хоть в самое пекло. Только бы вместе. Разделить радости и горести. И пусть он пока закрывается, скрывает прошлое, я была полна тайных надежд изменить все это. Стать для Валентина Залесского такой же важной и нужной, как он для меня. 

Но нельзя…

Он запретил рассказывать маме о его существовании. Да у нее сейчас и без того много волнений. Узнала бы, что я потеряла девственность, да к тому же решила жить с мужчиной, как бы не переволновалась. Или вообще не передумала ехать на операцию, с нее станется. Мама так долго заботилась обо мне, опекала от всяческих бед и невзгод, пришла моя пора отплатить тем же.

Но перед самым отъездом она сама решилась на серьезный разговор. Взяла меня за руку, как в детстве, и, усадив на диван, прошептала необычайно бледными губами:

— Деточка, я должна рассказать тебе кое-что. Это касается моего прошлого и твоего отца…