Паранойя. Почему он? - Полина Раевская

-В Сельскохозяйственном, - просмеявшись, с покаянным видом подтвердила она, видимо, решив, что я купился. Конечно, я мог бы ей сказать, что из неё студентка «Сельскохозяйственного», как из меня балерина, но за её потугами было забавно наблюдать, поэтому продолжил веселиться.

-И как тебя угораздило в … «Сельский»? Ты же художник.

-Ну-у… мне было в общем-то без разницы куда, я уже давно решила, что открою тату–салон, а тут бюджет и напрягаться сильно не надо, да и родителям важны только корочки, поэтому вот… - уже более успешно прокатилась она мне по ушам. Скорее всего, доля правды в этом была, так что объяснение столь лютой дичи, как Сельхоз, я засчитал. Как говорится, next level.

-Ну, а факультет какой?

-Пчеловодство, - на удивление быстро и уверенно ответила она, у меня даже закралась мысль, что я поспешил с выводами, но Настька не дала в этом убедиться, перейдя в наступление. – Ну, а что мы всё обо мне да обо мне?! Твоя очередь рассказывать.

-А что ты хочешь узнать? – насмешливо уточнил я, прекрасно зная, что её интересует в первую очередь, но она вновь удивила, точнее, постеснялась, наверное, сразу спросить про семейное положение.

-Да хотя бы можно и с роста начать, - «припомнила» она мне, весело поблёскивая глазками.

-На пять сантиметров выше тебя, так что про каблуки можешь забыть, - отшутился я.

-Как?! –ахнула она. - А куда же подевался мужчина без комплексов?

-Пал, Настенька, жертвой твоей сказочной красоты.

Сластёнка зарделась и улыбнувшись, скептически закатила глаза.

-Чую, еще парочка комплиментов, и комплексов не останется у меня, - заметила она со смешком. –Ты, случайно, психологом не подрабатываешь, Сергей Эльдарович?

-Случайно подрабатываю, если кому-то надо мозги вправить.

-Ну, а не случайно кто по специальности?

-По специальности… - протянул я, мысленно потирая руки, ибо пришла моя очередь отправлять в нокаут. – Газосварщик я, Анастасия Андреевна.

-Шутишь? – не поверила она.

-Почему это? Ты же пчеловодом будешь, а мне почему газосварщиком нельзя? – подколол я её, хотя газосварщиком был самым что ни на есть настоящим в отличие от её липового пчеловодства.

-Ну, не знаю… Ты на газосварщика совсем не похож.

-А на кого же?

-На бизнесмена скорее.

-Ну, так одно другому не мешает.

-Твоя правда, - согласилась она.

***

Дальше разговор зашёл о Жоре, животных и красоте здешних мест. Настенька робко попросила меня поговорить с «друзьями», чтобы те позволили ей закончить картину. Она так мило извинялась за навязчивость и уверяла, что теперь спать не сможет, пока не дорисует «этюд», что я не смог ей отказать, хотя знал, что Зойка будет крайне недовольна. Впрочем, когда Сластёнка озарила ресторан своей солнечной улыбкой, всё это стало неважным.

-Не переживай, против они не будут, - заверил я её, но строго наказал. – Только будь добра пользоваться главными воротами, а не дырами в заборе. Охрану предупредят, так что тебя без проблем пропустят.

-Хорошо, буду добра, - улыбнулась Настька. - Спасибо большое! Мне так неловко…

-Да ладно уж, - отмахнулся я, оплачивая счёт. – Кто я такой, чтобы чинить препятствия на пути к высокому искусству?! Вдруг ты будущая Фрида Кало.

-О, ну, конечно, - хохотнула она, поднимаясь из-за стола.

-А что? Мне, лично, оторванные головы медведей нравятся гораздо больше, чем портреты бабы с монобровью.

На моё заявления Настька разразилась громким смехом.

-Бабы с монобровью?! - заикаясь, возмущенно повторила она. Я развел руками.

Она ещё что-то пыталась сказать, но сколько не силилась, вновь заходилась хохотом. Глядя на её истерику, мне и самому стало смешно – ну, и пошла цепная реакция: мы не могли остановиться, смотрели друг на друга и смеялись, не пойми над чем. Через несколько минут на нас пялился весь зал, поэтому пришлось спешно покидать ресторан, чтобы нам не вызвали дурку.

-Ой, не могу, - выдохнула Настька, утирая слёзы, когда мы вышли на улицу. – Похоже, я теперь не смогу без смеха смотреть на автопортреты Фриды.

-Удивительно, как ты раньше могла, - сыронизировал я.

-Ну, о вкусах не спорят, - миролюбиво отозвалась она и собиралась что-то еще сказать, но заметив Лёху, ждущего нас на парковке, замерла, поняв, что пора прощаться.

-Лёха тебя отвезёт, куда скажешь, - пояснил я. Она кивнула, и улыбнувшись, взглянула на меня взглядом, полным ожидания и надежд. И это было логично и понятно: девочка, как и всякая другая, ждала, что я предприму какие-то шаги для продолжения знакомства, но… я не мог. Хотел, безумно хотел, но смотрел в её наивные, ясные глазки, обещающие нечто настоящее, искреннее, нежное, и не мог. И эти странные душевные метания поражали. Никогда раньше ничего подобного не испытывал, у меня вообще всегда всё было предельно просто, а сейчас… Как говорится: и хочется, и колется, и совесть не велит.

-Ну, Анастасия Андреевна, приятно было познакомиться, - преувеличенно бодрым голосом начал я, решив, с этим поскорее покончить. – Спасибо за приятную компанию. Рад был пообщаться с такой очаровательной девушкой.

Настя, всё поняв, отвела потухший взгляд и улыбнувшись через силу, тихо произнесла:

– Всего доброго, Серёжа, спасибо за всё.

У меня же внутри что-то дрогнуло. Это её нежное «Серёжа» что-то во мне задело. Я и не знал, что моё имя может звучать так…

Пока я переваривал эти непонятные ощущения, Настя, не дожидаясь моего ответа, направилась к Лёхе, и таким холодом от неё повеяло, таким разочарованием, что от досады я едва сдержал смачное ругательство.

Вот что за закон подлости?! Хочешь, как лучше, получается - как всегда. И ведь не объяснишь, что радоваться должна: я тут, понимаешь ли, о её душевном здравие и «облико морале» пекусь, а она… Хотя я вроде как тоже радоваться должен. От благих дел, говорят, на душе легко и хорошо становиться, но я что-то ничего подобного у себя не наблюдал. Напротив – бесить начало всё до невозможности, и с каждой минутой раздражение нарастало всё больше и больше, поэтому в офис я приехал злой, как чёрт. Зойка не сразу это уловила, и с порога начала читать мне нотации на тему пунктуальности, ответственности и прочей херни.

-Не заёб*вай! – скривившись, оборвал я её. И сев за стол, принялся за документы. Сестра, конечно, ненадолго опешила, но уже через пару секунд пришла в себя.

-Чудненько, - съязвила она, сев напротив. – И чем тебе эта девица не угодила? Что ты вообще с ней полдня делал?

-Кстати, - вспомнил я, игнорируя её вопрос. – Скажи охране у главных ворот, чтобы завтра пропустили девчонку, она рисует озеро.

На несколько минут повисло молчание, я даже решил, что продолжения не будет, и успел полностью сосредоточиться на делах, когда Зойка возмущенно процедила: