Библиотекарша - Логан Белл

Себастьян нажал кнопку на стене, и окно скрылось за тяжелой темной ширмой. Реджина вздрогнула.

— Что за парень был с тобой в клубе? — спросил, обернувшись, Себастьян.

— Он не со мной. Я вообще с соседкой пришла, а эти парни стали к нам клеиться…

Себастьян жестом руки прервал Реджину, словно ему тяжело было выслушивать ее оправдания.

— Это платье ты должна надевать для меня и только для меня. Поэтому я его забираю.

Прошу, разденься.

Реджина уже знала, что Себастьян не шутит. Она не ослышалась, и выбора у нее нет.

Дрожащими руками она расстегнула «молнию» на спине.

Себастьян следил за ней очень внимательно и напряженно. По его взгляду сразу становилось ясно: раздеться он попросил Реджину не просто так. Ее обнажение для него — это целый ритуал.

Смущенная Реджина позволила платью сползти на пол. Оставшись перед Себастьяном в белье «Gap», она вспомнила, как он трогал ее прошлой ночью. Между ног у нее зазудело.

— Ты прекрасна, Реджина, — произнес Себастьян, поедая ее взглядом. — И еще ты знаешь, что при мне нельзя носить такое белье. Раздевайся.

Сердце колотилось, ладони вспотели. С замочком бюстгальтера, который она автоматически застегивала и расстегивала миллион раз, Реджина провозилась невероятно долго.

Ей уже стало казаться, что от лифчика она уже не избавится, но тут он наконец расстегнулся, и Реджина уронила его на пол.

Взгляд Себастьяна будто обжигал. Представив, что в комнате никого больше нет, Реджина спустила трусики до щиколоток и смахнула с ноги.

— При виде тебя у меня встает, — признался Себастьян.

Реджина покраснела так сильно, что защипало щеки. Сердце колотилось с невероятной быстротой. Не хватало еще от стеснения инфаркт заработать.

— Ляг на кровать, — приказал Себастьян. Реджина взглянула на кровать и постаралась прикинуть: как на нее взобраться, не сверкая при этом оголенными ягодицами.

Себастьян заметил ее нерешительность. Он словно прочел мысли Реджины и встал у нее точно за спиной.

— Давай, — поторопил он.

Отступать было некуда, и Реджина подчинилась.

— На живот, — уточнил Себастьян. Реджина послушно уткнулась лицом в сгиб локтя.

Подставив Себастьяну зад, она некоторое время вслушивалась в тишину. Наконец, не вытерпев, она обернулась.

— Не шевелись, — низким голосом велел Себастьян, и Реджина снова уткнулась лбом в предплечье.

Прошло еще несколько минут — ничего не происходило. Реджина опять обернулась.

На сей раз Себастьян шлепнул ее по попе.

— Ай! — вскрикнула Реджина.

— Я же велел не оборачиваться, — терпеливо напомнил Себастьян, словно обращаясь к невоспитанному ребенку. Реджина исполнила приказ, приготовившись к новому шлепку, но так его и не дождалась.

Слышно было, как Себастьян обходит кровать, потом матрас промялся под его весом.

— Раздвинь ноги, — велел Себастьян.

Реджина подчинилась. Прошло еще несколько мгновений томительного ожидания. Наконец

Себастьян принялся поглаживать ее по ягодице, в том месте, где ударил. Вонзил палец в щелку, и та почти сразу увлажнилась. Себастьян немного поиграл с киской Реджины, и в лоне девушки словно вспыхнули яркие искорки наслаждения.

— Перевернись. — Себастьян убрал руку, и Реджина сразу ощутила пустоту. Влагалище жадно затрепетало.

Реджина легла на спину; в голове звенело от возбуждения, подавившего стыд. Себастьян буквально пожирал ее глазами. Он расстегнул рубашку; из ширинки его черных брюк торчал восставший член.

Себастьян раздвинул Реджине ноги, и она уже приготовилась вновь ощутить внутри себя его пальцы. И тут, немало поразив ее, Себастьян прильнул к влагалищу губами.

Реджина тут же села, оттолкнув его. Нельзя, чтобы он смотрел туда…

— Я не разрешал тебе двигаться. Ну-ка, ложись обратно на живот.

Перевернувшись, Реджина опять уткнулась лбом в предплечье. И нисколько не удивилась, когда на попку обрушился еще удар, на сей раз настоящий, сильный.

Потом второй.

Реджина закусила губу и ахнула, когда палец Себастьяна проник в нее, нащупал заветную точку. Стенки влагалища пульсировали, как будто стремясь вобрать в себя руку Себастьяна.

Застонав, Реджина даже не узнала собственный голос.

Вволю позабавившись, Себастьян раздвинул Реджине ноги. Между бедер ей вжалось нечто теплое и влажное — это Себастьян принялся работать ртом. Реджина призвала на помощь всю силу воли, только бы не воспротивиться, не увернуться. А когда в игру вернулся палец, она забыла — о стыде и обо всем, ее накрыли волны наслаждения. Ударяли они так сильно и резко, что становилось даже больно. Реджина принялась кричать; грубыми, нечленораздельными фразами, как какое-нибудь животное, она просила еще, умоляла не останавливаться.

Но Себастьян остановился. Зашуршала ткань.

— На спину, — приказал он севшим от возбуждения голосом.

Перевернувшись, Реджина увидела, что он обнажен. Без одежды Себастьян оказался даже прекраснее, чем Реджина могла вообразить: широкие плечи, узкая талия, рельефный торс.

Совершеннее тела она и представить не могла. Однако взгляд ее уперся в другое, в член — большой и сильный, увенчанный набухшей головкой. Не то чтобы Реджина не видела прежде голых мужчин — по крайней мере в жизни, — просто эта часть тела, восставшая и рвущаяся в бой, как никакая другая выдавала страсть и желание.

Себастьян надел презерватив, и только тут Реджина осознала — и приняла, — что должно произойти. Чего она ждет.

Себастьян лег на нее, и Реджина, закрыв глаза, обхватила руками его могучие плечи.

Он поцеловал ее в шею, затем стал покусывать соски, возбуждать их языком. Перешел к влагалищу — лизал его, посасывал, обуянный страстью. Киска Реджины трепетала как никогда в ожидании пальцев; Реджина подалась вперед, навстречу им, раскрылась… но вместо рук в нее вошла головка члена. Реджина напряглась. Себастьян проникал в нее медленно и аккуратно, глубже и глубже, пока наконец его член не заполнил влагалище. Выдержав короткую паузу, Себастьян рванулся вперед, и Реджину пронизала острая боль, сменившаяся теплом. Из щелки потекло.

Себастьян внезапно отстранился.

— Почему ты не предупредила? — спросил он, схватив Реджину за подбородок. Смотрел он на нее не то со злостью, не то смущенно.

— Ты бы остановился.

Себастьян положил голову ей на плеЧо, и Реджина принялась гладить его по волосам.

Такой близости, как сейчас, с этим странным мужчиной, она не ощущала ни с кем. В душе царил покой, однако тело требовало продолжения.