Библиотекарша - Логан Белл

Был уже день, когда Реджина — как в тумане — вернулась домой.

Карли, которая устроилась на диванчике с альбомом для зарисовок, оторвалась от набросков и взглянула на соседку.

— Ты где была? Почему не ночевала дома? Я за тебя волновалась, — сказала она, отложив карандаш.

Реджина наклонилась расстегнуть туфли. Себастьян отпустил ее, предварительно одев с ног до головы в «Prada». Обувь, как всегда, он подарил убийственную.

— Зато я удивляюсь, что ты вернулась домой прошлой ночью, — ответила Реджина. — В клубе мне казалось, ты собираешься совсем в другую сторону.

— Не переводи стрелки. Отвечай: куда ты исчезла? Нельзя же вот так со мной поступать, Реджина.

— Никуда я не исчезала. Ты сама меня бросила, забыла?

— Прости. Мне было так фигово, хотелось отвлечься, забыть Роба окончательно.

— И ты оставила меня с тем уродом в баре?

— Ник — не урод, и потом, он сказал, что ты сбежала с каким-то незнакомцем.

— За мной приехал Себастьян. В общем, ладно, извини, что заставила беспокоиться.

Карли и правда волнуется за Реджину. Очень мило с ее стороны.

— А что это Себастьян делал в клубе? Он тебя преследует?

Пожав плечами, Реджина отправилась на кухню. С самого завтрака она ничего не ела, и на нее вдруг напал зверский голод. Она открыла шкаф и потянулась за тарелкой на второй полке… о-ох, как же болят плечи! Руки не поднять.

— У-уй, — промычала она, так и не дотянувшись до тарелки.

— Что с тобой?

— Помоги, пожалуйста.

Карли остановилась в дверном проеме.

— Не помогу, пока не скажешь, в чем дело.

— Плечи болят.

— Ежу понятно. И почему, интересно знать? Если только ты не играла ночь напролет в теннис в Центральном парке?

Карли смешно уперла руки в боки.

По иронии судьбы, связь Реджины с Себастьяном превратила стервозную соседку в настоящую опекуншу.

— Достанешь мне тарелку, тогда все расскажу, — пообещала Реджина.

Выполнив просьбу, Карли потребовала:

— Давай, колись.

* * *

Они сидели за столом и запивали вчерашнего цыпленка с жареным рисом бутылочной «Короной». Реджина переоделась в старую футболку с логотипом родного универа и спортивные штаны. Тело ее изнемогало от усталости, зато разум работал с сумасшедшей скоростью, словно двигатель на третьей передаче, о существовании которой Реджина и не подозревала.

— Ему, как бы ты, наверное, выразилась, нравится доминировать надо мной, — сказала

Реджина.

— И что ему конкретно нравится?

Теперь, когда время пришло, Реджине до смерти хотелось поведать все в деталях. Она только не знала, как отреагирует Карли: скажет, мол, ты с ума сошла, беги от этого типа! Или: ну да, ничего особенного, я сама этим занимаюсь.

Как бы там ни было, Реджину распирало от желания поделиться эмоциями.

— М-м, в общем, она дал мне сотовый и запретил его выключать. Этот телефон только для связи с ним. Он присылает мне команды в эсэ-мэс. Говорит, что надеть, причем туфли всегда на высоких каблуках, нижнее белье — только кружевное.

— Гм, если честно, Реджина, услуги стилиста тебе и правда не повредят.

Реджина строго взглянула на Карли и только затем продолжила:

— Если я не подчиняюсь — скажем, не надеваю присланное им белье, — он меня «наказывает».

Вот теперь она полностью завладела вниманием Карли — прожженная тусовщица, та во все глаза уставилась на соседку.

— Продолжай.

— Ну, он меня… типа, шлепает. — Больше Реджина ни о чем сказать не смела. Особенно о Комнате.

Карли кивнула.

— Я о таком слышала, — сказала она, сдирая этикетку с бутылки.

— Серьезно? — удивилась Реджина.

— Да. Это легкий БДСМ.

— Бэ-дэ… что?

— БДСМ. Бандаж, дисциплина, садомазо. Довольно развитая культура.

— Неужели?

— Угу. Некоторые без этой фигни жить не могут.

— То есть, по-твоему, это не… болезнь?

Карли пожала плечами.

— В принципе это не мое, но я таких людей не осуждаю. В небольших дозах садомазо даже горячит кровь. Была у меня одна знакомая, которая ошейник носила.

— В каком смысле?

— Кожаный ошейник, вроде собачьего, только с замочком. Знакомая объясняла, типа ошейник — это символ рабства в ее сообществе. Она была чьей-то собственностью.

— Шутишь.

— Не-а.

Какое облегчение, Реджина еще не так далеко зашла.

— Выходит, садомазо — это в принципе нормально?

— Совсем не нормально, просто кто-то получает от этого удовольствие. Какая разница, от чего ты кайфуешь? Особенно если тебе дарят целый гардероб «Прада». Пусть Себастьян порет тебя на здоровье.

Покраснев, Реджина уставилась в тарелку. Может, Карли — не лучший собеседник, но другого попросту нет. И она открыла Реджине, как называется то, с чем ей пришлось столкнуться. БДСМ.

Надо будет провести небольшое исследование. Чутье подсказывало, что нужную книгу

Реджина найдет в библиотеке.

* * *

Явившись утром на работу, Реджина застала на своем месте Алекса.

— Привет, — поздоровалась она. — Прости за вчерашнюю подставу. Надеюсь, тебя не слишком загоняли?

— Не, все путем. Правда, Слоан требует тебя на ковер.

У-у, жди беды.

— Зачем? — спросила Реджина, бросив сумку за стойку.

— Понятия не имею. Но судя по ее тону, лучше тебе не гадать, а сразу мчаться к ней.

Ну точно, жди беды. Реджина послушно побежала на второй этаж. Дверь в кабинет Слоан была распахнута. Сама начальница сидела за столом: волосы убраны в художественнонебрежный хвост, рукава темно-синей блузки аккуратно закатаны до локтя, на загорелых запястьях — тонкие золотые браслеты. Потягивая кофе из стаканчика «Старбакс», Слоан проглядывала онлайн-выпуск «Нью-Йорк пост».

Реджина постучала в дверной косяк. Слоан, оторвавшись от монитора, взглянула на нее с прищуром.

— Ну-ну, смотрите, кто почтил нас присутствием.

— Прошу прощения за вчерашний прогул, — сказала Реджина, расстроенная, что извиняться приходится так сразу. Сейчас потребуют объяснений… Еще в метро она мысленно отрепетировала, как будет говорить со Слоан, но убедительной причины, по которой они вчера с