Их любимая малышка - Ирина Горячева

По телу прошла дрожь. От испуга я шарахнулась назад от окна и влетела в объятия Элроя, даже не заметив, когда он подошёл.

Перед глазами мелькнула вспышка, сменившаяся видением. Я вот так же пряталась в жарких объятиях двуликого. Пока мы с ним падали в пустоту…

— Тише, савари. Чего ты так испугалась? Это же просто фейерверк. — Элрой обнимал меня и говорил очень спокойно и уверенно.

Но я не слушала и только сильнее хваталась за плечи двуликого.

— Я вспомнила! Вспомнила.

В памяти снова и снова возникала одна и та же картина. В лобовое стекло влетала стрела, выпускавшая в салон газ. И Элрой рывком прижимал меня к себе и выбрасывался из аэромобиля в темноту.

Ветер, вода и падение в темноту не были сном. Мы упали в воду. Я тонула и звала Элроя по-настоящему. И он вытащил меня на берег, отправил сообщение Ройтану. А потом раздел меня, превратился в то странное существо с полосатой щетиной, усадил на колени и согревал своим телом.

— Я вспомнила, Элрой. Вспомнила…

Я вспомнила, как к нам подбежал Ройтан. И то, как он надел на меня свой пиджак, взял на руки и понёс в аэромобиль.

Наверное, там я и отключилась окончательно. Потому что того как мы оказались в квартире, и как меня укладывали на диван я уже не помнила.

Элрой обнял меня и, растирая ладонями дрожавшие плечи, коснулся губами лба.

— Ну, всё, малышка? Успокойся. Тише…

Он потянул меня обратно к дивану, но я вцепилась в его руку.

— Не уходи. Не оставляй меня одну. — Я цеплялась за его плечи и тёрлась грудью о его грудь.

— Я не уйду. Не уйду. Тише… — Элрой обхватил мою голову и, массируя затылок, прильнул лбом к моему лбу. Но это не помогало.

Мне уже было плевать на то, что он говорил.

На меня накатила истерика.

— Не уходи. Будь рядом. Я хочу чувствовать, что ты рядом. — Я прижалась губами к его рту и скользнула языком по губам.

Он рвано выдохнул и силой оторвал меня от себя, удерживая на расстоянии.

— Что ты творишь? Мы не одни, Марина.

Я вновь с отчаянием ринулась к нему, но Элрой остановил меня, не позволив нашим губам вновь слиться в поцелуе. Жёстко перехватил за плечи и толкнул к окну.

— Остановись, пока не поздно, савари, — сердито прорычал он мне в лицо.

— Плевать! Мне это нужно…

Стекло холодило кожу. Страсть с привкусом стресса воспламеняла кровь. Мысли путались. И меня трясло так, что сбивалось дыхание.

— Эл, мне нужно… — Я обвила шею Элроя руками.

Его глаза и губы были совсем близко. Дыхание сливалось с моим дыханием. И ритм сердца, ускоряясь, попадал в такт моему.

Ладонь Элроя легла на мою шею, и пальцы чуть сжались.

— Ты сама не знаешь, что тебе нужно.

Он шагнул ближе, прижав меня к панорамному окну. И накрыл губы губами, без прелюдий ворвавшись языком в рот.

Не знаю, как у ке-тари было принято целовать своих женщин. Но поцелуи Элроя были по-настоящему звериными.

Терзающими. Жестокими. Голодными.

Каждое движение его языка причиняло одновременно боль и наслаждение. Заставляло теряться в ощущениях.

Это было почти как секс.

Так же страстно.

Так же горячо.

Так же остро.

И я отвечала на поцелуй, отдаваясь и растворяясь в нём.

Желание прокатывалось волнами по всему телу. И я уже сама не понимала, стресс ли, страх ли так действовал на меня.

Или я на самом деле хотела этого мужчину?

Опустив руку на пах Элроя, поверх полотенца провела кончиками пальцев вниз.

Желания наместника и раньше не вызывали у меня сомнений. А сейчас их вовсе невозможно было скрыть.

Впрочем, он и не намерен был скрывать.

Стоило прикоснуться к члену, скрытому под полотенцем, и Элрой тяжело и рвано выдохнул мне в губы.

— Плохая савари… Невыносимая…

— Но ты хочешь меня. — Продолжая двигать рукой, я чувствовала, как он откликался.

Ладони Элроя в ответной ласке легли на мои бёдра и скользнули под рубашку. Пальцы безжалостно сжали ягодицы.

— Хочу…

От одного-единственного слова закружилась голова. Сердце заколотилось ещё сильнее. Ещё быстрее.

Низ живота сладко заныл в ожидании скорой близости.

Элрой наклонился к моей шее и легонько прикусил кожу. Вызывая волнение в животе, прочертил языком влажную дорожку к уху. Коснулся его губами, опалив дыханием, и убил наповал:

— Хочу, но…

Сладость предвкушения мгновенно превратилась в тяжёлый сгусток тянущей боли.

— Но? Что теперь не так? — Голос предательски дрогнул. На глаза навернулись слёзы.

— Нас двое…

Я не сразу сообразила, что он имел в виду. Просто отголоски недавнего безумного поцелуя и последние слова на время унесли из реальности. Заставили напрочь позабыть о существовании Ройтана.

Элрой сделал шаг в сторону, открывая мне обзор. Второй двуликий, успевший вернуться, сидел на диване и не сводил с нас глаз. Сжимая в руке чашку, он шутливо отсалютовал нам.

— Похоже, чай сегодня понадобится мне. — В его голосе проскакивали нотки иронии.

Мне было всё равно, что другой мужчина наблюдал за нами. Видел, как мы с Элроем ласкали друг друга и целовались. Но я не представляла, каково это заниматься сексом с ними обоими сразу.

Элрой как будто прочувствовал мои эмоции.

— Нас двое. С тобой, — уточнил он. — Я хочу попробовать.

Было стыдно признаваться даже самой себе, но мысль об этом чертовски возбуждала.

— Да. Двое, — кивнула я, ощутив, как усилилась тянущая боль в самом низу живота.

Элрой сорвал с бёдер полотенце и отбросил прочь. Подхватил меня за попу и, приподняв, вновь прижал спиной к окну. А я машинально обвила ногами его талию и впилась ногтями в плечи.

Ройтан отставил чашку на подлокотник, медленно поднялся с дивана и направился к нам.

Глядя, как он неотвратимо приближался, я прошептала Элрою:

— Возьми меня первым.

Просить его дважды не пришлось. Удерживая на весу, Элрой осторожно опустил меня, насадив на член.

— Начинаю думать… — Он заполнил меня собой и стал двигаться. — Что ты послана мне… В наказание, савари…

Первые его движения были почти нежными. Он входил мучительно медленно и неглубоко. Словно нарочно издевался. И можно было ещё поспорить, кто здесь чьё наказание.

Вместо этого я закрыла глаза.