Виноградные грёзы. Книга 2 - Джулия Романтик

– Принес?

– Немного. Ты увлекаешься, скоро с кровати встать не сможешь.

– Ох, благодарю за заботу, – съязвила я, демонстративно вскочив с потрепанного дивана и тут же, ощутив головокружение, села обратно. Андерсон так редко обращает на меня внимание, что не заметил – я уже не встаю с кровати! Или с дивана. Или со стула. – Доставай, мне через полчаса в клуб. – Странно называть Cotton Candy клубом.

Джер улыбнулся с хитрым прищуром салатовых глаз, чмокнул меня в макушку и высыпал на журнальный столик красновато-белые таблетки.

– Колеса?! И так мало?! – воскликнула я, сама не ожидая от себя подобной ярости. – Ты издеваешься?! Так ты меня любишь, ублюдок?!

Джер дернул меня за локоть, прежде чем я смахнула со стола таблетки.

– Будешь характер показывать – ничего не получишь.

Я стиснула зубы, зверем глядя на него, и взяла три таблетки. Секунду помедлила. Разве я этого хочу? Быть жалким клубным торчком?

– Нет! – Рука дрогнула и наркотики, выпав, укатились под диван. Я начала плакать, слезы лились из глаз, будто кто-то нажал на кнопку. Ревела, не могла остановиться, и кричала: – Хочу больше! – дрожала всем телом, словно не в помещении, а на проливном дожде, выла и куталась в халат. – Джерад, ты подсадил меня снова, поэтому дай мне больше! Дай!

– Мы глотаем таблетки без малого каждый день, ты в своем уме?

– Мне нужно! – Я схватила его за руку. Горячая мозолистая ладонь.

– Иди к своему дилеру и попроси, – рявкнул Андерсон, сбросив мои пальцы – я вновь уцепилась за его руку, и он пихнул меня на диван. – Не веди себя как ребенок!

Хлопнула дверь. Отвращение на худом лице Джерада я помнила отчетливо. Ему противно. Но зачем он вновь втянул меня в наркотическое безумие? Всё просто – он не думал о последствиях, он не думал обо мне.

Упав на пол, я царапала ногтями стену, сдирая с нее обои. Я вспомнила, как вколола дозу, которую нашел у меня в ящике Стив. По-прежнему не знаю, откуда она там, но я вмиг попала в рай. Больше такой щедрой дозы я не видела. Я также вспомнила: когда бросала колоться и нюхать под присмотром Рэтбоуна, мне не было настолько тяжело. В ломке ужасно, но тогда я была не одна. Сейчас хотелось вырвать себе ногти с корнем, разодрать горло, что угодно, только бы не чувствовать потребность.

Мы убийцы любви. Он – предательством. Я – наркотиками. Любовь мертва, а всё, что от нее осталось – воспоминания. То настоящее, ради чего стоит жить и бороться.

Стивен

Тук-тук. ТУК-ТУК. Хотелось спать. ТУК-ТУК-ТУК.

– Не дозвонюсь до нее, не отвечает, – виновато сказала Асоль, когда я, зевая, открыл входную дверь. Сегодня утром девушка выглядела приличнее, чем вчера: пальто застегнуто на все пуговицы, волосы идеально прямые. – Можно войти?

Я отошел от дверного проема, пропуская ее в квартиру.

Интересно, нормально ли для Асоль делать вид, что ничего между нами не было? Хотя, мы в таком дерьме, что думать о подобных вещах бессмысленно.

– Чем могу помочь? – наблюдая за смущением рыжей, поинтересовался я. – Аристель мне больше не рассказывает о своих планах.

– Какая Аристель? – огрызнулась Асоль. – Ее зовут Ариэль! Тоже мне, любимый, имени ее не знаешь. – Асоль опустилась на пол в прихожей.

Я опешил. Разозлился слегка.

– О, чудесная подруга, – в тон ей проворчал и сел рядом, – я знаю Ари намного дольше тебя. В моем прошлом она звалась Аристель. И выглядела иначе, и была куда милее.

– Ага, а потом ты бросил ее! – тявкнула Асоль. Добавила не слишком искренне: – Прости. Иногда я плохо себя контролирую.

– Со всеми бывает.

– Зря ты ее тогда бросил. У нее жизнь несладкая была. А ты ее, блин, уничтожил! Как она смогла тебя простить… никогда не пойму.

– Ты знаешь о прошлом Ари? – Сердце пропустило удар. Может, сейчас? Сейчас я выясню всё. – Знаешь, почему она уехала в Америку? Что было с ней до меня?

– Не так уж много… – Глаза Асоль забегали: поняла, сболтнула лишнего. Она вцепилась в рукав своего пальто и оттянула его. – У меня с Ари больше общего, чем кажется. Блин. Неужели она тебе не рассказала? Вы… любили друг друга.

– Нет. Ари сказала мне: отец хотел, чтобы она пошла в бизнес, а она хотела свободы. Я ей не поверил. Было в ней изначально что-то… трагическое. Понимаешь?

Сам не верю, что откровенничаю с Асоль на полу в коридоре. Бутылки не хватает.

– Молоток, что не поверил, – грубовато похвалила Асоль. – Чушь. Но, раз не рассказала, значит, ты и не должен знать. А я поклялась молчать.

– Да перестань! – От нетерпения свело скулы. – Она предала тебя. Обманывает тебя. Растоптала твои чувства. Забудь девчоночьи правила о секретах и расскажи. Я должен знать!

– Она бы призналась, – упрямо покачала головой Асоль. – Но ты не хочешь ей помочь. Обычное любопытство.

– Хочу! Я всегда хотел ей помочь! Скажи она всё, я бы не бросил ее…

– Но ты бросил! – истерично воскликнула рыжая, словно дело касалось ее лично. На миг показалось, я разговариваю с Ари. – Бросил и не поверил, когда она убеждала: наркотики не ее. Эмилия мне всё разъяснила. Если бы ты тогда не оставил Ари, не дал бы снова обратиться к игле, – Асоль поморщилась, – если бы, блин, не был таким кобелем, у которого хер из ширинки выпрыгивает… – Она замолчала, наверняка мысленно ругнувшись. – Все были бы счастливы! Я и Джер помирились бы!

– Ты не была бы счастлива с Джерадом Андерсоном.

– Тебе почем знать? – вспылила Асоль. – Вы – хорошие парни – скрываете грехи, надеясь, что они не подпортят вам репутацию. А такие как Джерад, такие как я, мы честные.

– Ты заслуживаешь большего, – спокойным тоном ответил я.

Асоль рассмеялась, получилось нервно. У нее, вероятно, часто так: маска на дешевом клее падает с лица, разбивается, и девушка судорожно подбирает осколки.

– Большего? – переспросила, смеясь. – Кого, например? Тебя?

– Я ничего не заслуживаю.

– Хоть в чем-то ты прав.

Замолчали, не зная, что еще сказать.

«Асоль знает, – крутилось в голове. – Знает, почему Ари уехала и решила не возвращаться. Знает и никогда не расскажет мне».

– Я не бросала принимать, – нарушила тишину Асоль, скинув пальто – под ним симпатичное платьице с кружевами и оборочками. – Ари думала, я вместе с ней завязала, но я не смогла. У меня не было, – Асоль запнулась, буравя взглядом стену, – не было такого мужчины, как ты. – Эти слова она просипела, давясь гордостью. Восхищение и зависть сквозили между строчек. Не таким уж мерзким я ей вижусь, оказывается.

– Значит, Ари зря попросила забрать тебя с вечеринки, на которую принесли наркотики?

– Да, зря. – Асоль помолчала и вдруг добавила: – Позвоню-ка я Ари еще раз.