Виноградные грёзы. Книга 2 - Джулия Романтик

Софи несколько мгновений задумчиво смотрела на меня, а затем дотронулась рукой до моей небритой щеки. Я поймал ее запястье и прислонил ладонь к своим губам.

Не понимаю, каким образом Софи не узнала о моих отношениях с Ари. А если узнала, то почему молчит?

– Я люблю тебя, Стивен Рэтбоун, – словно прочитав мысли, заявила Софи и поцеловала меня: нежно, без привычной дешевой страсти.

Стало некомфортно от ее проницательности, но я согласился, отвечая на поцелуй. Мое сердце, увы, не здесь.

***

Дома Софи прошлась вдоль коридора, заглядывая в комнаты.

– Неплохой ремонт. Это было необходимо?

– Да, – втащив ее неподъемный чемодан в квартиру, я закрыл дверь.

– Выглядит бездушно… – Соф обняла свои плечи. – Будто тут никто никогда не жил. – Она водила ногтями по поверхности дверного косяка спальни.

Я поежился. Нет, Софи. Тут жили. Жила девушка, которую я безумно любил, а потом она ушла к моему другу и ты, мать твою, должна знать об этом из газет! Почему ты ведешь себя так, будто тебе ничего неизвестно?

– Ладно, – сказала Штерн. – Я вернулась, и наша любовь создаст здесь прежний уют. Пойдем, съедим что-нибудь. Я жутко голодная!

На кухне Софи включила свет, вытащила из холодильника яйца и бекон, бросила продукты на сковородку и занялась готовкой. Как же нелепо она смотрелась у плиты с вычурной укладкой, в дорогом платье.

– Сегодня ты со мной или опять уйдешь по делам группы? – с обидой в звонком голосе спросила Штерн.

Мне сделалось неловко – неужели я настолько часто оставлял ее одну?

– Весь твой, Соф. Бен и Логан поехали к семьям, Марти тоже куда-то отправился, – отчитался я, сняв пиджак и рубашку.

Софи даже не моргнула, увидев меня полуголым: не то чтобы я был тщеславен, но вспоминая реакцию Ари…

– А Джерад? – поинтересовалась Софи. – О нем ты ничего не сказал, а раньше первым делом: «Джерад то, Джерад сё».

Хмыкнув, я ушел в спальню, чтобы выбрать из кучи нестиранного белья футболку. Я переоделся и долго не отвечал, смотря на себя в зеркало шкафа: в глазах презрение. Я сжал ладонь правой руки в кулак и прислонил к зеркалу. Джерад, значит.

– Стив?

– Он ушел из группы. – Сказать это – пережить заново. – Работает ди-джеем в клубах. – Подавив желание разбить костяшки о зеркало, я вернулся на кухню, где Софи занималась приготовлением яичницы. – Не хочу об этом говорить, – добавил я и налил в стакан воды. – Так вышло.

– Но вы же, – Соф повернулась. – Вы друзья! Меня раздражала ваша дружба, настолько вас невозможно было отлепить друг от друга!

– Тебе какая к чертям разница?! – рявкнул я, глядя в ее большие карие глаза. Конечно, Андерсон хороший для всех! Особенно для Штерн, которая знать его не знает – ей никогда не хотелось наладить контакт с моими друзьями. – Ты что-то скрываешь от меня?

– Что? – Соф пропустила смешок. – Я и этот деревенский придурок?!

Я не оценил юмора. Ари тоже презирала его, а теперь делит постель.

– Отлично! – Софи бросила подгоревшее блюдо на тарелку. – Вот какого ты обо мне мнения! Считаешь, я трахаюсь с твоими друзьями? Да как ты… – Она от возмущения не нашла слов и направилась к выходу из кухни. – Ешь в одиночестве! У меня пропал аппетит!

– Соф.

– Заткнись, Стивен! – Она качнула головой: темные локоны коснулись ее щек, пряча миловидное лицо. Софи выпалила: – Поэтому у тебя мало друзей: во всех ты видишь подвох!

– Но он, – я прикусил язык, чуть не проболтавшись. Получается, Софи и правда неизвестно о нашем горе-треугольнике (с Асоль – четырехугольнике, с Софи – пятиугольнике). Наверное, с показами и фотосессиями ей некогда читать прессу, или неинтересно.

– Что он? Что? При чем тут я?! – бушевала Софи.

– Он… Он может с любой, понимаешь? – Я подошел так близко, что ее обжигающее дыхание чувствовалось на губах. – Не хочу потерять тебя.

Она молчала.

– Правда. Прости. – Я взял ее за руку.

Мне вдруг стало жутко. Если и она уйдет…

– Прощаю, – тихо ответила Софи. – Но не смей считать меня шлюхой!

– Я и не называл тебя…

Софи закрыла мне рот поцелуем, и я не сдержал стон, когда ее руки обхватили мою шею, углубляя поцелуй. Свои ладони я положил на тонкую талию девушки. Идеальная. Полюблю ее.

Ари

Скрывать зависимость нетрудно: я мало общаюсь со старыми друзьями, отдыхаю с Джерадом и его компанией, они без проблем обеспечивают меня наркотиками. С Робби больше не связываюсь и с содроганием вспоминаю ломку. Стыдно перед Стивеном, поэтому употребляю Neon Сloud редко, убеждая себя, что так не подсяду. Я успею соскочить, не впервой. Но дни тянутся и поразительно напоминают время в притоне: не убежать, не обрести покой. Я вновь потеряла смысл. Это – свобода? Вернулись кошмары, панические атаки. И некому рассказать. Незачем. Джер хороший, но отношения с ним – бесконечная тусовка.

– И давно ты снова нюхаешь, Ари?

Я вздрогнула, пойманная с поличным. Эмилия застыла на пороге танцевальной студии и наблюдала, как я ползаю по линолеуму и прячу в карман джинсов купюру и остатки порошка.

– Ну, – пискнула я, улыбаясь.

Подруга вздохнула, подобрала край длинного сарафана и села рядом.

– Какая свадьба, ты вновь в депрессии. Всё отменяется.

– Слышать ничего не хочу! – возмутилась я. – Нет у меня депрессии. Просто нашла старые запасы и подумала прикончить их, чтобы глаза не мозолили, – сбивчивой ложью и быстрым темпом речи я напоминала конченную наркоманку. – Откладывать долгожданное событие из-за моих проблем – глупо.

– Но…

– Всё готово, – серьезно добавила я, поднявшись с пола, Эми вскочила следом. – Мы выбрали музыку, блюда!..

Эмилия неуверенно кивнула, и мы спустились вниз. До открытия клуба оставалось полчаса, поэтому мы, как всегда, проводили время за болтовней.

– Отозвать пригласительный Рэтбоуна?

Я усмехнулась, вслед за Эмилией опустившись на табурет.

– Бесполезно бежать…

– Найдет и убьет! – Толчок в спину, огненные пряди посыпались на мое лицо. Асоль сияла, а меня крутило от чувства вины.

– Точно, – сухо пробормотала я.

Эмилия отвела глаза.

– Завтра вечеринка в честь помолвки! – Асоль закружилась в легком белом платьице. Я молчала, понимая: завтра Асоль увидит меня и Джерада вместе (пока я врала, что нашла сожителя и переехала на побережье). – Танцуем до упада в честь Эмилии и Джеймса Алленов!

– Пока еще я не Аллен, – пробормотала Эмилия.

– Ой, плевать, – махнула рукой Асоль. – Пойду, переоденусь, тусовки – тусовками, а работать надо. Мы с тобой на соседних тумбах, Ари!