Жена на четверых - Ксения Кожина

Дэйчи, воспитанник моего будущего мужа.

Интересно, почему рядом со мной он, а не один из женихов?

— Они решают небольшой спорный вопрос с понтификом, кэрра, — отозвался Дэйчи на мой мысленный вопрос.

Быстро переименовала для себя понтифика в привычное «жрец», не спеша двигаться — мало ли что выкинет мальчишка. Ещё не понятно кто и чего больше боится. Я будущей свадьбы или Дэйчи меня. Прислушалась к шуму за дверью, теперь звуки больше напоминали скрежет предметов по полу. Они что там мебель двигают? Или статую богини? Или понтифик попросил помочь с ремонтом? В общем, не удивительно, что пробуждение под такие звуки вызывало массу вопросов.

— Дверь баррикадируют, — словно невзначай оборонил мальчишка. И увидев мои округлившиеся глаза, быстро добавил: — Умывальня за соседней дверью. Кэрр Саито просил вас самостоятельно привести себя в порядок, волосы можно оставить распущенными, а с одеждой я вам помогу.

Только сейчас обратила внимание, что рядом с маленьким нагаасуром лежит багровый лоскуток, чем-то напоминающий шёлковое покрывало, и какие-то камни на тонких цепочках.

Что значит «дверь баррикадируют»?!

Естественно, умывальню я проигнорировала, выглянув в ту дверь, из-за которой был слышен шум. И почти тут же почувствовала, как мой рот медленно открывается. Огромный круглый зал был разделён по цветам на четыре зоны и в каждой из зон имелась маленькая дверь, идентичная той, из-за которой выглядывала я. Чётко посередине зала стояла статуя местной богини: высокая хвостатая женщина с украшенной камнями грудью и тонкими завивающимися спиралью рогами на голове. Сзади неё был расположен каменный алтарь, на котором сейчас горели свечи и, кажется, лежал нож. С такого расстояния толком и не разглядишь, зал действительно был огромным. Но поразило меня не это.

Братья обнаружились немного левее, и они действительно двигали мебель в сторону массивной дубовой двери. Какие-то шкафы, столы и даже лавочку, которую они приспособили в виде засова. А вокруг них бегал понтифик, тихо стеная себе под нос.

Молча вернулась в комнату.

Умыться… да… Определённо не помешает.

Мало мне было того, что мы разным богиням поклоняемся, так они ещё и такое кощунство в храме устроили! Если бы все случилось в день нашего знакомства, то сбежала бы, не раздумывая. Поняла, что не иду ни в какую умывальню, а мечусь из стороны в сторону только после требовательно окрика Дэйчи.

— Кэрра! — И, похоже, звал он не в первый раз.

Резко остановилась, выравнивая дыхание. Мальчика даже поползновений с моей стороны перестал бояться, видя в каком неадекватном состоянии я нахожусь.

— Они поставят все на место, — успокаивающе начал он. — Сразу после окончания обряда. Ничего с храмом не случится, и богиня вряд ли будет гневаться на такие мелочи.

Забаррикадировать храм в мирное время — мелочи?! Да понтифика сейчас удар хватит!

— А… почему? — Нет, ничего умнее мне сейчас точно в голову не придёт.

— Опасаются, что разгневанные жители города могут прервать обряд, — спокойно пояснил мальчишка. — Хотите, я помогу вам умыться?

Дожила! Ребёнок хочет помочь мне принять водные процедуры, как немощной бабульке. Отрицательно покачала головой, припоминая, что между сном и явью слышала разговор братьев и то, чем закончился поход Кэйташи к хозяйке гостевого дома. В груди проснулась благодарность. Если бы не эта ситуация, то брачный обряд прошёл бы намного спокойнее.

Вода помогла немного успокоиться, и вышла к Дэйчи я в более благодушном состоянии, чем была после пробуждения, но ровно до того момента, как увидела то, в чем мне предстоит выходить замуж. Багровый лоскут действительно оказался тонким покрывалом, в которое мне нужно укутаться, чтобы не смущать понтифика и не нервировать чужим взглядом собственных женихов. А вот одежда…

Мелкие цепочки, усыпанные камнями, вообще сложно назвать одеждой!

— Это обязательный атрибут? — сипло спросила я, когда Дэйчи предложил мне раздеться полностью.

— Обязательный, — выдохнул он. Такое ощущение, что мальчишка с удовольствием рассмеялся бы, но побаивается моей реакции. — Понтифик будет зачитывать молитву в первой половине обряда, призывая богиню в свидетели и если ей понравится вкус вашего… — он замялся, — желания, то она почтит вас своим присутствием.

— А если нет? — настороженно уточнила я.

Безумный мир! И такие же чокнутые правила. Покровительница никогда не требовала от нас такого прилюдного унижения. Были подношения, молитвы, но не вкус возбуждения! Да у нас и первая брачная ночь проходит за закрытыми дверями и не выносится на огласку, а тут… Щеки залил румянец.

Посмотрела на Дэйчи готового помочь мне в любую минуту и ждущего только, когда я разденусь, и сглотнула. Как-то я совсем не готова оголяться перед ребёнком, и неважно, сколько женщин и мужчин он успел удовлетворить.

— Я не ребёнок, кэрра, — без зазрения совести подслушал мои мысли нагаасур. — Такие как я внешне взрослеют намного позже остальных, даже наставник до сих пор меняется. Ещё лет десять, и он будет выглядеть выше и более мощным, уйдёт худоба и мышцы станут более выраженными. Но вы же не считаете его ребёнком.

Отчаянно помотала головой и жалобно попросила:

— А можно я сама?

— Попробуйте, — Дэйчи пожал плечами. — У матери моего бывшего клана сохранился брачный наряд. Она его периодически… носит. И всегда требует застегнуть застёжки на спине.

— Выйди, пожалуйста, — совсем вежливо попросила я.

Не знаю, что насчёт возбуждения, но плакать уже хочется. Братья что, издеваются? Зачем они приставили ко мне Дэйчи?!

— Чтобы вы меньше смущались. По крайней мере, именно так объяснил своё желание глава клана, — охотно ответил нагаасур, который вроде бы не ребёнок. И снизошёл до невероятно щедрого предложения: — Хотите, я позову одного из кэрр Саито?

Кивнула не раздумывая. Уж лучше пусть помогает один из женихов.

Когда Акайо появился в комнате, я чётко поняла, что сказать и подумать — разные вещи. Очень уж выражение его лица было довольным. Можно, конечно, все списать на удовольствие от моего одевания, но почему-то не хочется.

— Ну и зачем? — я скрестила руки на груди, недовольно посмотрев на жениха.

— И тебе доброе утро, девочка. Что «зачем»?

— Зачем заставлять меня одеваться при Дэйчи?

— Слуг женщин у нас нет и быть не может, а некоторая одежда требует помощи со стороны, — он ответил так, как будто ничего не понял.

Медленно скрестила руки на груди, подхватив сползающее одеяло.

Акайо тяжело вздохнул.

— Обиделась? — Молчу, не двигаюсь. — Если бы ты согласилась, то одному из нас пришлось бы постоянно быть рядом, чтобы помогать тебе с одеждой. А так мы будем надеяться на твоё благоразумие и в случае чего ты выберешь наряд попроще.