Покорить Одиссея - Елена Дженкинз

— Лиза, вот это — универсальная отмычка, — Андрей повертел в руках незатейливую раскладную металлическую безделушку, отложил и показал на микрокарточку: — А здесь хранится голосовая информация Понти. Твой телефон, скорее всего, заберут на въезде, возьмешь вот этот, он миниатюрный, похож на подвеску, используешь как украшение. В него легко поместится микрокарта. А теперь посмотрим на план «Дольче Виты»…

Бесстыжий объяснял четко, быстро, и данные легко оседали в памяти. Оказалось, что кодовые замки довольно легко взламывать, а те, которые требовали отпечатков или голоса — тоже не проблема, потому что Ричард украл из базы данных на работе отпечатки Понти и заказал слепок пальца. Жесть, но очень прикольно. И даже универсальная карта-ключ имелась, а еще часы со встроенной камерой и много другого бесполезного в обычной жизни.

— А ты фокусы умеешь показывать? — как ребенок, накормленный конфетами, спросила Лиза, и Андрей коварно ухмыльнулся. Он подошел, пристально посмотрел в глаза, а потом хоп! — достал из-за ее уха бутон красной розы.

— Ух ты, очуметь! — Лиза захлопала в ладоши и едва сдержалась, чтобы не кинуться Бесстыжему в объятия. А тот провел бутоном по ее щеке и вложил в ладонь. Лиса вдохнула сладкий аромат и спрятала розу в переднем кармане шорт, вознамерившись засушить на память.

Неделя проходила плодотворно, интересно и просто улетно. На подготовку Андрей выделял ровно три часа каждый день, два утром и один — вечером. В остальное время он работал, как и положено занятому человеку, который нес ответственность за благополучие тысяч людей. В эти свободные часы Лиза читала научные книги, которые ей советовал Андрей, смотрела фильмы в маленьком кинотеатре на втором этаже или просто слонялась по яхте, чтобы изучить ее получше. Познакомилась с командой, но те не вступали в общение, обходясь вежливыми фразами. Все-таки женщина на борту «Одиссея» — явление непостоянное, и это чувствовалось в мелочах: во взглядах персонала, в дизайне комнат, в отсутствии хоть малейшего намека на семью.

Бестужев манил, заставлял трепетать в его присутствии, но уже после первых дней занятий в Лизе проснулось еще и оно — уважение. Андрей мог быть разным: грубым, как в тот злосчастный вечер знакомства, терпеливым, как в Париже, или щепетильным, как здесь, у себя дома. Но одно оставалось неизменным: он был хорошим человеком.

Лиза удивлялась, как легко она его понимала и чувствовала даже малейшую смену настроения. Например, Андрей часто становился задумчивым, не замечая никого вокруг, и злился, когда его отвлекали. Но потом извинялся и говорил: «Прости, я немного занят. Так что ты хотела?»

В нем горел огонь, который заставлял тянуться к нему, не боясь обжечься. И с каждым вдохом Лиза сильнее увязала в своих чувствах, летела на пламя безрассудно и, увы, безрезультатно: Андрей видел в ней лишь ученицу. Из-за этого Лиса уверилась в правильности решения по поводу Поля.

Натали изредка появлялась на горизонте, но никогда не мешала. Выяснилось, что госпожа Богарнэ — писательница, и стало ясно, почему она так мало показывалась на глаза: работала… или пила, чем объяснялись вечно припухшие глаза. Еще она часто пропадала в «Королевской гавани», которая, как оказалось, принадлежит Андрею, и возвращалась к ужину, отдохнувшая после spa-процедур.

Лиса же забывала даже краситься, не говоря о том, чтобы сделать приличный маникюр. Она с головой ушла в обучение. Черт, ее воодушевлял сам процесс, не говоря уже о том, как обалденно выглядел Андрей, рассказывая ей о шпионских штучках. Лизу с первых дней захватил новый мир агентурной теории, пусть это и были всего лишь крохи, минимум базовых знаний.

И вот почти миновала первая неделя, завтра выпускной и потеря невинности с Полем. Намерение казалось логичным и не вызывало протеста внутри: вряд ли дружбу испортит подобный поступок. Поль, конечно, был в шоке, но не отказал страждущей. Это ведь для спасения планеты.

Но сейчас перед Лизой стоял не Поль, а Андрей, и все мысли сводились к нему. Он надел обычную темно-синюю майку и джинсы, а выглядел, как мечта. Он даже побрился сегодня, впервые с вечера знакомства. Выражение лица было серьезным, почти хмурым, но широкий плетеный браслет на запястье придавал образу мальчишеской раскованности, и разгадать головоломку по фамилии Бестужев хотелось до отчаяния. Продолжит ли он поддерживать с Лисой отношения, когда лето закончится? Легко ли забудет назойливую «племянницу» и уплывет в новый день?

— Лиза, ты слушаешь?

— Да… да.

— Повтори, что я сказал.

— Эм-м, ты сказал о том, как важно прощать тех, кто не слушал? — предположила она.

Андрей рассмеялся и присел на край стола, который упирался одним ребром в стену. На стене, в потертой винтажной раме, висело небольшое зеркало, под которым находился тайник. Об этом Андрей сам рассказал, но не уточнил, какие именно секреты там хранит. В этой небольшой комнате при желании можно раскопать массу сюрпризов. Здесь пахло библиотекой и бергамотом, и Лизе это страшно нравилось.

Она стояла напротив Мужчины Мечты, сложив руки в замок за спиной и перекатываясь с пятки на носок, пока сенсей, как она прозвала Андрея, терпеливо повторял то, что она пропустила мимо ушей, летая в облаках:

— Сегодня мы поговорим о стратегиях в случае любого поворота событий. Допустим, тебя домогается Яннис…

Лиза скривилась.

— А он здесь при чем?

— Я обдумал и решил, что вариант с проникновением на «Дольче Виту» в качестве сопровождающей Янниса не так плох. У него две любовницы, но он ищет новую; жена в отъезде. Он крупный, сильный мужчина, тебе ни за что его не побороть.

Лиза про себя усмехнулась. Какой же Одиссей настырный! Уже и Яннис его устраивает! Что угодно, лишь бы снизить шансы Архиповой оказаться в постели тирана Ромео. Такая навязчивая забота уже не умиляла, а раздражала.

— Ты недооцениваешь мою силу, сенсей, — протянула Лиза, но Андрей не стал спорить. Вместо этого он вдруг пошел прямо на нее и, оторвав от земли, впечатал в стену каюты, рядом с зеркалом. Еще одно движение — и ее руки заведены вверх, запястья перехвачены сильными пальцами до боли. От мощного толчка потемнело в глазах, а от силы, с которой Андрей прижал ее к стене, стало трудно дышать.

— Попробуй вырваться, — приказал он спокойным тоном, в котором звучали привычное снисхождение и готовность указать на ошибки.

В первые секунды Лиза так растерялась, что превратилась в желе от страха и внезапности нападения. Но потом она ощутила аромат Бесстыжего, почувствовала его бедра, которые вжались в нее слишком тесно, и едва не расплакалась. Мгновения капали ядом на оголенные нервы. Мысли об учебе и проекте «Понти» выветрились из головы, и Лиза могла думать только о том, что обниматься с Андреем приятно до дрожи в коленках.