Плохое воспитание - Эмилия Грин

– МОНСТР! КАКОЙ ЖЕ ТЫ МОНСТР! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! Я ТЕБЯ… Я… – несколько раз саданув ублюдку по щекам, я опустилась на кровать, запрокинула голову, истошно хватая воздух. Я не слышала того, что он говорил: стиснула уши с такой силой, что думала, кровь из глаз польется. Меня колотило. Озноб пробрал до сухожилий. Это была самая отвратительная, грязная и непростительная шутка в моей жизни. – Ты не человек, ты отвратительное животное… – шептала, задыхаясь от рыданий. – Ты не способен любить… – попыталась подняться, не чувствуя ног, но Царёв схватил меня, как тряпичную куклу, усаживая на колени.

– Эй, котенок, да ты чего?! Ты ведь могла сразу снять маску… – на лице соседа читалось недоумение.

– Хотел заставить меня подумать, что меня трахнул кто-то другой? Зачем?! Ты хотел унизить меня, растоптать… Люди для тебя – вещи, пыль, грязь под ногтями! Ты думаешь, только о себе! Ты…

– Ассоль, не драматизируй! Ты не первая девушка, которой я включал эту запись. Обычно все ржут и даже не против тройничка! Но, бл*ть, я никогда не буду делить свою женщину с другим чуваком!

– Ты ничтожество! Какое же ты ничтожество…

Пыталась подняться, но тело обмякло.

– Окей, я переборщил! Но посмотри вокруг – это всё для тебя! Свечи, цветы! Я готовился весь вечер! Хотел тебя удивить… Заставить чувствовать, как на американских горках: страх, страсть, шок, стыд… Понимаешь?

Он потянулся к моим губам, и внутри всё сжалось от отвращения.

– Отпусти! Ты больше ко мне не притронешься! Продолжай дальше трахать своих шлюх!

Приложив неимоверные усилия, я все-таки вырвалась и направилась к двери. Десятки ваз, наполненных цветами разных оттенков, были расставлены по всей незнакомой комнате. Я побежала к выходу, но пошатнулась, опрокинув одну из них.

– Ассоль, ты всё неправильно поняла! Я не хочу никого другого! Я не могу это объяснить… Да куда ты?! У нас вся ночь впереди…

– Стой! – я развернулась, подняла первую попавшуюся вазу и долбанула ее об пол.

Комнату наполнил звук бьющегося стекла. Царев нахмурился.

– Да, я пытался принизить тебя. Доказать самому себе, что ты ничем не отличаешься от других… Легкодоступная добыча! Я думать ни о чем не могу… Башню снесло! И не только сейчас. Весь год с той нашей первой встречи. Трахал других, а мысленно возвращался к тебе. Я постоянно просматривал твои фотографии в Инстаграм. Узнал дату вашей свадьбы. Чокнулся, понимаешь?!

– Ты больной! Больной на всю голову! – я рефлекторно опустила плечи, пятясь назад.

– Я влюбляюсь в тебя, и это полный п*здец! Под тяжелым наркотиком… – Царев примирительно вытянул руки вперед.

Его грудь поднималась и опадала. В глубине блестящих зрачков все больше разгорался зловещий темный огонь. Не заметила, когда он успел натянуть шорты. В это мгновение я ненавидела его орехово-карие глаза, смазливое лицо с пухлой нижней губой, шикарное тело и эти долбанные спортивные шорты, в которых он выглядел как полубог.

– Теперь ты мой враг номер один. Попытаешься что-то сделать – сразу вызову полицию! Ты ублюдок, Царев! И все, что ты творишь – ублюдочная клоунада! – плотно стиснула зубы, сжав руки в кулаки.

– Соля, это же шутка! Окей, хреновая шутка! Но не забывай, я со школы играю в КВН! Только не уходи. И не надо этих угроз! Я не умею иначе, котенок. Не знаю, как иначе… Научи!

– Я хочу, чтобы ты сдох! И если ты начнешь тонуть, я только посмеюсь. Надеюсь, мы больше не увидимся и попадем на разные круги ада…

POV. Гвидон

Да, я пару раз разыгрывал таким образом своих баб, но ни одна из них не желала мне гореть в аду. Обычно всё заканчивалось показушным надуванием губ с последующим продолжением сексуального банкета.

– Сука, как же ты мог так облажаться, Царев?!

Пальцы болели – настолько сильно хрустели кулаки, сердце отплясывало тектоник. Я сказал чистую правду: втюрился по самые помидоры. Рядом с Ассоль дух захватывало, как от полета в космос, мне с ней было хорошо до расщепления на молекулы. Не было места на земле, где бы я хотел находиться ещё. Одурел от того, что происходило между нами. От ее поведения. От ее пренебрежительного отношения ко мне. От ее высокомерного взгляда даже в момент наивысшего наслаждения. Знал, что рано или поздно Ассоль пошлет меня, ведь мы всего лишь случайные пассажиры, которые вот-вот разойдутся на конечной станции, изо всех сил пытаясь не придавать значения нашей связи. Но, сука, я никак не ожидал такой реакции. Она ведь уже была на крючке и впервые по собственному желанию согласилась прийти на встречу.

Нет, я не мог позволить ей уйти.

– Ассоль! Ну прости меня! Неужели ты не почувствовала, что это был я? Я сейчас тоже обижусь! Я БЫ НИКОГДА НИ С КЕМ ТОБОЙ НЕ ПОДЕЛИЛСЯ!

Выбежал во двор, однако соседки и след простыл.

– Урод. Дебил. Ничтожество… – я опустился на тот самый лежак, на котором трахал ее сегодня утром, расплющил подушечками пальцев виски.

Меня знобило. Пульс ускорился, когда в гостиной зазвонил телефон. Я подскочил, мечтая услышать еще миллион проклятий в свой адрес, схватил трубку, не глядя на дисплей.

– Алло, Гвидон… Это Лёля. Чем занимаешься?

Медленно приложил ладонь к пульсирующей вене на шее.

– Скучаю дома. Сможешь приехать ко мне сейчас?

– С удовольствием приеду. Вызовешь мне такси? – проворковала девица на другом конце.

– Я пошутил.

– Что? – её голос дрогнул.

– Я же КВН-щик, забыла?! – выдохнул сквозь стиснутые зубы, без сожаления прерывая разговор.