Гадкий лебедь для босса - Анастасия Бельская

Максим

Я в жизни не бегал ни за одной девчонкой.

Даже в старших классах, когда был подростком, и дуры с уже сформировавшейся грудью решали повилять передо мной жопой — я сразу слал к черту, не разбираясь в причинах беспочвенных истерик.

Мое спокойствие мне дороже. А баб впереди еще масса будет.

Но в том все и дело, что Аврора — не масса, и расстроилась она по вполне понятным причинам. Хоть я и не до конца понял, с чего вдруг я виноват в ее истерике. Да, ее отец действительно в теории мог что-то узнать, но, во-первых, далеко не факт что кто-то сунется к боссу вот с такими рассказами в первую официальную встречу, а во-вторых — мы всегда можем сказать, что это просто слухи.

Да, про дочку главы компании, и начальника филиала могут пустить сплетни. Не ново, и совсем не оригинально, вообще-то. Но Аврора, кажется, этого не понимает, а потому я сейчас мчусь за ней, чтобы все объяснить.

Или, если честно, похуй мне на все эти доводы. Просто, блять, я не хочу, чтобы блондинка плакала, а мои губы и руки сами собой хватают знакомое тело.

Твою мать.

Как же прекрасно ее обнимать!

Даже просто целовать вкусные губы, и шарить ладонями по вмиг намокшему телу было сродни дозы для наркомана, так я соскучился. Долбаный договор, я не хочу больше блюсти его! Это тело — мой личный грех и наказание, и я хочу его трахать, постоянно, блять, хочу!

И не я один, вообще-то, потому что мой гадкий утенок уже вовсю постанывает, и покусывает мой рот в ответ.

— Малая, где долбаные ключи? — дышу я, отрываясь от этих пошлых и вмиг распухших губ.

— Что?

— Ключи, говорю, где?! Я ж не совсем извращенец, хотя еще минуту — и согласен взять тебя в машине.

Она медленно приоткрывает ротик в идеальную маленькую «о», и я внутри просто трясусь от недотраха.

Какого, блять, мы вообще творим, если готовы при малейшем соприкосновении наброситься друг на друга?!

— Я не собираюсь с тобой спать, — слышу звонкий, наполненный гневом голос, и мысленно закатываю глаза.

Опять двадцать пять.

— А что ты собиралась со мной делать только что, а, Утенок?! — в моем голосе чертова злость, и я не собираюсь скрывать ее, — обсуждать своего недоделанного жениха? Или рассказывать, как тебе нравится Станиславский?!

Аврора вздрагивает, явно понимая, что наши сумасшедшие поцелуи у подъезда явно говорят красноречивее любых ее слов, но быстро берет себя в руки, и высоко вздергивает подбородок.

— По крайней мере, ни Костик, ни Андрей не предлагают со мной «просто спать», — она нарочно подливает яда в голос, и это у нее получается просто великолепно, — а Костя так вообще, был со мной еще без всего вот этого, — она обводит руками по своему подтянутому, стройному телу, и я опять сглатываю слюни в горло, — только у тебя, Орлов, вечно все завязано на инстинктах! Можно трахать или нет — вот и все отношения! Животное!

Она с размаху бабахает ключами по домофону — и на удивление, устройство послушно пиликает в ответ. Рывок — и вот она уже бежит по лестнице, а я делаю самую немыслимую для себя вещь на свете — снова бегу за этой несносной, глупой, и такой чертовски-сексуальной заразой!

— Аврора! — ору не своим голосом, и успеваю схватить и прижать девчонку к себе, — что за… Ты сама меня трахнула! Первая! А теперь что-то предъявляешь за то, что я хочу повторения?! Да что у тебя в голове такое?!

— Я думала, ты уволен! — она почти плачет, и почему-то это доставляет ощутимую боль где-то в моей груди, — я думала, что мы никогда больше не встретимся! Что я… Что ты будешь моим первым, вот чего я хотела!!!

Она снова дергается, бьется в моих руках, но я держу хрупкие запястья крепко, пытаясь не сжимать сильно, и мысленно понять хоть что-то.

Первым? Аврора хотела, чтобы ее первым мужчиной стал именно я?