Не родные - Ольга Джокер

Кивнув, начинаю беспомощно оглядываться по сторонам. Значит, Самсонов у барной стойки. Если он ещё не видел меня в откровенном одеянии, то это всего лишь дело времени.

— Что предлагаешь делать?

— У меня один совет на все времена: соблазни его, Вит. Ты вон какая красотка сегодня: длиннющие ноги, открытое декольте и яркий макияж. Он не устроит, клянусь.

— Иди к чёрту, — фыркаю в ответ.

Ну какая из меня соблазнительница? Кирилл просто посмеётся надо мной…

— Тогда такой вариант: развлекайся и забей на всё.

— Ага, до тех пор, пока он не утащит меня домой.

Аня разводит руками и начинает танцевать, а у меня тело неповоротливое и деревянное. Я спешу к столику, наливаю себе бокал шампанского и выпиваю почти залпом. Для храбрости. Почему Кириллу дома не сидится? Так сильно волнуется, что я попаду в очередную передрягу? Немного лестно, но и обидно тоже. Самсонов правда считает, что я не способна вести себя достойно?

Вернувшись на танцпол, нахожу Аньку. Диджей объявляет песню, которую кто-то из подружек заказал для именинницы. Медленную, плавную. Под которую хочется двигаться без остановки.

Я прикрываю глаза, поднимаю руки вверх и покачиваю бёдрами в такт мелодии. Отключаю все эмоции, закрываю их на замок. Есть только я и музыка. Больше ничего.

Глажу себя руками по животу и бёдрам, прогибаясь в пояснице. Когда была толстой, мне и не снилось такое… Я была изгоем в посёлке и классе, дружить со мной было стыдно, не говоря о том, чтобы влюбляться в такую и дарить валентинки на праздник. Если бы мне кто-то сказал тогда, что вскоре всё изменится, не поверила бы. У меня есть подруги, учёба в медицинском вузе. Я танцую в лучшем клубе Москвы в коротком чёрном платье, которое подчёркивает красивую фигуру… Правда, за всё это пришлось заплатить высокую цену.

Кожа воспламеняется, горит. Я не вижу, но интуитивно чувствую, что меня заметили. Впрочем, это было ожидаемо. Жду, что Кирилл вот-вот схватит за локоть и утащит к машине, но этого не происходит.

Открываю глаза и сразу же нахожу его взглядом. Он сидит на высоком стуле вполоборота и пьёт алкоголь. Алкоголь? Да, янтарная жидкость плещется на дне широкого бокала. И почему-то я более чем уверена, что это не яблочный сок.

Кирилл красиво одет: в чёрной рубашке и брюках. На лице тёмная щетина, которая невероятно ему идёт, на губах ни тени улыбки. И первое, что приходит мне в голову: он очень притягательный…

Самсонов делает глоток, ставит бокал на стол и что-то говорит официанту. Кажется, просит повторить.

Мысли путаются, а сердце стучит набатом. Я продолжаю танцевать, глядя ему в глаза. А в них… темнота. Глубокая и непроглядная. И чем дольше смотрю, тем сильнее меня затягивает.

Я никогда не видела Кирилла таким. Спокойным, злым, весёлым — да, но сейчас ничего подобного нет и близко.

Во рту пересыхает, я облизываю губы и останавливаюсь ровно тогда, когда заканчивается песня. Что делать? Подойти? Оправдаться? Забить? Не придумав ничего лучше, разворачиваюсь и ухожу к девчонкам за стол, ощущая, как тяжёлый взгляд Самсонова впивается мне в спину. Главное в такой ситуации — не паниковать и не сутулиться. А ещё не упасть на высоких шпильках, которые сильно натёрли ноги.

За нашим столиком, помимо девчонок, сидят теперь и парни. Я хмурюсь и протискиваюсь на своё место. Димон и Арсен — давние знакомые Оли. Что ж, мне абсолютно всё равно, пусть будут. У меня, можно сказать, свой личный телохранитель теперь есть, поэтому совсем ничего не страшно.

Чуть позже официант приносит небольшой торт с кремовыми белыми розами по кругу. Мы дружно хлопаем, когда поздравляем Аню. Она загадывает желание и задувает свечи. Тосты, алкоголь, слёзы счастья. Подруга благодарит всех за то, что пришли её поздравить. Она немного перебрала, но держится молодцом.

— А теперь айда на танцпол! — командует Оля.

По пути сворачиваю в уборную и подхожу к зеркалу. Глаза блестят, щёки порозовели. Я вновь встречусь с Кириллом. Судя по его настрою, он не намерен насильно уводить меня домой, а это уже хорошо. Он просто смотрит, наблюдает. Так внимательно и цепко, что внутри волнами поднимается то паника, то желание, то всё это одновременно…

— Давай с нами! — просит Маринка, когда я выхожу из уборной и поднимаюсь на танцпол.

— Хорошо.

Мне не нужно вертеть головой и искать Самсонова, чтобы понять: он всё ещё здесь, рядом, близко. Настолько, что волоски на коже встают дыбом. Настолько, что меня бросает то в жар, то в холод. Интересно, как долго я продержусь? Как долго продержится он? И кто сдастся первым?‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Потанцуем? — спрашивает, дыша перегаром, Арсен.

— Я предпочитаю танцевать одна, — отвечаю, перекрикивая музыку.

Парень твердолобый и не сразу принимает отказ. Кладёт ладонь на талию, прижимает меня к себе, так что лопатки упираются в его грудь. От Арсена неприятно пахнет по́том, табаком и алкоголем. Убийственное сочетание. Я думаю о том, что с Кириллом иначе — мне нравится его нюхать.

— Ты можешь меня не трогать? — прошу спокойным тоном, прекрасно зная, что ничего страшного мне не угрожает.

Рядом Кирилл. Он наверняка всё видит. Если поймёт, что я сопротивляюсь, то подойдёт и расскажет парню, как нужно вести себя с девушками.

Проходит минута, две. Арсен продолжает игнорировать просьбы и насмешливо лезет ко мне влажными ладошками. Становится до тошноты мерзко. Я резко оборачиваюсь, пытаясь найти Кирилла. Ну, где же ты, телохранитель? Нужна твоя помощь!

И застываю, обнаружив мирно болтающего Самсонова в компании рыжеволосой бестии. Кровь мгновенно приливает к лицу, когда я смотрю, как парочка смеётся, чокается бокалами и в открытую флиртует. Эй, это что такое?

— Да отвали ты! — с силой толкаю Арсена в грудь и твёрдой походкой от бедра направляюсь к барной стойке.