Лживая жена моего отца - Юлия Шевченко

Юлия

Идеально построенный мир и правда может рухнуть в одночасье, причем расколовшись на мелкие частицы, которые уже никогда не соберешь. Теперь я осталась совсем одна, похоронив за этот год сначала маму, а потом и папу рядом с его горячо любимой женой. Съехала из особняка Шведова, не взяв никаких вещей. Ничего не должно напоминать о жизни в замужестве.

Документы о разводе подписала сразу же, как курьер мне их привез, хотя Олег и не настаивал на таком расставании. Он конечно денег мне не предлагал, но его действия это подразумевали. На что пришлось вежливо, но достаточно грубо ответить ему отказом, послав к черту вместе с сыном.

Олега Шведова, как и Габриэля Росси больше нет в моей жизни. Они никогда не станут ее частью.

— Юлек, поднимайся!

В дверях моей спальни появляется Полина, отвлекая от дурацкого американского фильма по ноутбуку, с помощью которого я просто убивала свое время. Сплошная апатия, постоянные слезы и тошнота — вот мои новые знакомые за эти три недели. Я превратилась в затворницу в квартире подруги, куда переехала сразу же после больницы.

Первое время она даже спала рядом со мной, думала, что я причиню себе какой-нибудь серьезный вред. И была абсолютно права, ведь мысли у меня были далеко не радужные. Все заволокло чернотой из самых глубин бездны.

Я превратилась в тень самой себя, практически ни на что не реагировала, глядя в одну точку и роняя горькие слезы на покрывало. Ела крайне редко, похудев на несколько килограмм. Постоянно сидела в комнате, разбив в порыве истерики телефон об зеркало. Лежала на кровати в позе эмбриона и беззвучно орала в тишине квартиры, проклиная все и всех на свете.

Особенно Габриэля Росси, разбившего мне сердце и уничтожившего мой мир. Он часто снился мне по ночам, отчего я просыпалась в холодном поту от собственного крика, разрывая на себе очередную майку. Я видела его ухмыляющееся лицо за рулем машины, слышала зловещий смех и мощный удар при аварии.

Кошмар всегда заканчивался в одном и том же месте. Мы оказывались в постели, трахаясь как безумные, когда вокруг звучала полицейская сирена, а медики говорили о смерти моих родителей.

Я чувствовала себя гадко. Была аморальной сучкой, наплевавшей на своих родителей. Отдавалась каждую ночь во сне их убийце и получала от этого истинное наслаждение.

— Ты опять плохо спала? — Полина трогает мой лоб и заглядывает в заплаканные глаза. — Снова тошнило?

Да, мне очень плохо спалось, сильная тошнота разбудила посреди ночи, заставив обниматься с белым другом около двадцати минут. Как это подруга меня раньше не слышала?

— Да, — односложно отвечаю, отвернувшись от нее. Не люблю, когда она так пристально смотрит, словно пытается в душу проникнуть. — У тебя что-то случилось? — перевожу разговор на нее.

— Можно сказать и так, — загадочно отвечает и достает из кармана какую-то маленькую коробочку. — Держи! — кидает мне ее на покрывало.

— Что это? — рассматриваю невиданный предмет, спустя пару секунд округляя глаза и отбрасывая коробочку как прочь, словно это опасный Т-вирус из корпорации «Амбрелла» (серия фильмов «Обитель зла»). — С ума что ли сошла? Это совсем не смешно.

— Сделай его и немедленно! — тоном строгой мамаши Полина заставляет ей подчиниться. Еще и пальцем грозит, как будто может ко мне наказание применить. — Не веди себя как маленькая, Юль. Тебя уже несколько дней тошнит, голова кружится. Утренняя рвота, грудь болит, ты даже поесть нормально не можешь.

И как это она все подмечает? Успевает проследить за всем.

— Я недавно схоронила отца, на мне сказался стресс, а никак…

— Иди! — показывает в сторону ванной, куда я, закатив глаза и прихватив злополучный тест на беременность все же направляюсь.

Пока жду результат, про себя как мантру проговариваю: «Только бы отрицательный. Только бы отрицательный». Холодный пот по спине бежит, а сердце в любой момент может остановиться. Прикрываю руками глаза, затаив дыхание, лишь бы не смотреть на тест.

Полина уже меня подгоняет, ведь достаточно времени прошло, а я никак не могу дотронуться до этой цифровой палочки. Она это смертный приговор. Ядовитая инъекция в кровь.

Тяжело вздыхаю, вытерев вспотевшие ладошки об штанины и все же беру в руку тест, замирая на ровном месте. Просто гипнотизирую надпись «Беременна» с чертовым сроком «3+ недели». А это значит, что я беременна от…

— Твою мать! — первая попавшая бутылочка летит прямо в стену, потом еще одна. От них остаются белые и красные следы, соединяясь в причудливую массу. — Нет! Нет! Нет! — часто дышу, буквально рву на себе волосы и поднимаю глаза у потолку, проклиная высшие силы, позволившие такому случиться.

— Юля, что с… — Полина врывается в ванну с ошарашенным видом, сканирует помещение и замечает меня в углу, свернувшись калачиком.