Расплата за аферу - Анна Штогрина

Я еще раз тщательно просушила волосы полотенцем и повесила его на спинку стула.

- Убери за собой. И старайся не разбрасывать вещи,- снова прокомментировал мое поведение Герман.

Я оглянулась по комнате и заметила, что свои брюки и пиджак он повесил на вешалку в шкаф. Вероятно, он относится к типу сумасшедших чистоплюев. Тех, кого даже косо сложенное полотенце раздражает.

Да уж, жизнь с ним будет напоминать казармы с четкой дисциплиной.

Невольно вспомнился наш медовый месяц с Эриком. Мы вообще забросали весь пол номера своими трусами - майками, и совсем не парились на этот счет.

Я отнесла полотенце в ванную и аккуратно повесила его на сушилку.

Вернулась к кровати. Нерешительно замерла.

- Ложись спать,- не открывая глаз проговорил Буровой.

Я медленно залезла под одеяло. Стараясь совершать как можно меньше ненужных движений. Властная аура жесткого мужчины подавляла. Я в его присутствии даже дышать лишний раз боялась.

Свернувшись калачиком в мягкой кровати, я подумала, что завтра обязательно надо будет поговорить с Германом. Выяснить его планы относительно меня. Попросить помощи. Все завтра. А пока...

Моя голова коснулась мягкой подушки. Я провалилась в блаженный сон, которого была лишена последние дни.

Мне снова снились кошмары. Какие то бедовые ужасы. Меня колотил озноб. Становилось холодно, словно я в Альпах голая и босая.

Я хныкала и звала папу. Просила его помочь мне, спасти.

А потом мне вдруг стало тепло и спокойно. Я чуть расслабилась и смогла высвободить сознание из плена ночных кошмаров.

Проснулась я рано утром. Точнее, не проснулась, а меня нагло разбудили. Я лежала в кольце из твердных рук. Бок о бок с Буровым. Он обнял меня и прижал к своей груди спиной.

И как оказалось тепло и умиротворение во сне я получила именно от него. Его ровное ритмичное сердцебиение, слегка замедленное, напомило отсчет времени. Бой секундной стрелки. Неспешной. Ведь каждый его удар приходился на пятую, а то и десятую секунду.

Удивительно, что в его цепких лапах я смогла расслабиться. Почувствовать себя защищенной.

Его эрекция впечаталась мне в задницу. И именно этот неприятный и возмутительный факт и разбудил меня.

Я попыталась отстраниться и почувствовала, что лишь разбудила здорового мужика.

Его руки проснулись следом за членом. Начали снимать с меня пижамные штаны.

- Пожалуйста, не надо,- тихо взмолилась я, потому что промежность после вчерашнего секса с его тернистой дубиной, жгло огнем.

Буровой никак не отреагировал на мою просьбу.

Запустил грубую сильную руку мне в трусы.

Недовольно хмыкнул, чувствуя, что я совсем не возбуждена рядом с ним.

Но и это его не остановило.

Он приспустил мои брюки одновременно с бельем. Подстроил попу выше, под свой уровень. Гладкая горячая головка уперлась в сухие складочки лона. Он смочил слюной пальцы и провел по моему входу. Я сжалась от неизбежности, но не вырывалась. Покорно лежала, понимая, что если он хочет секса, то мои трепыхания бессмысленные.

Его член с трудом протиснулся в меня наполовину, вызывая жуткий дискомфорт и жжение. Я снова стиснула зубы.

Раньше заниматься любовью мне доставляло запредельный кайф. Сейчас же это была откровенная пытка. Мука, которую просто надо вытерпеть.

О моем удовольствии в постели с этим суровым жестким мужиком даже и речи не было. Все только для него.

Он начал настойчиво двигаться. Его ладони залезли под футболку и сжали крепко грудь.

С каждым толчком он проникал все глубже. А я теряла выдержку и контроль. Хотелось расплакаться и закричать, чтоб он немедленно прекратил экзекуцию. Но я лишь сильнее закусывала губу. Всматривалась в дверцы дубового комода. Сосредоточилась на круглой ручке и ждала, когда этот ад наяву прекратится.

Герман входил в меня с оттяжкой. Доставал член почти полностью, молча обмазывал его слюной и снова загонял в меня его еще дальше.

От напряжения, я слышала свой пульс. Он бил в венах на висках в такт движений стального поршня во мне.

Казалось прошла целая вечность, как Герман, наконец, окончательно покинул мое тело и кончил на мою футболку на спине.

Он стянул рукой ткань и небрежно вытер свой орган.