Недоступный - Лина Мур

– Спасаю твою задницу, Дженна, – шепчет Кент, показывая взглядом, что на другом конце провода мои родственники всё слышат. Боже мой. Почему с этим человеком всё происходящее становится только хуже и хуже?

– Ты зачем мне бельё прислал? Я тебя сейчас убью, – злобно шепчу.

– Дженна, чёрт, мы должны немедленно ехать домой. Детка, не так быстро…

– Закрой рот! – С ужасом поглядываю на телефон, надавливая ладонью на его губы.

– Зараза, я тебя убью. Ты что натворил? Ты выставляешь меня какой-то шлюхой перед моей семьёй. Ты… Кент! – визжу, когда он с силой наступает на мобильный, и экран с огромной трещиной на нём гаснет.

– Не понравился мой подарок, Дженна? А я так старался и появился вовремя. На самом деле, было довольно забавно наблюдать за твоей вселенской мукой: говорить или не говорить, вот в чём вопрос, – издевательски тянет Кент, освобождая меня от своего тела и выпрямляясь.

– Ты… ты… – задыхаюсь от клокочущей ярости и указываю на него пальцем.

– Знаю, ты по мне скучала. Я тоже, птица. Я приехал, чтобы пригласить тебя поужинать и обсудить наш завтрашний день. Видишь, я идеальный, а вот ты не дотягиваешь до меня…

С воплем отталкиваюсь от стола и запрыгиваю на Кента. Слышу треск своей юбки по разрезу сзади, его приглушённый крик, а затем сильнейший грохот. От страха того, что я натворила, вцепившись в пиджак Кента, жмурюсь и замираю. Мы оба лежим на полу. Он не двигается. Вообще, не двигается. Лежит, а я – на нём, и не двигается.

– Кент? – испуганно шепчу, распахивая глаза, и скольжу взглядом выше по его обмякшему телу. Чёрт, это ненормально, но мне так страшно. Он не отвечает. Глаза закрыты.

– Кент? Господи, Кент, прости. Я… со мной что-то не так. Я не ждала тебя. Ты унизил меня этим бельём, и я так злилась на тебя. Кент… пожалуйста, не умирай. Кент, боже мой! Кент!

Из моих глаз, от настолько морально сложных последних дней, вырываются слёзы. Я бью пальцами по его лицу. Глажу его лицо, и мне так страшно.

– Кент, ну, пожалуйста, открой глаза, ладно? Кент… прости меня. Я обезумела. Всё происходит так быстро. Ты как ураган, понимаешь? Ты был другим… а с каждым днём я не понимаю, какой ты на самом деле… Кент, мой уютный дубовый шкаф, открой глаза, – плачу уже навзрыд, прижимаясь щекой к его рубашке. Мне так стыдно. Я ужасно вела себя с ним. Он же помочь хотел. Бельё купил для меня, ведь у меня не хватало времени на это. Он позаботился обо мне, а я его убила…

– Обычно красавцы просыпаются после жаркого поцелуя. Неужели, тебе не читали сказки в детстве? – Моё сердце радостно трепещет, когда я слышу его насмешливый, приглушённый голос.

– Кент. Господи, ты как? – Обхватываю его лицо пальцами, хлюпая носом.

– Задница немного болит, но оно того стоило. Надо же, ты такая милая, когда плачешь. Обычно женщины с яйцами не плачут. Но насколько я могу чувствовать, яиц у тебя нет. Они есть у меня, и ты на них сидишь.

– Ты обманул меня! Притворился, что без сознания!

До меня доходит. Замахиваюсь, чтобы дать этому наглецу пощёчину, но он ловко переворачивает меня на спину, оказываясь сверху, и хватает мои запястья, поднимая их над головой. Боже мой… я… как мне плохо, жарко и жалко себя.

– Не ты будешь сверху, птица. Сверху буду я. А ты отлично смотришься подо мной. Знаешь, с тобой не соскучишься, и мне это так нравится. Как будто я себя узнаю заново. Я сегодня только и думал о твоей реакции на бельё. Тебе какой комплект понравился? Мне – алый. Обожаю алый цвет на тебе. Дженна, ты что, плачешь снова?

– Я юбку порвала… и… думала, что убила тебя. А до этого… все так шептались… они думают, что я шлюха… и мне платят… твой шофёр… он… он…

– Дженна. – Кент отпускает мои руки, но не встаёт с меня. А мне нормально. Его тяжесть такая комфортная. Я не особо её чувствую. Меня разрывают слёзы, и я больше не пытаюсь быть сильной, придумывая колкие фразы. Мне нравится Кент Мёрфи с его заморочками, и злюсь на него, потому что я ему не пара, и он никогда бы сам на меня не посмотрел. А ещё… ещё я хочу, чтобы он со мной поехал, но боюсь влюбиться, а потом остаться с разбитым сердцем. Что-то мне сейчас подсказывает, что Хэйли, действительно, был креслом, а Кент – целая квартира, которую я буду бояться потерять. Чёрт, я попала. Я такая жалкая.

– Дженна. Тебя так сильно оскорбил мой подарок? – Кент поднимает и усаживает меня на пол и сам устраивается рядом.

– Да… нет… просто я добивалась этого места так долго, многое потеряла из-за него. Я пыталась поставить себя среди подчинённых и руководства, как сильную женщину, которую ничего не волнует, кроме работы. А теперь… они считают, что у меня любовник-извращенец, или того хуже, я сплю с кем-то из директоров, поэтому и работаю здесь, раз он позволяет себе устраивать подобное. Мне обидно. – Плачу и не могу остановиться, слёзы катятся по щекам, и я постоянно вытираю их вместе с тушью. Прекрасно. Ко всему прочему я ещё и панда.

– Пусть думают что хотят. Ты же сама говорила, что нельзя поддаваться словам людей о тебе. Они тебя не знают. Скажешь, что у тебя очень эгоцентричный знакомый, который, видимо, рехнулся. Отчасти я себя таким сегодня и чувствую. Я выбросил этот чёртов диван, – говорит Кент и, достав из кармана пиджака свой платок, передаёт его мне. Я сморкаюсь. Очень красиво, молодец. Умеешь соблазнить мужчину.

– Ты выбросил диван? Почему? – удивлённо интересуюсь я.

– Я на него сел.

– Сел?

– Да, сел. Я сел и понял, что отдал деньги только за чёртову ткань. Поэтому я снял обивку, пока не знаю, куда её применю, а диван выбросил. Соседи были в ужасе от шума, который я создал в три ночи. Но это я, и со мной лучше не вступать в споры. На этом закроем данную тему.

– Боже мой, ты выбросил хороший диван из-за того, что тебе не понравилось, как твоя задница чувствовала себя на нём?

– Точно.

– Ты больной.

– Вероятно, это так и есть. Я приехал раньше, чтобы ты не успела добраться до меня первой. Во мне было столько адреналина. Со вчерашнего дня. Из-за тебя, Дженна. Ты словно, действительно, прелестный воробей, который залетает ко мне иногда в открытое окно и заставляет понимать, как долго я спал, и что мне пора бы уже открыть глаза. И я открыл их.

– Кент, – обескураженно шепчу.

– Поужинаем, чтобы обсудить наш обман?

– Зачем?

– Ты не выполнила мои вчерашние условия, помнишь?

– Это же ерунда. Я не думала, что ты к этому относишься так серьёзно. Нет… Кент, ты не поедешь со мной, правда? Ты же…

– Я говорил с твоей мамой. Назвал ей своё имя. Она ждёт меня и тебя завтра. Дело уже сделано, Дженна. Игра началась. Завтра мы станем парой на пять дней, и я хочу этого. Я больше не собираюсь защищаться от тебя и от того, что со мной происходит. И ты уже не плачешь. – Он дотрагивается до моей щеки так же нежно, как и вчера. Мне не верится, что моя жизнь превратилась в какой-то ком из криков, ненормального влечения и Кента Мёрфи, меняющегося каждый день, словно актёр на сцене.