Хочу тебя. И кофе… - Стелла Грей

У меня же сердце колотилось, словно обезумевшее.

Я и сама от себя ничего подобного не ожидала. В меня будто бес вселился, когда я была за рулём машины. Хотелось гнать вперёд, жать на газ так, чтобы края́ дороги смазывались в боковом зрении.

Это будто бы даже не была я, а моя вторая, более решительная сущность.

И всё же Коллинз оказался прав. Мои мозги и вправду прочистились. За тот десяток минут, что я вела машину, я чётко осознала, что ощущаю себя в клетке между этими двумя мужчинами. Ложь будто прутьями сковывала меня, а значит, пора прекращать этот фарс…

– А знаешь что, Файнис? – совершенно не подозревая о моих мыслях, радостно произнёс Пол. – Глядя сейчас на тебя, я понял, что эта машина просто создана для такой, как ты.

– Боюсь, она мне не по карману, – без задних мыслей ответила я, отдавая ключи.

– Ты не поняла, – отказываясь принимать связку, ответил Пол. – Я тебе её дарю. Она твоя. Поверь, мне это ничего не стоит.

Я поверила. Этому парню и правда ничего не стоит одарить желанный предмет любыми хотелками, лишь бы получить приз. Это было жутко. Но спорить у меня желания не осталось, поэтому я просто кивнула и взяла ключи, уточняя:

– А что с документами?

Пол, кажется, на миг завис. Не знаю, чего он ждал, но точно не такой холодной странной покладистости.

– Всё оформлю сегодня-завтра, – проговорил он несколько напряжённо. – Ты в порядке, Фай?

– Нет, – честно ответила я. – У меня пропала кошка, а мы её не нашли.

– Да бог с ней, – пожал плечами Пол. – Совсем же дикая тварь оказалась. Не смотри на меня так, я на твоей стороне, но это животное изодрало обшивку дивана в хлам. Там же когти как у саблезубого тигра, а она ещё даже не выросла!

– Вы потрясающе бездушны, – поразилась я.

– Мы ведь на «ты» переходили, – обиделся мужчина.

– Это было до того, как вы обозвали Пандору тварью. Она же к вам тянулась, вы ей понравились.

– Увы, детка, это не взаимно. Но хочешь, купим тебе другого котёночка? Нормального. Я люблю животных, честно. Нормальных котиков, щенят там, даже чёртовых голосящих попугаев могу снести. Но не крокодилов…

– Пандора не крокодил! – рявкнула я, сама чувствуя себя саблезубой кошкой. – Этой бедняжке и так досталось. Мы нашли её в холодильной камере.

– Да, Люцик наверняка не так планировал её тебе вручить, – усмехнулся Пол.

– Вы ещё и смеётесь?! – я почувствовала, как закипаю. – У меня пропала любимица. Не крокодил, не тигрица, а маленький урчащий комочек счастья! Она не совершала зла умышленно, ей просто нужно немного воспитания. Подумаешь, диван!..

– Ты бы так не говорила, если б знала, сколько он стоит, – покачал головой Пол.

– А мне всё равно! Если нужно будет, продам свою машину и возмещу расходы хозяину!

– Какую машину?

– Эту, – я покачала перед Полом ключами от только что подаренной им тачки. – Она ведь моя?

– Да, – смиренно согласился он.

– Хорошо, – я злорадно улыбнулась. Бешенство просто захлёстывало. – А можно мне ещё карточку оформить? Чтоб я могла одеться в соответствии. А то на такой машине в моих старых трениках не покататься.

Я ждала, когда же у него лопнет терпение, и он вызверится, послав меня куда подальше и признавшись в том, какую игру затеял со своим дружком. Надоело быть их прицелом!

– Солнышко, я как раз вчера об этом подумал! – внезапно просиял Пол. – Вот.

Он жестом фокусника вынул свой зажим для налички и, отодвинув банкноты, передал мне пластиковую карточку, сообщая:

– Там тридцать тысяч, Фай. Моя девочка не должна себе ни в чём отказывать.

– Ваша девочка? – почти прошептала я, на автомате принимая второй безумный подарок из его рук. Глянула – и правда, моё имя написано. В горле встал ком, а руки затряслись так, что пластик и ключи выпали на землю.

– Ну что ты, Фай, – Пол поднял всё и снова отдал мне, накрыв своими ладонями мои. – Я ведь твой супермен, помнишь?

Он потянулся и сам чмокнул меня в губы.

Я едва удержалась, чтобы не отвернуться – такая накрыла брезгливость. Посмотрела на Пола, как только он отстранился: красивый, пахнет вкусно, стелется тряпочкой у моих ног. Будь на моём месте Рут, давно бы пользовалась вовсю и пищала бы от счастья. Может даже переспала бы с обоими, чтоб проверить, кто лучше…

Но мне было мерзко. Чувство всепоглощающего стыда накрывало волнами, грозя утопить. Я больше не могла так.

Отвернувшись, так и не ответив Полу, я просто ушла в дом, быстро переставляя ноги и изо всех сил сдерживая слёзы.

– Фай? – уже у самой моей комнаты остановил голос Люциуса. – Что с тобой?

– Я потеряла кошку, – ответила, повернувшись.

– Кошку? – он нахмурился. – Тебя из-за неё так накрыло? Ты же вся трясёшься. Что случилось?

– Пандоры нигде нет, – повторяла я как заведённая, прижимая к груди карточку и ключи от машины.

– А это что? – заметил начальник мои обновки.

– П-подарки, – у меня и правда зуб на зуб не попадал.

– Ключи от тачки Пола? – босс сверкнул глазами от ярости.

– И к-карточка дебетовая на моё имя, – кивнула я. – Там м-много денег. М-могу ни в чём себе не отказывать.

– Верни это всё ему! – внезапно приказал Люций. – Дай сюда, я верну сам. Ты не нуждаешься в его подачках.

– Почему это? – внезапно я отступила и покачала головой, уточняя: – Думаете, подачки можно брать только от вас?

– Файнис, что за бред? – начальник нахмурился. Сделав шаг, оказался рядом и вдруг прижал меня к себе. Сильно, жёстко. Прижал, обнимая за плечи одной рукой, а второй за талию. В нос ударил запах его терпкой туалетной воды и… захотелось прижаться сильнее. Этот мужчина, к моему удивлению, не вызывал во мне отторжения. Совсем.

– Всё хорошо, Фай, – прошептал он мне на ухо. – Прекрати вести себя как дикобраз. Убери иголки. Я не буду тебя обижать. Обещаю.

Захотелось плакать.

Захотелось верить ему.

Рванувшись назад, я нашла в себе силы мотнуть головой и проговорить:

– Хочу отдохнуть, хорошо? Мне нужно… немного времени. Совсем каплю.

– Как скажешь.

– Если увидите Пандору…

– Я сразу дам тебе знать, – он отвёл взгляд, и я увидела, как заходили его скулы.

– Спасибо. Знаете, мистер Мелроуз, я верю вам.

Он посмотрел на меня. Пристально, будто в самую душу заглянул. А потом улыбнулся и, развернувшись, решительно пошёл вниз.

В тот миг я вдруг подумала, что может не всё ещё потеряно? Пусть я идиотка, пусть романтичная дура! Но… не смогу простить себя, если не попробую поверить ещё разок. Один только раз, честное слово.