Насильно твоя-2 - Мария Устинова

— Слабак, — бросил он, голос стал жгучим. — Город захотел. Слабаков не награждают, а самому взять нечем…

Мой муж мгновенно поднял оружие выше — целился в лоб.

— Эмиль! — хрипло крикнул второй, выглядывая в коридор. В голосе появилась паника, телохранителю мужа что-то не нравилось. — Уходи!

Я отступила и больше не видела, что происходит в комнате, на ощупь сняла оружие с предохранителя. С губ сорвался выдох. В воображении я уже видела, что к Илье идет подмога, и Эмиля расстреляют в упор. Видела, как изрешеченный, он падает ничком.

Я напрягла палец на спусковом крючке.

Мне нечего терять, кроме Эмиля. Ему хоть деньги нужны… мне и на них плевать.

Задерживая дыхание, я протянула руку к двери. Покрылась испариной, представляя, как они палят в ответ, но не передумала прикрыть, если придется. В комнате резко ударил выстрел и меня встряхнуло. Кто-то заорал — страшно, надсадно, так мужчины орут от страшной боли.

Не Эмиль — я бы узнала.

Тишина… и ее я испугалась больше. Сердце сходило с ума, а я никак не решалась открыть дверь. В комнате слишком тихо, чтобы все закончилось хорошо… А когда все-таки толкнула ее — подавилась воздухом.

Они душили его, втроем зажав на полу.

Лицо Эмиля побагровело, он задыхался, пытаясь перехватить удавку. Обезумевшие глаза лезли из орбит. Мышцы напряглись: вздулись бицепсы, мышцы груди, шея в напряженных жилах пошла красными пятнами.

На нем висели втроем: держали руки, всем весом пригвоздив к полу. Илья затягивал удавку, на левом плече повис Дэн, второй охранник навалился с другой стороны. В углу полулежал убитый напарник мужа.

Они остановились, оборачиваясь — потные и злые.

— Ах ты, сука… — прошипел Илья.

— Дина, — выдавил Эмиль. — Беги…

Я беззвучно заорала, одновременно вскидывая пистолет. Целилась в эту беспорядочную кучу на полу, и несколько раз выстрелила поверх — боялась зацепить мужа. Пули вгрызлись в декоративные панели стены, на метр выше, чем нужно.

— Эмиль! — выкрикнула я.

Охранник скатился с плеча, упал в пол, закрываясь Эмилем, Илья пригнулся. Этого хватило, чтобы Эмиль перехватил удавку и рывком сорвал с шеи. Он тяжело перевернулся, глубоко хватая воздух — будто вынырнул с глубины. Кашлянул — сильно, почти до рвотного рефлекса. Пальцы сжались на рукоятке пистолета, брошенного на полу, и он вскочил.

— Беги! — заорал он, налетая на меня.

Эмиль обхватил меня свободной рукой, приподнял над полом и мгновенно вынес из комнаты. В коридоре пригнулся — нам стреляли вслед.

— Твою мать, Дина! — сорванный голос хрипел от бешенства, как будто я во всем виновата.

Он притянул меня одной рукой, заставив пригнуться. Мы пробежали по коридору, Эмиль ударил в дверь, распахнув ее наружу. На улице собирались сумерки. Мы оказались на заднем дворе клуба. Эмиль обернулся, оглядывая забор — искал пути отступления, и неожиданно пальнул в воздух. Звук выстрела разлился в воздухе, отражаясь от стен.

— Скорей!

Эмиль понял, что на каблуках и в платье я не переберусь через забор с колючей проволокой, и несколькими ударами выбил калитку. Мы побежали через незнакомые переулки, он держал меня за руку, чтобы я не отстала.

Пистолет я так и не бросила. В туфлях бежать неудобно — я подвернула лодыжку, застонала от боли.

Но он заставил двигаться быстрее — пока извилистую улочку не перегородил черный джип. Я испугалась распахнутых навстречу дверей, но Эмиль сгреб меня в охапку и посадил на заднее сиденье, сел рядом и захлопнул дверь. Машина рванула по вечерним улицам.

— Эмиль? — охранник за рулем вопросительно поглядывал в зеркало, а когда тот не ответил, помрачнел. — Что теперь?

Сообразив, что это «наша» машина, я неподвижно прижалась к мужу, как ребенок. Съежилась на сиденье, бросив пистолет на пол и поджав ноги. Меня била дрожь. Что теперь будет? Мы раскрыли себя перед ними, притворство, развод — все псу под хвост. Стоит показать, что у нас чувства друг к другу и обратного пути не будет.

Эмиль вздохнул, сунул пистолет в кобуру и обнял меня одной рукой.

— Война, — ответил он охраннику.