Насильно твоя-2 - Мария Устинова

Утром меня разбудило солнце.

Я перевернулась на бок — Эмиль спал рядом, и застыла, пораженная его видом в своей постели.

Мы занимались любовью. Не могу поверить…

Я прикоснулась к лицу, боясь, что он призрак.

Такие крупные черты, впалые щеки, прямой нос. Их хотелось гладить, ощущать изгибы и твердые желваки. Светлые волоски бровей, рыжеватую щетину. Необычная внешность…

Так страшно, что наше счастье могут похитить, как в прошлый раз. А оно в том, чтобы лежать рядом и не чувствовать боли. На лице Эмиля дрожал солнечный зайчик. Светлые брови и ресницы искрились на свету. Мне хотелось навсегда запомнить его.

Потому что есть вещи, над которыми мы не властны. Жизнь любимых — одна из этих вещей. Если он уйдет, а я останусь — я хочу помнить его таким.

— Маленькая, — Эмиль приоткрыл глаза.

— С добрым утром, — улыбнулась я.

Про любовь столько сказано, что добавить нечего.

А у нас не так. У нас любовь другая. Я любила каждый миллиметр его тела. Каждый шрам. Морщинку. Серые глаза без выражения. Взгляд зверя. Такое странное чувство, его нельзя описать. Я любила его больше себя — будто он и есть я. Мы друг в друге растворились. Друг в друга проросли.

По голому телу скользнули ладони. Я потянулась, борясь с истомой, и обняла разогретого сном мужа.

— Как ты? — он провел пальцами по лицу. — Все было нормально?

В вопросе было больше, чем вопрос. Он спрашивал, как я перенесла секс.

Я широко улыбнулась. Мышцы ныли и гудели до сих пор.

— Все отлично.

— Точно? Кофе сваришь?

— Конечно, — я села и оглянулась в поисках одежды.

Да… Платье порвано, трусов нет. Как всегда с Эмилем. Я сползла с кровати, набросила его рубашку и пошла на кухню, на ходу застегиваясь.

Грохнула турку, полную холодной воды, на плиту. Удивилась штилю в душе, не было там ни горя, ни девчачьего восторга. Там был покой человека, который долго шел домой и, наконец, там очутился. Кофе почти закипел, когда в дверь позвонили.

Я встревоженно заглянула в комнату.

— Эмиль, кто это?..

Он быстро оделся. Застегнул сорочку, заправил в брюки. К двери он шел, застегивая пряжку ремня. Вынул пистолет из кобуры, висящей на стуле, и включил видео у входной двери.

Я вернулась к кофе и услышала, что Эмиль открывает.

Значит, все в порядке — пришли свои.

Я выглянула из кухни и натолкнулась на незнакомого мужчину в костюме. Лет сорока, в черных волосах седина. Он был ниже Эмиля и какой-то квадратный.

— Госпожа Кац, — вежливо кивнул он.

— На кухню иди, — сказал Эмиль. — Жена кофе сварила.

По тому, как держался незнакомец, я поняла, что это подчиненный Эмиля.

На кухне он устроился за столом. Я обратила внимание, что держится он собранно, но словно растерян. Эмиль сел напротив, а я расставила на столе чашки, отыскала ложечки. Делала все медленно и прислушивалась к разговору.

— Отследить его не удалось, — начал незнакомец. — Где Илья, мы не знаем. Как ты просил, я пытался установить личности тех, кто в прошлом августе работал со Славиком. К сожалению…

— Тоже не удалось? — в голосе Эмиля появился гнев.

Я поскорей поставила перед ним кофе, словно тот на меня злится.

— К сожалению, — повторил мужик. — Это не просто, Эмиль. У меня связаны руки. За нами следят, я закрыл фирму…