Смотри - Анна Токарчук

Закрываю воду и растираюсь полотенцем. Кожа скрипит, настолько она чистая. Я даже протрезветь успела. Только в душе моей полный раздрай.

Но я справлюсь с этим. Я ведь собиралась вычеркнуть его из своей жизни, и сделаю это. То, что мы переспали, не играет никакой роли. Он изменил мне, об этом забывать не стоит.

Выхожу из ванной и прислушиваюсь. В доме тишина. Ушел.

Это хорошо, я не хочу сейчас с ним разговаривать. И вообще ничего с ним больше не хочу. Теперь он для меня никто.

Только почему на душе так паршиво…?

***

На следующий день я решила загрузить свою жизнь по полной. Так, чтоб не осталось времени на сожаления и мысли о нем.

Проснулась рано. Сейчас только шесть утра. Пару часов можно побегать, потом душ и завтрак. После, начну готовиться к вступительным экзаменам.

Наушники в уши, включаю любимую музыку, запираю дверь и выхожу на пробежку. Здесь недалеко есть сквер. Там даже бегать приятно.

Музыка глушит мысли. Я уже бегаю час и с непривычки чувствую ломоту в мышцах и усталость. Что ж, думаю для первого дня хватит. Можно возвращаться домой.

Чем ближе я подхожу к дому, тем сильней нервная дрожь. Все потому, что возле ворот стоит тот, о ком я запретила себе думать. Он пока не видит меня. Смотрит на мои окна и курит, опершись задницей об мотоцикл.

Блин, развернуться и сбежать?

Сразу же гашу трусливую мысль в зародыше. Он мне никто. Я просто зайду домой. Сделаю вид, что его просто нет.

Врубаю музыку на всю громкость, поправив наушники. Вот так хорошо. Я ничего не слышу.

Нащупываю ключи в кармане и готовлюсь быстро проскользнуть в калитку.

Делаю вид, что его здесь нет. Молча прохожу мимо и открываю дверь. Вхожу, но не успеваю захлопнуть калитку, так как оказываюсь припертой к стене дома. Запах перегара тут же ударяет по обонянию. Морщусь, недовольно вскидывая глаза. Ник рывком выдергивает наушники из моих ушей и шипит:

— Где ты шлялась?!

На мгновенье теряюсь, и не знаю как реагировать, но мне быстро удается взять себя в руки и я упираюсь ладонями в его грудь, отталкивая. Только это бесполезно. Он не сдвинулся ни на сантиметр.

— Что молчишь, Аля? — кривит губы в усмешке — Ты задолжала мне разговор.

— Я тебе ничего не должна. И отпусти меня, тебе же противно касаться меня — едко выдыхаю и так же смотрю на него.

— Блять, лучше не зли меня — рычит он, стискивая мои плечи. Я болезненно морщусь и он немного ослабляет хватку.

Теперь я уже принципиально молчу. Сверлю его ядовитым взглядом и не говорю ни слова. Все равно уйдет, не будет же он вечно держать меня.

— Молчишь? Я знаю способ разговорить тебя — хрипло смеется и в следующий момент резко подается вниз, перекидывая меня через плечо. Я кричу и ругаюсь, царапаю его спину. Он нагло смеется и шлепает меня по заднице. Решительно прет в мой дом, и совершенно не реагирует на мои попытки слезть с него.

Глава 28

Ник.

Я напился в хлам. Просто не знал что делать со всей правдой, что внезапно свалилась на меня. Глоток за глотком, память воспроизводила события недавнего прошлого. Ее слезы. Попытки что-то сказать мне. Моя злость. Презрение. Отчаянье. Я ведь мог выслушать, но был слишком сильно разъярен, чтоб сделать это. То чертово видео заставило меня потерять голову. Все выглядело слишком натуральным, чтоб можно было в этом усомниться.

Я был уверен в ее предательстве. Ее измена была записана на видео. Я, блять, собственными глазами смотрел. А она оказалась девственницей. Это охуеть как было внезапно! Мой мозг посылал мне сигналы, которые я нахрен, игнорировал. Я стал ее первым мужчиной. Все, как и хотел. Только от этого сейчас мне еще хуже. Мысли, нестройным роем, кружат в голове.

Что это было, блять? Ее игры? Попытки манипулировать мной? Или что-то другое? Что?

Голова пухнет. Я нихрена не понимаю. Все это бесит.

Но, блять, как же кайфово было ласкать ее…

Вбиваться, раз за разом, слушая стоны и вскрики. Я наконец — то дорвался до того, чего страстно желал последние дни и ночи. Я ее грезил, видел во снах. Представлял, как она будет изгибаться, когда я буду входить в ее тело. И наконец-то это стало явью.

Она кончила. Это я точно знаю, такое просто невозможно было бы сымитировать.

Закрываю глаза и ее образ мгновенно предстает в мыслях: искусанные губы, жадно ловящие воздух при каждом моем вторжении; нежный изгиб шеи, который я помечаю своими поцелуями; капельки пота между полушарий груди; ее дурманящий запах…

Я растворился в ней. Потерялся. Думал только о том, как же охрененно держать ее в объятиях, ласкать, овладевать…

А после, пришел откат. Накатила удушающая злость и хотелось сделать ей больно.

Я бил словами, вымещая на ней гнев.

Она даже не стала оправдываться. Не стала даже пытаться что — то объяснять.

Лишь сжала губы и окатила меня таким негодованием, что я почти физически ощутил его.

Алкоголь туманит мозг, расслабляет. Мне хочется сейчас видеть Алю, но я держусь. Пока.

Не знаю, на сколько меня хватит. Рядом с ней летят к чертям все предохранители.

Звонок телефона противно вырывает из забытья. Кристина. Пора с ней заканчивать. Она отыграла свою роль по нотам. Я хотел сделать больно Але. Заставить ее страдать так же. Крис со всем идеально справилась. Мне даже не пришлось трахать ее, отделавшись обещаниями. Но сейчас, пришло время оставить ее в прошлом. У нас слишком много невыясненного с Алей, и Крис будет только мешать.

Отвечаю на звонок, говоря, что между нами ничего не будет. Крис, предсказуемо, закатывает истерику. Да плевать. Перебесится и забудет.

***

Утро встречает меня жестким похмельем. Надо завязывать, иначе так и спиться недолго.

Пью таблетку от головной боли и принимаю контрастный душ. Последний помогает взбодриться, а спустя полчаса, спокойно могу пить кофе.

Бросаю взгляд на часы и понимаю, что еще очень рано. Аля наверняка спит. Я с удовольствием разбужу ее. А потом, можно будет и поговорить.

Выхожу из дома, накинув куртку. Прохладно.

Калитка соседей заперта.

Но когда меня это останавливало?

Возвращаюсь к себе во двор и перелезаю через забор.

Твою мать, дверь тоже заперта.

Она дома? Или куда — то свалила?