(Не) папа для моего малыша - Майя Бессмертная

— Твоя правда. Но, как я полагаю, он во что бы то ни стало захочет с тобой переговорить. Ведь после того, как «МебеЛюксосс» стал обыгрывать контракт за контрактом, его фирма стала трещать по швам.

— Мне не о чем с ним говорить. Давай, поручи юристам состряпать контракт для загородного дома певца, и мы незамедлительно его подпишем. Потом похороним Рысакова с почестями, под грудой опилок из его же собственной мебели.

— Я в тебе не сомневался!

Степан расплывается в сладкой хищной улыбке и, хлопнув меня по плечу для одобрения, быстро выходит из кабинета. Откидываюсь в кресле, заложив руки за голову, и мечтательно прикрываю глаза. Да, мой покойный отец сейчас бы непременно мной гордился и это не может не радовать. Ведь с тех пор, как старик отошёл от дл, вручив управление мебельной компанией в мои руки, я провёл целый ряд отличных сделок, которые вывели «МебеЛюксосс» на новый уровень. До этого мы перебивались случайными заработками и могли, в лучшем случае, претендовать на изготовление мебели для небольших заказов.

Теперь же — мы являемся ведущей фирмой, у которой, на минутку, начинают появляться такие богатые и именитые клиенты, как певец Лонго. Да если мы обставим его загородный дом так, как он того захочет, то получим не только внушительную сумму денег, но и широкую известность. После этого, скорее всего, к нам рекой потекут разнообразные заказы.

И это не может не радовать!

Хоть одна хорошая новость на сегодня!

Настойчивое жужжание мобильного раздаётся рядом с монитором, и я с раздражением смотрю на экран. Ну, Стёпка как в воду смотрел — на смартфоне высветилось имя моего заклятого врага, который, жутко недоволен взлётом моей фирмы.

Чёрт с ним. Мне бояться нечего.

И контракт с бизнесменом Калашниковым на изготовление мебели для его фирмы, и предстоящий контракт с певцом Лонго — не случайность, а вполне нормальная закономерность. Мы, в отличии от Рысакова давно отошли от дешёвых материалов, отдав предпочтение более дорогим и долговечным, и — вот результат.

— Алло?

— Лебедев Даниил Игоревич? Добрый день.

Надтреснутый, с хрипотцой, голос звучит в трубке телефона чуть глухо, как-то угрожающе.

— Действительно добрый, Виктор Егорович. Вам ведь уже известно, что моей фирме удалось заполучить ещё один выгодный контракт?

Секундное молчание повисло в наэлектризованном воздухе.

Думаю, если сейчас поднести зажигалку к смартфону — всё тут же вспыхнет синим пламенем. Рысаков явно взволнован и разозлён. Ещё бы! Его детище идёт ко дну со скоростью «Титаника» и вряд ли он чем-то сможет ему помочь.

— Вот как раз по поводу контракта с певцом Лонго я бы и хотел с вами переговорить.

— Да? Вы уверены, что нам нужно разговаривать по этому поводу? Тут, по-моему, всё ясно.

— И всё же, Даниил Игоревич. Вы же деловой человек.

Крякаю.

Да, люди старой закалки вроде Рысакова и моего отца привыкли договариваться друг с другом. Вот поэтому они долгое время сидели в глубокой яме, перебиваясь случайными заказами. Это — только их вина, но никак не моя.

Я — действую по-другому. Жёстко, напористо, с огоньком. И, возможно, поэтому, продажи «МебеЛюксосса» значительно взлетели. Не это ли — лучший показатель правильности шагов?

— Ваш отец бы обязательно встретился со мной, поговорил. Мы с Игорем Дмитриевичем долгое время были партнёрами, вам это известно?

Сцепливаю зубы до боли.

Похоже, я стал слишком сентиментальным — разговоры о покойном отце отчего-то больно бьют меня под дых, тревожа раненую душу. Да, похоже, я ещё толком не смирился с его потерей. И Рысаков сейчас умело давит на больную мозоль.

Что ж.

Если этот старикан думает, что у меня не хватит духу послать его, глядя в глаза, то он глубоко заблуждается — я сделаю это.

— Хорошо, я согласен встретиться с вами.

— Чудесно. Тогда жду вас в восемь вечера, в ресторане «Макбет». До скорого, Даниил Игоревич.

Слушаю частые гудки, звоном отдающиеся в моём ухе и поджимаю губы. Надеюсь, Рысаков не вздумает валяться у меня в ногах, вымаливая этот контракт, потому что я ни за что его не отдам.