С первого взгляда - Алекс Коваль

— Директор клуба отказывается менять аппаратуру.

— Гаевский совсем охренел?!

— Это плохое слово… — округлила глазки Майя, потирая румяные щечки кулачками. — Добаба юта, — пролепетала малышка. Я даже не заметила, как она подкралась. — Мы к деде едем, муся?

— Мышка, не слушай маму… — подмигнула дочурке. Да так засмотрелась на своего сонного гномика, тянущего ко мне ручки, что на секунду выпала из разговора. А может, и не на секунду…

— Лия, ты здесь? — услышала настойчивое в ухе. Кажется, Катерина уже несколько раз что-то повторила.

— Здесь. Так, давай в клуб. И позвони Гаевскому и менеджеру группы, пусть подъезжают. Будем что-то решать.

— Поняла. Выдвигаюсь.

Я вытащила из уха наушник и присела. Мышка заулыбалась и подскочила ко мне, волоча за уши по полу своего любимого розового зайца. Боевой товарищ за время жизни уже и глаза, и нос терял.

Майя крепко сцепила свои ручки у меня на шее и уткнулась курносым носиком в волосы. Я прижала к себе изумительно пахнущую клубничкой дочурку и чмокнула в румяненькую щёчку.

— Доброе утро, сладкая. Да, мы с тобой сейчас заедем к Максу, а оттуда сразу к деду с бабулей.

Майя вмиг приободрилась и заулыбалась:

— Я тогда пойду люкзачёк собилать, — припустила от меня хитрюга.

— Сначала умываться, малыш! — крикнула вслед, не питая особых надежд на покорное повиновение дочери.

В общем-то, наверное, я была бы идеальной женой.

На сборы себя и ребенка у меня стабильно уходило не более получаса. Жизнь научила. Как там говорят: хочешь жить — умей вертеться. Вот и вертимся.

Работы море, даже выдохнуть времени нет. Телефон не замолкает практически никогда, но я к этому уже привыкла. Главное, что у моей принцессы есть все и даже больше. Остальное ерунда.

Подумаешь, личная жизнь? Есть у меня «друг для здоровья», как говорит моя лучшая подруга Тася. Большего мне не надо. Мы с Егором знакомы уже почти три года и почти столько же спим ради удовлетворения потребностей. Ни ему, ни мне не нужны обязательства. По крайней мере, я так думаю. Хотя вот Тася не согласна. Уверяет, что парень с прицелом на будущее метит.

Зря.

К сожалению для него, в моей голове уже слишком много лет живет образ идеального мужчины — отца Майи. И дело даже не в той памятной ночи, которая изменила всю жизнь. Знала я его гораздо дольше. Артём всегда был для меня воплощением понятия «настоящий мужчина». Хотя уверена, многие бы с этим не согласились. Но, как говорят, любовь зла…

Поэтому, каким бы сладким и милым Егор не был, вот как раз под этот типаж он совершенно не попадал. Просто промах по всем пунктам.

***

— Доброе утро, Алия Дмитриевна.

— Добрее не бывает.

Я зашла в «Модис». В клубе царила тишина. Оно и понятно, рабочее время здесь наступает с девяти вечера. У бара меня уже ждала Катерина, как всегда, предельно собранная и серьезная.

— Настя, останься с Майей, пожалуйста, — кивнула я девушке за баром.

— Конечно.

— А ты меня к Масе не возьмешь? — заканючила дочурка.

— Нам с Максом надо поговорить, солнышко. Поэтому тебе придется остаться с Настей.

— Майя, давай ты мне поможешь, — подмигнула упомянутая бармен, ненавязчиво увлекая мышку за собой.

Стоило только поманить ее вкусняшкой, девчушка заскочила в бар и мгновенно забыла про мать. Пару лет назад Гаевский поставил в клубе автомат для молочных коктейлей. Зачем? Он и сам не знает. Сдвиг по фазе у него тогда был — о детях мечтал. Недолго правда — месяцок. Пока новую любовницу не нашел. Запал пропал, а автомат остался. Вот, пригодился.

Я двинулась напрямик к директорскому кабинету, собрав за собой целую делегацию. Мать-наседка с цыплятами, ни дать ни взять. Именно так, всей оравой, по цепочке мы заявились к Максу в кабинет. Увидев меня в качестве тяжелой артиллерии, мужчина закатил глаза и выдохнул.

Папины сынки — вечно все усложняют, честное слово.

— Сейчас будет битва… — прошептала Катерина у меня за спиной и тут же прикусила язык.

Собрание затянулось дольше, чем я планировала. Отчего-то в этот раз Максим Гаевский — директор клуба «Модис» — уперся рогами и ни в какую не хотел "давать заднюю". Пришлось прибегать к уговорам и даже шантажу.

— Твою мать, Лия. Я тебе это припомню, — покачал головой мужчина, когда мы остались в кабинете тет-а-тет.

— Угу. В следующий раз, когда задница будет гореть, даже не вздумай мне звонить, — пожала я плечами, присаживаясь на краешек рабочего стола.

— Ой, да это было-то всего пару раз!

— Угу. И это только в этом месяце, когда ты со своей любовницей застрял в Испании. Это, между прочим, неуважительная причина срывать переговоры с инвесторами.

— Вредина. Просто я не представляю, как буду оправдываться перед соучредителем. Там мужик серьезный, и вот эту молодежную шелупонь терпеть не может.

— Это ты группу тридцатипятилетних бородатых мужиков шелупонью назвал?

Блин, я скоро достигну совершенства в умении выгибать бровь. Так смешно, но Майя тоже время от времени пытается повторить этот мимический жест, да пока не выходит. Только забавно морщит лобик и надувает губки.

— Ты песни их слышала? — усмехнулся парень, затягиваясь и выпуская облачко дыма. Я нечаянно вдохнула эту гадость и закашлялась, размахивая руками.

— Гаевский, ты можешь хоть в кабинете не курить? Ты уже насквозь провонял табаком. А вместе с тобой и я.

— Мужика тебе надо нормального.

Раздражала меня его похабная улыбка. Вот прямо ударить всегда руки чесались. Но друзей вроде как не бьют. Или я ошибаюсь?

— Это, по-твоему, бухающего, курящего и трахающего все, что двигается? Нет уж. Увольте, — усмехнулась я.

— Нет, с деньгами и статусом.

— Понимаешь, если сложить сказанное тобой и мной, получаешься ты.

— Ну, так, а я о чем? — спросил котяра, подмигивая.

— Да боже упаси… — засмеялась я, легко соскакивая со столешницы. Сгребаю с дивана папку с документами и походкой от бедра к дверям. Задержалась и так уже. Пора и честь знать.

— Куда?

— На выходные. А ты давай, деньги зарабатывай. Вдруг однажды передумаю, — улыбнулась я самой дерзкой улыбочкой из своего арсенала, подмигнула и захлопнула дверь.

Кого я обманываю? Близко, но тоже не то.