Слепой рассвет - Кристина Майер

— Нет! Верните Машу! — кричит она, как только люлька с ребенком оказывается в моих руках. Раздается громкий детский плач. Естественная реакция это всучить орущего младенца мамочке, но я близко не подпущу этих женщин к ребенку. Чтобы у них не случилось, никогда не пойму, как можно было упасть так низко. Им еще придется за это ответить!

— Я заплачу вам! — мой голос звучит резко, женщина пугается, вздрагивает. Такая сумма не проблема. — Но чтобы ваша семья больше не приближалась к моему дому. — цежу сквозь зубы. Торговцы младенцами! Даже если не ребенок мой, не бросать же его в беде. Заберу, а потом начну разбираться.

Михаил все это время стоял в стороне и наблюдал. Я ставлю люльку с орущим ребенком на капот машины, не хочу заносить домой из-за Наташи.

— Присмотри. — киваю водителю и бегом в дом. Кабинет, сейф. Хорошо, что дома всегда есть наличка. Достаю из сейфа две пачки денег, кручу их в руках. Машу оценили в миллион рублей. Твари!

Вынес оговоренную сумму и передал женщине. Хотелось бросить в лицо, но я смог сдержаться.

— Вы не злитесь на Полю. Не виновата она, — ее руки складываются в молитвенном жесте. На моем лице ни один мускул не дернулся, но я был в ярости. Не виновата? Лучше ей не попадаться мне на глаза! — Вот, — стянула с плеча объемную сумку и протянула мне. — Тут питание и подгузники. Молча беру, жду, когда она уже свалит. Стоит, заглядывает в калитку, словно жалеет о своем поступке.

— Уходите! — закрыл перед ее носом дверь. Прислонившись спиной к металлической поверхности, я смотрю на Мишу с ребенком на руках. Полный раздрай! В голове хаус. Мне продали моего ребенка. Это, конечно, еще стоит выяснить, но…

— Ваш, Герман Андреевич? — мужчина кладет малышку на свой полный живот, пытается успокоить. Совсем кроха. Столько лет мечтать о ребенке и вот тебе свалилось чудо на голову! Теперь бы еще понять, как со всем этим разбираться.

— Не знаю. — это полный трындец. Подошел к капоту и открыл папку. Углицкая Мария Германовна. Мать Углицкая Полина. В графе отец прочерк. Медицинская карта. Снилс.

— Покормить ее надо. Может Наталью … позовем? Женщины они в детях больше нас мужиков понимают. — предложение Михаил мне не нравится. Моя супруга последняя, кого я хочу впутывать в это дело.

К лешему Наташу. Все это закончится очередным скандалом. Стоило уже начать готовиться.

— Подержи ребенка, Миш, я сейчас вернусь.

До сих пор не сходил в душ. Потный весь. Наташа занимается в спортзале, музыка грохочет на весь дом. Неудивительно, что не слышит, как кричит младенец. Беру телефон и иду обратно во двор. Выручить меня может только Таня, но ей звонить не решаюсь, вдруг отдыхает. У нее тоже кроха на руках. Набираю брату.

— Привет, а я как раз собирался тебе звонить. Подъедешь к нам? У нас тут…

— Подожди, Андрей, — перебиваю его, Мария не успокаивалась. — У меня ЧП, нужна ваша с Таней помощь.

— Рассказывай.

— Я стал отцом. — я уже принял решение, что малышку не отдам даже если не моя. Привела ее судьба в мой дом, значит, буду воспитывать.

— Что за шутки, Герман?

— Никаких шуток, только что купил трехмесячную дочь. — я не прикалывался над братом, я поражался насколько абсурдной может быть правдоподобная ситуация. — Мне помощь Тани нужна, я же в детях ничего не понимаю, — подхожу к Мише, чтобы Андрей услышал, какая голосистая у меня дочь.

— А мать где? — возмущенно звучит голос брата.

— А хрен ее знает. Не интересовался!

— Точно твоя? — Андрей до сих пор не может поверить. Да и я тоже.

— Сейчас найду частную клинику, чтобы приехали и взяли биоматериалы для экспертизы. Но это потом, мне нужна консультация Тани. Срочно.

— Сейчас подъедем. — сбросил вызов и подошел к Мише.

— Давай я попробую, — протянул руки за малышкой.

— Ты голову ей придерживай. — советует водитель. Думал, у меня она успокоится. Куда там. Горе-папаша.

Я жадно впитывал ее образ. Хорошенькая. Пахнет странно. Молоком. На голове светлый пушок. Тонкая шапка съехала на бок. Пальчики тонкие, кожа на них прозрачная. Ручки сжаты в кулачки. Глаза большие голубе, как у меня. Щечки пухлые. Губы красивые, как у мамы… Какая она тебе мама, родила и продала!

— Ну что, будем знакомы, дочь? — Машу мой голос напугал, малышка вздрогнула и заревела еще громче. Хотя, куда еще громче.

— Чей это ребенок? — с крыльца заверещала Наташа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍