Пленница тирана - Кира Шарм

— Арт, — уворачиваюсь от попытки поцеловать меня и разворачиваюсь к подошедшему Тигру. У него на плече висит Ванесса, — шикарная брюнетка. Они охренительно смотрятся вместе, но, блядь, после того, что я видел ночью, хочется заржать и сорвать с него этот нелепый смокинг. Тигр, блядь, попивающий из хрустального бокала шампанское, — тот еще бред! Но вместо этого беру бокал и себе с подноса пробегающего официанта.

Интересно, — моей девочке здесь бы понравилось?

А как бы сверкнули глаза Маниза, если бы я пришел в это общество сливок с ней под руку?

Охренел бы он, наверное, — на его прием, — и со шлюхой его из клуба… Нет, до таких плевков в лицо хозяину острова я еще не дожился. Хотя… Девочка бы все равно сюда бы не вписалась. Не представляю ее среди всех этих мило улыбающихся акул!

И вообще — с каких херов я снова о ней думаю?

— Повеселились вы ночью, я так слышал, — сам хозяин, как всегда, подходит почти незаметно и совсем бесшумно. Улыбается, — только в глазах ни хера улыбки нет.

— Маниз, — Тигр учтиво кивает, — и мне снова хочется ржать. Нет, ну это ж надо уметь так притворятся! Актер, мать его! — Я тут подумал… Альбинос теперь все равно от земли своей откажется…

— Откажется… — протягивает Маниз, скривившись от глотка шампанского. — На хер ему выжженная земля, Тигр, которую ты по себе оставил? Плешивым мой остров сделал. А он у меня красивым был. Цветущим. Огнями кабаков сияющим. А теперь, после тебя, — одни проплешины. А, дорогой? Как мне теперь островом своим любоваться?

Вот же сука, — из всего выгоду вытащить хочет! Сейчас решит, что Тигр ему все отстроить и отдать теперь должен. Хитрая змея Маниз, — и так все разложить умеет, что иногда и не отвертишься…

— Так и я о чем, — Тигр делает вид, что не понимает, — только в глазах пляшут огоньки насмешки. — Отдай мне. Я вот подумал, — пора бы что-то красивое построить. Такое… Гламурное…

— Что, например? — лениво ворочает слова, а глаза так и загораются.

— Что-нибудь монументальное. Гостинницу, например.

Маниз на секунду как будто задумывается, — но все это только мишура. Он давно все прикинул и все рассчитал, — не тот человек, который не раскладывает партию на сто шагов вперед. Достает свой айфон и тыкает пальцем.

— Как тебе циферки? — вскидывает экран перед Тигром. — Потянешь?

По лицу вижу, что не готов к таким цифрам, — ну, кто бы сомневался, что Маниз несусветную цену заломит? Я — так точно нет. А вообще… Остров — хороший, лакомый кусочек. Если тут гостиницу построить и туризмом заняться… Это, можно сказать, джек-пот. Особенно, если рассчитать все правильно.

— Маниз, дорогой, да я ж не всю землю острова у тебя выкупить хочу. Только один кусок.

— Так это и есть за один, — усмехается, змеей глядя. — Зато первым выберешь, какой твоей душе угодно, дорогой… А цена… Ну, так за ущерб же… Еще неизвестно, не съедут ли после твоих подвигов с острова люди… Может, после такого я один здесь и останусь. И старость свою на необитаемом острове доживать буду, а?

— Я в доле, — даже не смотрю на цифры Маниза. Хрен знает, — импульсивное решение, но мне здесь нравится. Да и такого партнера, как Тигр, хрен найдешь. Этот сдохнет, но не подставит.

— Оу, дорогой, и ты решил остаться? — Маниз прищуривается, а в глазах пляшут таки цифры и баксы. Прикидывает, что продешевил, — на двоих — то он бы совсем другую сумму выдал.

— Не коротать же тебе здесь век в одиночестве, в случае чего, — подмигиваю хитрой змее. Можем даже сегодня бумаги подписать, если Артур не против.

— Только за, — мы крепко пожимаем друг другу руки под новую неодобрительную ухмылку Маниза. Не любит он, когда кто-то объединяется. Всех в кулаке держать любит, но чтобы каждый оставался по отдельности. Так управлять легче.

— Ну, что, отметим сделку? — через час в кабинете у Маниза все документы уже подписаны. На столе появляется виски, куча его восточных закусок и девочки. Прямо на столе, — танцуют, извиваясь, аккуратно переступая босыми ногами через тарелки.

Кривлюсь от одной мысли, — она тоже могла бы сейчас вот так изгибаться перед нами. Или перед кем-нибудь другим, — вот, Тигр один мог бы быть, если бы мы партнерство не заключили.

И, — как бы ее драли? Прямо здесь, от стола не отходя? Или по очереди, — вначале гость а потом и дорогой хозяин? Или — вдвоем, — эти игры Маниз, насколько я знаю, тоже очень даже любит. Я и сам, бывало, когда-то по молодости увлекался… Есть в этом что-то притягательное, — когда девчонку с двух сторон насаживают… Кода кончает и захлебывается в трясучке, отсасывая тебе и смотрит замутненными глазами, и дергается, — а член сосет так, как в последний раз… Да… Кода-то в этом был свой кайф.

— Не брезгуйте, — Маниз по-своему расценивает то, что написано у меня на лице, — может, и у Тигра тоже? Да, рано или поздно, перебробовав все, что только становится доступным с первым серьезным баблом, появившимся в карманах, нам это все надоедает. — Девки чистые, нетронутые. Целки, — деликатес для дорогих гостей.

Поднимаю глаза, — и столько блядства в этих нетронутых, блядь, вижу, столько призывной похоти, — в глазах, в том, как облизывают языками распахнутые губы, как теребят соски уже на обнаженных грудях, — да даже в Заринке моей, которая до хера в постели уже не первый год как повидала, и то невинности больше, — хотя и в ней ни хера ее нет. Да и — в ком есть теперь? Пятнадцатилетние, блядь, такое теперь умеют, что…

Хуями, в общем, за версту разит от этих невинных, — хоть я Маниза знаю, тех, что девственность восстановили в клиниках, он бы не предложил. Только вот скольким они пересосали, передрочили грудью своей и ягодицами…

— Благодарю, Маниз, но я тут как бы с девушкой, — брезгливо ставлю на стол стакан с виски, в который одна из девственных блядей успела окунуть палец и вот сейчас его вылизывает, имитируя минет. — Давно не виделись. Силы для нее поберегу лучше.

— Ммммм… А ты, Тигр?

— Я лучше отосплюсь. Ночька, знаешь ли, насыщенная выдалась.

Маниз запрокидывает голову и хохочет.

— Слабаки, — выдает под конец. — Ладно. Мне больше достанется.

Щелкает пальцами, — и пышная блондинка ныряет под стол, облизывая губы. Зубами дергает молнию на его брюках, — и вот уже вся комната наполняется чавкающими и хлюпающими звуками.

— Нам еще пару деталей утрясти нужно, — по Манизу даже и не скажешь, что над его членом сейчас усердно трудятся. На хрена тогда, если не расслабляешься? Хотя, — может, в этом для него и кайф, — чтоб во время работы ему отсасывали. Хрен его знает.