Круче, чем скорость - Юлия Гетта

Тимур

Время восемь утра, а я уже на другом конце города, в убогом дворике старой хрущевки. Идти, знакомиться с доктором Литвиновой еще слишком рано, правила приличия не позволяют, поэтому сижу на капоте своей тачки, слишком часто поглядывая на часы, и курю «Данхилл». Уже год, как бросил, а тут снова сорвался, и бешусь от этого. Но это все же лучше, чем сидеть и мандражировать. А я реально на измене, и от этого злюсь на себя еще больше.

Все к одному. Этот обвал на рынках, сука, очень вовремя. А я вчера еще, как идиот, сидел полдня и втыкал в монитор, не в силах на чем-то сосредоточиться. Из-за Аниных выкрутасов этих на взводе весь день был. И какого черта мне в голову стукнуло вот так от нее уйти? Что пытался кому доказать? Надо было трахнуть её еще разок как следует, может, и обида бы сразу прошла.

Блин, ну реально, на что обижаться? Можно подумать, я её невинности лишил и теперь чуть ли не жениться обязан? Или чего она от меня ждала?

Разве ей плохо было со мной? Почему обязательно надо все усложнять? Черт… И все равно как-то стремно на душе. Не хочется расставаться с принцессой-зазнайкой вот так. Да мне вообще расставаться с ней не хочется, если уж на то пошло. Но не торчать же теперь вечно в этой глухомани из-за неё? Бред ведь. Сама должна понимать, что это бред. Надо будет наведаться к ней сегодня еще раз и попробовать нормально поговорить.

Кое-как выждав еще час, поднимаюсь в нужный подъезд. Сначала навещаю деда, который любезно стучал мне на свою соседку, за квартирой которой он присматривал во время ее отсутствия. Вручаю ему конверт с обещанным вознаграждением за помощь, и, когда он, счастливый, скрывается за своей дверью, собираюсь с духом и звоню в соседнюю квартиру.

Надеюсь на лучшее. От успеха предстоящего знакомства зависит очень многое.

И мне не по себе. Я понятия не имею, что за человек эта женщина. Вполне возможно она вообще не захочет со мной разговаривать и пошлет куда подальше. Тогда я не знаю, что буду делать дальше. Но все же надеюсь на лучшее.

Дверь слегка приоткрылась, и в небольшую щель выглянула невысокая пожилая женщина со строгими чертами лица и аккуратно убранными в высокий куль седыми волосами.

— Доброе утро, Ольга Евгеньевна, — осторожно произнес я с вежливой улыбкой на губах.

— Здравствуйте, молодой человек. Разве мы с вами знакомы? — во внимательном цепком взгляде промелькнуло любопытство, и я посчитал это хорошим знаком.

— Пока нет, но если позволите, я представлюсь.

— Уж будьте так любезны. Это ведь про вас мне Михалыч говорил? Что вы тут уже месяц ошиваетесь, меня выспрашиваете? Если честно, я даже приблизительно не могу себе представить, что вам могло от меня понадобиться.

— Меня зовут Тимур Валевский. Я сын Алины Валевской, у которой вы двадцать семь лет назад принимали роды.

Женщина слегка повела головой и округлила глаза, будто бы мои слова её очень удивили, но уже в следующее мгновение вновь приняла невозмутимый вид.

— Бог ты мой, сынок, да я больше тридцати лет в перинатальном центре проработала, — небрежно усмехнулась она. — Целое поколение новорожденных вот этими вот руками приняла. Вполне возможно, что и твоя мама через меня проходила. Ну и что? Чего ты хотел?

Что ж, надеяться на то, что она её помнит, было глупо. Но, по крайней мере, я теперь точно знаю, что это она.

— Позвольте мне пройти в квартиру, — мои губы растянулись в еще одной вежливой улыбке. — Не очень удобно разговаривать, стоя на пороге.

— Еще чего? — возмутилась женщина. — Вдруг ты грабитель? Или псих? Не собираюсь я тебя в дом пускать.