Тонкие грани чувств - Олли Серж

- Алиса, - мама нарушает наше молчание, повисшее в салоне такси, и осторожно накрывает мою руку своей, - Расскажи мне о себе.

- О чем ты хочешь узнать? - перестаю считать капли дождя на окне и поворачиваюсь к женщине лицом.

Я не думала, что мне будет так сложно уезжать. Не думала, что мне дороги эти огни никогда не спящего  мегаполиса, какие-то кафе, магазины и улочки, ночной клуб, не думала, что в груди будет так больно, что не продохнуть. Все дело в НЕМ. Я уезжаю от своей любви, бегу, оставляя без ответов вопросы. Только ты, пожалуйста, будь счастлив. Хотя бы чуть-чуть, или по-своему, или просто, как умеешь. Ведь мы вернулись в точку отсчета, я вернула деньги. Ничего не было.

- Что ты любишь? Что кушаешь на завтрак? Мне интересны любые мелочи, - уголки ее губ дергаются, скрывая смущенную улыбку, а глаза смотрят прямо в мои.

- Спроси, пожалуйста, точнее. Не знаю с чего начать, - у меня не получается скрыть усталый вздох. Лучше вопроса, который задала моя мама, может быть только вопрос «Как дела?» от старого знакомого в социальной сети. Который больше года молчал, а теперь живо предлагает общение. И ты принципиально не против с ним общаться, но пока ещё пытаешься его прощупать. «Не мошенник ли? Не предаст?» Собираешь в кучу события последних дней и понимаешь, что рассказать то нечего. Никто не женился, не поступил в институт, не родил ребёнка, а остальное - это только твоё. Личное. И объяснить человеку, почему дела - плохо, и ты рыдаешь, лёжа лицом на коробке конфет «птичье молоко» , просто так не получится. А если начать, то будешь выглядеть идиотом, ведь просто у всех конфет коричневая начинка, а ты любишь желтую, и это тебя добило. Да, поэтому ты плачешь. Но что-то же ещё было до, и позавчера было, и, вообще, надо было не идти в семь лет заниматься танцами. Тогда сегодняшней боли бы не было.

- Хорошо. Ты любишь сладости?

- Люблю. Ты, наверно, не знаешь, что Бабушка пекла торты на заказ. Я ей помогала.

- Не знала, - женщина удивленно качает головой, - При мне свекровь практически не готовила. Ела только то, что готовила я и ни разу не поблагодарила. Уж прости, детка. Наши реальности о твоей бабушке сильно разнятся. Хорошо, ты водишь машину?

- Да, и очень хорошо. Представляешь, я на днях обогнала на треке одного турка... - я вздрагиваю, неожиданная догадка подкидывает меня вверх и заставляет немного истерично стиснуть мамину руку в кулак, - Покажи мне фото Арслана, пожалуйста, - голос хрипит. Таких совпадений не бывает.

- Вот, смотри. Эти фото с дня рождения Ланы. Листай вправо, - с экрана телефона на меня смотрят иностранные гости Ивана. Этого не может быть! Я - партнёр семейства Фетисовых. И те заводы, на которых я была, частично мои.

- Мама, я должна тебе рассказать кое-что действительно важное, - закрываю глаза и откидываюсь головой на подголовник, - Я очень хорошо знакома с русскими коллегами твоего мужа. И они тоже успели познакомиться со мной. Арслан и Осман думают, что я - Помощница и любовница Ивана.

- Алиса, - мама смотрит на меня строго и испуганно, - Это так?

- Не совмем. Я, к своему сожалению, люблю его сына и сегодняшнюю ночь провела с ним. А с Иваном у нас был договор, чтобы я исполнила роль его женщины перед Арсланом.

- Это какой-то бред, - частое дыхание выдаёт волнение родительницы. Она всматривается в мое лицо, но я только закусываю губу и отвожу глаза, осознавая кошмар ситуации, - Я хочу услышать эту историю ещё раз, - она косит глаза на водителя такси, - С подробностями и без свидетелей.

Шумный терминал международного аэропорта позволил на некоторое время расслабиться и ни о чем не думать, совершая механические движения.

- Сумки - на ленту, вещи - в корзину. Девушка, - это работник окликает меня, потому что пищат детекторы «рамы», - Ремень с платья снимите и пройдите ещё раз.

На второй раз прохожу контроль успешно, и мы спешим к стойке регистрации. До ее окончания осталось пятнадцать минут, мама заметно нервничает, стоя в очереди.

- Почему не открыли VIP обслуживание?  - она теребит в руках обложку паспорта и обмахивается билетом.