Любовница на неделю - Сьюзен Джонсон

— Каждую минуту. — Подойдя к кровати, он поднял саквояжи. — Недели две ты обо мне не услышишь, пока не поднимай тревоги.

— Верю, что ты поведешь себя как должно джентльмену. Таких, как ты, немного.

— Я позабочусь о ней. Обещаю тебе.

Когда дверь закрылась за Дермоттом, Молли дала волю слезам. Она не плакала уже много лет и толком не могла понять, что на нее нашло. Продолжая вытирать слезы, она направилась к письменному столу. Она сама сумеет как-то помочь Изабелле. Молли знала: чтобы избавиться от жалости к себе, надо действовать. Прежде всего она решила написать письмо своему поверенному, чтобы за Лесли наблюдали ее собственные адвокаты. У нее есть и достаточные средства, и немалое влияние в обществе — пусть и закулисное. К моменту возвращения Изабеллы в Лондон она все подготовит. Все дела Молли привыкла решать с позиции силы. Так будет и теперь.

Изабелла ждала Дермотта в его покоях. Не в силах усидеть на месте больше пяти минут, она время от времени бралась за книгу, но читать не могла и тогда вновь принималась нервно расхаживать из угла в угол, рассматривая картины на стенах. В зависимости от того, как были одеты предки Дермотта на портретах, она пыталась установить степень родства, хронологию рода и определить, кто из них мог купить какие пейзажи. Судя по тому, что на большинстве картин угадывались реалии жизни, достопримечательности других стран, Рамзи много путешествовали. Все это лишний раз напомнило Изабелле о большой разнице в общественном положении их семей, хотя ее мать и была наследной виконтессой. А вот происхождение Лесли довольно сомнительное. «Впрочем, — с улыбкой подумала Изабелла, — к наследницам больших состояний, как правило, относятся довольно снисходительно. Так что, если бы Дермотт был беден, у меня имелся бы шанс на какие-то более длительные отношения».

Она уже много раз говорила себе: «Не смей мечтать о несбыточном», — но… Захлопнув книгу, которую питалась читать, она решительно встала с кресла — нужно как-то отвлечься от бессмысленных фантазий. «Глупышка, — говорила она себе, — ты ведь понимаешь, для чего написаны сотни томов любовных романов, — чтобы поднять настроение, пощекотать нервы рассказами о несбыточном чуде».

«Скорей, скорей! — мысленно молила Изабелла. — Мне так нужно, чтобы ты был рядом».

Стоя посреди громадной гостиной, окруженная пышной роскошью, она напряженно ждала — вот-вот она. услышит звук шагов, которые принесут ей радость.

Когда почти через два часа Дермотт открыл дверь, она встретила его со слезами на глазах.

— Я думала, ты не вернешься.

— Как же я мог не вернуться? — Поставив на пол саквояж, он раскрыл ей свои объятия.

Изабелла прижалась к нему, и Дермотт ощутил себя в раю.

— Я не должна так вести себя, — всхлипывая, сказала она.

— Я рад, что ты так ведешь себя, — прошептал он. Как же ей удалось так быстро изменить его отношение к жизни?

— Я сделаю все, чтобы тебе не надоесть.

— Я не хочу этого, дорогая. — Он мягко приподнял ее голову за подбородок. — Ты нравишься мне такой, какова есть.

— Так ты возьмешь эту плаксу в Ричмонд? — Ее улыбка была неотразимой.

— Ты для меня и солнце, и луна, Иззи, — прошептал Дермотт.

И сердце Изабеллы ухнуло в сладкую бездну. Дермотт взялся вместо служанки помогать ей одеваться, что несколько задержало весь процесс. Но в конце концов они были готовы к отъезду.

Статус гостьи требовал от слуг полного почтения к леди — приказ Дермотта был совершенно однозначным. Проводив Изабеллу во внутренний дворик, хозяин подсадил ее в зеленую лакированную карету и, отдав приказания вознице, сам взобрался в экипаж. Захлопнув дверцы, Дермотт уселся рядом с Изабеллой.

— Тебе понравится Строберри-Хилл, — с улыбкой сказал он.

— Не сомневаюсь, — ответила она.